Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер [litres] - Роберт Кеппел

от места обнаружения тела. Ее «Камаро» остался на парковке бара, сумка – в бюро находок, как если бы она вышла всего на несколько минут и собиралась вернуться. На самом деле она была изнасилована и убита в неизвестном месте поблизости, а затем ее тело подбросили за ресторан «Блэк Энгус» уже после 3:15.

Обстоятельства происшедшего указывали на сексуальную конфронтацию, стремительно переросшую в жестокое насилие. Многочисленные защитные раны и удары говорили о том, что Польрайх яростно сопротивлялась перед смертью – настолько, что, вероятно, оставила на убийце свою кровь или биологические следы.

Обычный насильник редко получает удовлетворение от убийства как такового. Здесь же преступник, судя по посмертным действиям, явно продолжал реализовывать свои фантазии уже после смерти жертвы. Он провел с телом значительное время, тщательно укладывая его в определенную позу – и все это в месте, где его могли заметить в любую минуту.

Сочетание ран, обстоятельств убийства и длительных манипуляций с телом недвусмысленно указывало: это был не импульсивный преступник, а человек, действующий по сформировавшемуся ритуалу. Это был почерк – signature, «подпись» – опытного серийного убийцы с некрофилическим профилем, подобного Теду Банди.

Польрайх стала идеальным кейсом для HITS именно потому, что ее убийство сочетало в себе сразу несколько редких и бросающихся в глаза признаков. Прежде всего – позирование тела: такая демонстративная «выставка» встречается считаные разы, буквально два случая на тысячу. Затем – способ избавления от тела: убийца оставил жертву на виду, в оживленном месте, явно рассчитывая, что ее найдут быстро. Около десяти процентов преступников действуют подобным образом, но сочетание открытой демонстрации и тщательно выбранной позы – почти уникально. К этому добавлялись выраженные сексуально-садистские действия уже после смерти: убийца провел с телом долгое время, обращаясь с ним так, будто полностью владел им. Подобное поведение характерно для опытных серийных хищников, а не для случайных насильников.

И наконец, один из самых редких элементов – введение в тело постороннего предмета. В системе HITS на тот момент значилось всего девятнадцать подобных случаев – примерно один процент. Но ни один из известных нам эпизодов не объединял в себе все эти признаки сразу.

По сути, перед нами была криминалистическая подпись – настолько узнаваемый и в то же время уникальный «отпечаток», что он неизбежно указывал на серийного убийцу, а не на разовый импульсивный акт. И что особенно тревожило – преступник с таким почерком почти никогда не останавливается после одного удара.

Убийство Кэрол Энн Бит

9 августа 1990 года, всего через сорок семь дней после убийства Польрайх, в Белвью произошло второе жестокое убийство. Родственник нашел тело Кэрол Энн Бит в ее спальне. Дом стоял в тихом пригороде среднего класса, всего в двух милях от «Блэк Энгуса» – на карте оба места легко накрывались монеткой.

Кэрол Бит, тридцатидвухлетняя мать двух девочек, работала барменшей. В последний раз ее видели живой около половины третьего ночи: сосед заметил, как она одна вошла в дом после визита к подруге, тоже барменше. Дочери спали в соседней комнате, всего в нескольких шагах от спальни матери.

Картина в спальне была ужасающей. Бит лежала на кровати обнаженная; на ногах – красные туфли на каблуках, расставленные ноги обращены к двери. Во влагалище был вставлен ствол ее собственного дробовика, приклад лежал на туфлях. Поначалу казалось, что ее задушили подушкой, но под ней обнаружили пластиковый пакет для химчистки, надетый уже после смерти. Она была жестоко избита тупым предметом, оставившим характерные раздвоенные следы, и имела по одному защитному ранению на каждой руке.

Орудия убийства в доме не нашли. Комната не была ограблена, хотя некоторые вещи пропали. Было ясно, что преступник вошел и вышел через незапертую раздвижную стеклянную дверь в спальне; после его ухода дверь в комнату была аккуратно закрыта.

На первый взгляд убийства Польрайх и Бит казались разными. Одно – на улице, другое – в доме. Но в базе HITS оба дела «загорелись» одними и теми же крайне редкими признаками: позирование тела, демонстративная экспозиция, и введение постороннего предмета – характерные маркеры одного и того же типа преступника.

С точки зрения криминалистики вывод был очевиден: оба убийства – руки одного человека.

Но следователи Белвью решили иначе. Они сосредоточились на бойфренде Бит, хотя у него было надежное алиби по делу Польрайх. По крайней мере один детектив долго отказывался признавать связь между двумя убийствами – несмотря на то, что она была прямо перед ними.

Убийство Андреа Ливайн

Тело Андреа Ливайн обнаружили 3 сентября 1990 года в ее квартире на первом этаже в Киркленде – всего в пяти милях к северу от «Блэк Энгус», рядом с которым нашли Польрайх. Прошло двадцать четыре дня после убийства Кэрол Энн Бит.

Андреа было двадцать четыре. Белая, темно-рыжие волосы до плеч, рост около 163 сантиметров, весила чуть больше пятидесяти килограммов. В последний раз ее видели живой около полуночи 30 августа в ресторане «Мейпл Гарденс» в Киркленде, где она была с друзьями. Как и Польрайх, и Бит, Ливайн часто бывала в барах и заведениях для знакомств в районе Белвью.

Убийство Ливайн окончательно подтвердило: рядом действует сексуально девиантный серийный убийца. После этой находки подозрения с бойфренда Бит сняли. Он слишком долго находился под наблюдением полиции, чтобы рискнуть новым убийством; настоящий преступник тем временем продолжал действовать незамеченным.

Андреа Ливайн нашли обнаженной, уложенной на спину на собственной кровати. Подушка закрывала разбитую голову. Как и в двух предыдущих делах, ее тело было выставлено напоказ: ноги раздвинуты, в рот вставлен фаллоимитатор, в левой руке она держала книгу «Радости секса».

Голову Ливайн проломили многократными ударами. На теле – от шеи до ступней – насчитали более двухсот тридцати мелких порезов, нанесенных уже после смерти. Пропало ее кольцо и все кухонные ножи; орудия убийства не нашли. В квартире не было следов взлома. Пикап Андреа стоял там, где она обычно его оставляла.

Этот третий случай повторял все, что уже было в Белвью: демонстративность, сексуальное унижение, посмертные увечья. Это был тот же самый почерк – и тот же самый убийца.

Подпись убийцы

Во время суда над Джорджем Расселом старший заместитель прокурора округа Кинг, Ребекка Роу, попросила меня отвлечься от любых фактов, указывавших на него, и ответить только на один вопрос: можно ли доказать, что Польрайх, Бит и Ливайн убиты одним человеком? Материалы по всем трем делам были настолько полными, что сомнений не осталось: да.

За предыдущие десять лет в Белвью и Киркленде происходило примерно