Господин прокурор - Катерина Траум

– Тук-тук, – вдруг раздалось у нее за спиной, и дверь приоткрылась, а в щель заглянула озорная мордашка Саманты. – Привет. Слышала, твой босс сегодня поехал крушить хороший ресторан. Значит, у тебя точно есть время на чашку чая.

– Привет, Сэм, – немного нервно улыбнулась ей Пейдж, убирая на стеллаж последнюю папку с документами. – Да знаешь, что-то аппетита совсем нет.

– А если так? – Подруга приоткрыла дверь чуть шире, демонстрируя ей бумажный кулек, от которого шел умопомрачительно вкусный аромат шоколада. – Давай, Уэстбери тоже куда-то уехал, так что нам с тобой сам бог велел немного расслабиться без этих напыщенных самодуров.

Что ж, все равно ничего полезного сделать уже не получится – так что Пейдж не стала больше упрямиться. Тем более завтрак, который приносил для нее Киллиан, так и остался на его тумбочке, о чем желудок напомнил жалобным урчанием. Сбегав в столовую за чаем, подруги устроились прямо в кабинете прокурора за столиком помощницы, где можно было болтать без лишних ушей.

– Как там судья отреагировал на отмену заседания по Дамперу? – решилась поинтересоваться Пейдж, проглотив первый кусочек шоколадного кекса.

– Да знаешь, на удивление спокойно. – Сэм грациозно, как и положено аристократке, отпила из цветастой чашки, оставив на ней отпечаток малиновой помады. – Сказал только, что если Лэйк и на этот раз отпустит Соланесов, то придется доложить о нем в Лондон как о пособнике мафии.

Кусок встал поперек горла, и Пейдж едва не закашлялась. Ну конечно: Уэстбери рвался в парламент, так что ему не нужны подозрения в сомнительных связях правосудия Энфорта и коза ностра. Но что камнем преткновения в этом всем стал Киллиан, который и пытался сейчас хоть как-то разобраться в ситуации, тянуло напряжением все жилы.

– Лучше бы предложил ему помощь в арестах, – только и буркнула Пейдж, наконец сумев совладать с собой, но на всякий случай отложила кекс, пока не подавилась.

– Разберутся без нас, – беспечно махнула рукой Саманта, и на ее изящных пальцах с парой золотых колец мелькнули какие-то темные пятна.

– Ты в чем-то испачкалась? – указала на них взглядом Пейдж.

– Ой, это… – Та раздраженно повела плечом и поморщилась. – Не отмывается. Нилу что-то взбрело в голову – захотел перекрасить волосы, представляешь? Пришлось помогать.

Пейдж рассеянно моргнула, в свете всех забот и переживаний с трудом вспоминая, о ком речь. А, тот симпатичный парень, с которым она как-то видела Сэм у входа в Дом правосудия. С тех пор та не раз уже о нем упоминала с полнейшим восторгом, вот только среди прочего щебета подруги информация вообще не откладывалась в памяти.

– Э-э… он, кажется, шофер судьи Уэстбери? – всплыло из подсознания хоть что-то услышанное ранее, во время совместных обедов.

– Да-а, – закатив глаза, протянула Сэм с мечтательной улыбкой. – Ну ты чего, совсем, что ли, в работе утонула, не помнишь? Нил просто восхитительный. Недавно мы с ним ходили в оперу. Боже, ни за что бы не подумала, что мужчина из среднего класса может быть настолько галантен! Да, немного эксцентричный, зато чувство юмора…

Пейдж рассеянно кивала на этот новый поток восхищений явно влюбленной девушки в адрес ее кавалера, а у самой не получалось оторвать внимательного взгляда от ее рук. На очень светлой, фарфоровой коже пятна казались темными, но на деле были бежево-коричневого оттенка. Краска для волос… модная и недешевая вещь. Да какому мужчине вообще придет идея покрасить волосы? Разве что тому, кто пытается скрыть свой природный цвет.

– Странное это дело – с чего бы Нилу вдруг менять внешность? Кажется, он и так достаточно симпатичный, – пригубив чай, подтолкнула Пейдж Сэм в нужном ей направлении.

Та с готовностью подтвердила:

– Вот и я ему то же самое сказала: малыш, у тебя волшебные шоколадные пряди, ну к чему этот плебейский цвет? Нет, сказал, хочу стать блондином. Но блонд, конечно, не получился, скорее типичный русый. А я уже ничему с ним не удивляюсь: знала бы ты, сколько у него татуировок, там черт заблудится…

Вот теперь рука Пейдж все-таки дрогнула, плеснув чаем на белую блузку.

– Т-татуировки? Какие именно?

– Что же ты так неаккуратно. – Не замечая ступора подруги, Сэм подхватила салфетку и протянула ей с милой улыбкой. – Что с тобой?

– Сэм, это серьезно: какие именно у Нила татуировки?! – неожиданно для себя повысила голос Пейдж.

Та недоумевающе похлопала глазами, так и застыв с салфеткой в руке. И тихо залопотала:

– Ну… на шее скрещенные мечи. А на спине большой такой рогатый демон…

«Демон! Козел отпущения. Азазель!» – осенило Пейдж, и все детали, соединяясь, начали одна за другой выстраиваться в ряд с ровными, упрямыми щелчками истины.

Он все это время был совсем рядом, имел беспрепятственный доступ в Дом правосудия, к любой информации. Плут, профессионал, способный выколоть человеку глаза. Восстанавливая в памяти мельком виденный образ, Пейдж вспомнила о лонгете на его руке – заживлял пальцы, перебитые ударом трости Киллиана тогда, в Хиллхаусе? Если это так, то и смерть графа Комптона на его совести. Зная, что попал в ориентировки, он попросил перекрасить ему волосы, изменить внешность. Зачем, если не…

– О нет, – со свистящим выдохом осознала Пейдж. – Это он… Русые волосы… Черт, черт!

Она вскочила со стула и принялась расхаживать по кабинету на ватных ногах, не зная, как успокоить бешеный пульс.

– Пейдж, ты в порядке? – звала ее Сэм, но безуспешно.

Слишком многое встало на свои места. Азазель – не просто шофер Уэстбери, он его раб и правая рука. Вот он – хозяин, кукловод. Стравливающий кланы, так рьяно требовавший от Киллиана арестов даже с военной помощью. Рвущийся в парламент, для чего ему нужен богатый послужной список, – а что может быть богаче, чем ударом своего молотка отправить на виселицу целый мафиозный клан? Голова кружилась, все казалось нереальным, но невозможно четким. Билли убил Азазель – или, лучше сказать, Нил – по приказу Уэстбери и с его помощью. Устранил потенциального болтуна. Именно так, чтобы свалить вину на Леонардо, и именно затем, чтобы Киллиана больше ничего не удерживало от расправы над Соланесами. И он поддался, ведь сейчас, именно в эту минуту где-то на Гарден-авеню уже, возможно, полным ходом идет грандиозная перестрелка – вот она, цель, громкий скандал, дело, которое прогремит на всю страну и вознесет до небес судью, который наведет порядок.

– Киллиан! – охнула Пейдж, на миг пряча лицо в ладонях.

Теперь он под огнем. Он обрушится на гнездо мафии