Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

все беды, обрушившиеся на «Школу будущего» в последнее время. Но больше всего Норико поразило это его уверенное приветствие – «Добрый день!», произнесенное как ни в чем не бывало, а ведь они к ней даже не записывались.

Норико, не в силах кивнуть в ответ, вдруг заметила, что стоявший рядом высокий мужчина замер не дыша. Глаза у него были распахнуты настолько широко, что она даже смутилась.

– Норико Кондо-сан? – спросил он.

Говорил он сдержанно, почти что боязливо.

– Да, – ответила Норико. Лицо ее напряглось.

Мужчина прищурился, как будто яркие лучи света били ему в глаза. Норико пока не понимала, что все это означает.

– Сигэру Окимура, – внезапно представился он. – Вы меня помните?

Теперь пришел черед Норико удивляться. Мужчина неловко скрючился в поклоне – казалось, будто худощавое тело плохо ему подчинялось.

– Мы с вами встречались в детстве…

– Сигэру-кун?.. – вдруг вырвалось у нее.

Не успела Норико осознать, что ей следовало быть осторожнее, она снова застыла в изумлении. Лицо Сигэру Окимуры неожиданно озарила радостная, добрая улыбка.

– Да, это я, Сигэру. Давно не виделись.

Он произнес это так беспечно, что Норико даже смутилась. Сигэру не сводил с нее серых глаз.

* * *

– Норико-сан, я хотел бы нанять вас в качестве адвоката.

В тот миг, когда Сигэру Окимура произнес эти слова, сердце Норико бешено заколотилось.

– Думал сначала позвонить вам, но не был уверен, согласитесь ли вы на встречу.

Норико сопроводила обоих в офис, где для начала они разместились в приемной. Повезло еще, что с утра не было никаких дел – Норико ведь ходила подавать заявление на детский сад для Айко. Ямагами тоже, к счастью, был на месте и смог к ним присоединиться.

До этого она не рассказывала начальнику, что когда-то ездила в летний лагерь «Школы будущего». Но перед тем, как представить ему неожиданных посетителей, вкратце объяснила всю ситуацию.

И хотя она опасалась, что он не погладит ее по голове за молчание, Норико все равно хотелось, чтобы он непременно присутствовал при этом разговоре. Она чувствовала, что будет слишком рискованно оставаться с этими двумя наедине. Они ведь специально явились к ним в офис. Значит, хотели обсудить что-то по-настоящему серьезное.

Норико искренне извинилась перед Ямагами за то, что умолчала обо всем, хоть и вела дело Ёсидзуми, напрямую связанное со «Школой». Впрочем, начальника это, похоже, не слишком-то шокировало. Зато стоило упомянуть, что в этом же лагере она познакомилась с Микой Танакой, как на лице его мелькнуло удивление, впервые за весь разговор. «Что, правда?» – спросил он. Танака постоянно мелькала в серии репортажей, последовавших один за другим после идентификации останков – писали, что она переехала на Хоккайдо примерно в одно время с гибелью девочки, а теперь является главой Женского отделения «Школы». Правда, имя ее там не упоминалось.

– Вот, пожалуйста, это вам.

Когда они вошли в приемную, юноша из токийского офиса протянул Норико бумажный пакет из магазина сладостей. Наверное, ему пришло в голову, что идти с пустыми руками не годится, когда они уже почти оказались на месте. Если так, тогда они точно что-то от нее хотят. Норико взяла пакет, поблагодарив парня, и приготовилась слушать. Он назвал свою фамилию – Сахара.

Сидевший рядом Сигэру выпрямился. Он посмотрел на Норико и сказал:

– Я бы хотел, Норико-сан, чтобы вы выступили на стороне защиты.

– Защиты? – переспросила она.

Так странно, что он назвал ее «Норико-сан». Она ведь давно уже не та девочка, которую он знал, и тем не менее Сигэру все еще использовал довольно неформальное обращение, как будто это далеко не первая их встреча во взрослом возрасте.

Очень на него похоже. Пускай они общались лишь в далеком детстве, Сигэру верил, что та связь между ними сохранилась до сих пор. Весьма оптимистичный подход. Ох уж эта невинность учеников «Школы будущего». С одной стороны, Норико раздражало, что он ни капельки не изменился с прежних времен, но с другой – это даже делало ее счастливой, успокаивало. Сигэру помнил Норико. А вот Мика нет. Просто удивительно.

– Говоря о защите, вы хотели бы, чтобы мы представляли «Школу будущего»? Но разве там нет своего юриста? – поинтересовался Ямагами.

С тех пор как был обнаружен скелет, на публике в качестве представителя «Школы» частенько стал мелькать седой адвокат в очках, с виду – человек бывалый. Сообщалось, что он тоже член организации. Норико ни разу не довелось общаться с ним по делу Ёсидзуми, и, честно говоря, она была этим недовольна. Они, конечно, в итоге нашли Каори, но отсутствие юриста было одной из причин, по которым Норико казалось, что в «Школе» ее не воспринимали всерьез.

– Верно. У нас есть юридический консультант, – согласился Сигэру. – Однако мне не нужно, чтобы Норико-сан выступала на стороне «Школы». – Он резко мотнул головой. – В защите нуждается лишь Мика Танака.

Норико затаила дыхание.

Она никогда больше не хотела слышать это имя. В памяти вновь всплыли, отдаваясь болью, те слова, что она услышала тогда в коридоре токийского отделения «Школы».

Сидевший рядом с Норико Ямагами тоже притих.

– Вы имеете в виду в суде? – спросил он.

– Да. Юрист, который представляет противоположную сторону, уже уведомил нас, что они подали иск, – на этот раз вместо Сигэру ответил Сахара.

В те четыре месяца, что последовали за идентификацией останков, «Школа будущего» снова оказалась в центре внимания прессы. Жертвой была проживавшая там девочка. А если так, то никто, кроме взрослых из Училища, не мог оказаться причастным к сокрытию ее гибели… Репортеры снова потоком устремились к бывшим членам «Школы», и даже пресловутый Кэн Кикути опять начал раздавать интервью и мелькать в разных телевизионных шоу в качестве приглашенного эксперта.

Однако, несмотря на то что личность девочки была установлена, конкретная причина смерти Хисано Игавы по-прежнему оставалась загадкой. В большинстве СМИ разразились дискуссии по поводу того, была ли она насильственной или все же нет.

Снежный ком рос, и родилось немало домыслов по этому поводу.

Некоторые утверждали, будто девочка погибла из-за жестоких телесных наказаний со стороны взрослых, у других же были куда более жуткие подозрения. Первоначально многие сомневались, что к делу могли быть причастны «учителя», работавшие в «Школе», но затем и это мнение поменялось.

Бывшие члены «Школы», находившиеся там примерно в одно время с Хисано Игавой, начали давать показания, намекая на травлю. «Другие дети перестали с ней общаться». Многие из этих свидетелей покинули «Школу» после истории с водой и последовавшими за ней инцидентами. По всему выходило, что к концу лета после пятого класса