Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

Монтагью ответила яростным взглядом.

– Повторяю: таблетки не имеют никакого отношения к похороненным детям. Это не талидомид и…

– Не надо мне говорить, чем они являются или не являются. Просто дайте мне несколько штук, чтобы я могла их проверить.

Заведующая повела головой и пожала плечами.

– Они у нас закончились. Мы раздали остаток последним пациенткам.

– Какое удачное совпадение! Как и все связанное с вами и с этим делом, миссис Монтагью…

Элеонора была взбешена. Веселый получится разговор с Коттером сегодня вечером… Пора сменить тактику.

– Была ли Стелла Чэпмен беременна? Просила ли она у вас помощи?

Монтагью вскинула брови.

– С чего вы взяли?

– Миссис Монтагью, моя работа – собрать все сведения о жертве убийства. Но я не обязана объяснять вам или кому бы то ни было, как ко мне попала та или иная информация. Будьте добры, отвечайте на вопрос.

– Стелла – глупая женщина.

– Глупая лярва – так, кажется, вы ее назвали?

Старшая медсестра сохранила невозмутимость.

– Уж кому, как не ей, лучше знать. Десять лет проработала здесь и ничему не научилась.

– Кто отец ее ребенка?

– Понятия не имею.

– Встречалась ли она с кем-нибудь здесь вчера вечером?

– Понятия не имею.

– Что вы собирались для нее сделать, обещая, что все будет улажено через пару недель?

Монтагью нахмурилась и отрезала:

– Не ваше дело!

– Стелла мертва, миссис Монтагью. С момента ее смерти все, что с ней связано, – мое дело.

Монтагью раздраженно вздохнула.

– Я собиралась помочь ей прекратить беременность.

– Почему? Разве вы не против абортов?

Заведующая опять начала стучать указательным пальцем по тыльной стороне другой ладони.

– Она спросила, могу ли я… Я сказала «да». Это не меняет мое отношение к абортам. Я дала ей номер телефона знакомого врача. Человека, который сможет сделать это безопасным способом.

– Не с ним ли она встречалась здесь вчера вечером?

Монтагью покачала головой.

– Нет, он живет в Арарате.

– Фамилия, телефон, адрес?

Монтагью не пошевелилась и ничего не сказала.

– Вас что-то останавливает? – спросила Элеонора.

– Я не понимаю, зачем его вмешивать в эту историю.

– Вы шутите? Он должен был сделать Стелле аборт. Теперь она мертва, а вы не понимаете, как он замешан в этой истории?

Издав еще один длинный вздох, Монтагью порылась в картотеке, вытащила визитную карточку и с подчеркнутым раздражением сунула ее детективу.

– «Адъюнкт-профессор акушерства и гинекологии Говард Ланкастер», – прочитала Элеонора. – Тот самый Ланкастер, который принимал здесь роды и подписывал свидетельства о смерти?

Монтагью подчеркнуто шумно выдохнула воздух и кивнула.

– И он же делает аборты?

– Я так думаю. Теперь они законны, и аборт может сделать себе любая лахудра.

– Лахудра вроде Стеллы?

Монтагью посмотрела на детектива, выгнув брови дугой.

– Это вы ее так назвали.

Элеонора спрятала визитку в карман и решила сменить тактику еще раз. У нее сложилось стойкое впечатление, что Монтагью предугадывала все ее вопросы.

– Существует ли в природе мистер Монтагью?

– Что вы сказали?

– Есть ли у вас муж, миссис Монтагью?

– Какое это имеет отношение ко всему?

– Выдам вам один секрет. Я прослужила в полиции почти пятнадцать лет и честно скажу: мне ни разу не доводилось расследовать односложное убийство.

Хорошо, что с ними не было Ожье, иначе он, чего доброго, ляпнул бы: «Но ведь это ваше первое и пока единственное расследование, босс».

– Итак, – продолжала Элеонора, – когда я говорю, что обязана собрать всю информацию, способную помочь в розысках убийцы Стеллы, то именно это я и делаю. Даже если вы или кто-то еще считаете, что это не относится к делу. То, что кажется не относящимся к делу вам, вполне может стать уликой, изобличающей преступника. Повторяю: существует ли в природе мистер Монтагью?

– Это просто нелепо! – Заведующая скривила губы. – Он умер много лет назад. Мне повезло найти работу в Хэрроуфорде вскоре после его смерти, и с тех пор я безвыездно проживала здесь. – Она взяла со стола ручку. – Вы довольны?

– От чего он умер?

Монтагью приоткрыла рот и скорчила гримасу.

– От несчастного случая.

Элеонора, ничего не говоря, ждала продолжения.

– Ох, какого черта! Он поел рагу и… – Монтагью замолчала, уставившись на большое пресс-папье на столе.

– И?..

– Оказалось, что грибы были ядовитые.

– Он поел рагу и умер, а вы?

– Я – нет.

– Уточните – вы не ели рагу или ели, но не умерли?

– Я не ела рагу, потому что не люблю грибы. Я приготовила это блюдо для него. Как лакомство. На его день рождения.

– Давайте подведем итог. Два человека, с которыми вы имели дело на ежедневной основе, умерли от отравления ядовитыми веществами, не так ли?

Монтагью встала из-за стола.

– Я вижу, что вы для себя уже всё решили. Я отравила своего мужа и через пятнадцать лет – Стеллу?

– Хорошо известно, что убийцы, совершившие преступление один раз, избежав наказания, нередко начинают верить в собственную безнаказанность и совершают новые убийства.

Строка, прямиком взятая из материалов курса «Серийные убийцы», однако Элеонора не собиралась игнорировать факты.

– Если человек дурак, то он, возможно, так и сделает, но я вас разочарую, детектив, – я отнюдь не дура. Что, если убийца Стеллы знал, каким образом умер мой муж, и поэтому решил отравить, а не задушить или зарезать ее? Да еще выбрал тот вечер, когда у меня не было алиби, зная, что я первой обнаружу труп и вызову полицию? И что это немедленно навлечет на меня подозрения? Вот только смерть моего мужа никак не связана со смертью Стеллы. И вообще – с меня хватит. Сообщите фамилию и номер телефона вашего начальника, которые, как я думаю, вы обязаны предоставить в том случае, если у меня возникнут серьезные сомнения в связи с вашими методами расследования. А они возникли. Вы думаете, это я отравила своего мужа? Проверьте полицейские архивы. Дэвид Монтагью умер тридцать первого декабря пятьдесят восьмого года. Пока вы будете бегать, выяснять и убеждаться, что я не убивала мужа, я поговорю с вашим начальником о некомпетентности его подчиненной.

Элеонора записала данные Коттера на вырванной из блокнота странице и передала Монтагью, взвешивая в уме, что сказать боссу, чтобы он не отстранил ее от расследования. И стоит ли вообще пытаться. Мир мертвых младенцев, малолетних матерей, фальшивых витаминных таблеток и бюрократии, позволявшей выдавать фальшивые свидетельства о рождении, по определению безумен. Неудивительно, что в нем происходят еще и убийства.

Диалог надо было как-то направить в нужное русло, но, когда она хотела задать очередной вопрос, дверь распахнулась.

– Босс,