Господин прокурор - Катерина Траум

– Добрый день, мисс Эванс, – коротко кивнул он. – Прокурор Лэйк внутри, ведет переговоры с Соланесом. У вас что-то срочное?

– Да. Мне нужно кое-что ему передать, – немного сипло отозвалась Пейдж, буквально чувствуя затылком, что Барс все еще где-то неподалеку, на расстоянии выстрела.

А значит – и возможной смерти не только ее, но и всех, кто вокруг. Тиканье часов отдавало по ребрам вибрацией.

– Разумеется, – без малейшего сомнения кивнул Гловис и махнул коллегам. – Пропустить!

Полицейские расступились, и Пейдж смогла пройти к черному входу в ресторан. По ступеням крыльца она поднималась предельно аккуратно, боясь не то что дернуться – даже вдохнуть чуть больше воздуха, чем было минимально необходимо. Ей казалось, что она и без того содрогалась при каждом шаге, будто все внутренности превратились в желе. По позвоночнику градом катился пот.

В коридоре для обслуги никого не было. Приглушенные голоса доносились только из зала, куда, похоже, стянулся весь клан Соланесов в ожидании решения дона. Пейдж беспрепятственно толкнула последнюю дверь, ту самую, через которую обычно носили блюда официантки, и вышла на свет хрустальных люстр ресторана.

– …А я тебе повторяю, Лэйк: о том, что ты взял Билли, я узнал только что от тебя самого! – непривычно громко гремел на весь зал Леонардо. – Убирай отсюда полицию, или, клянусь…

– Я достаточно давал тебе поблажек, Лео: если сейчас же все твои люди, и ты в том числе, не выходите и не сдаетесь правосудию, нам обоим не избежать жертв! – непримиримым грозным тоном не уступал ему Киллиан.

– Жертв и правда уже не избежать! – тонким голосом звонко выкрикнула Пейдж, вмиг привлекая к себе всеобщее внимание.

Не дыша, она вышла вперед, прямо к центру зала, и распахнула плащ. Времени на долгие прелюдии и объяснения не оставалось. По ощущениям прошло уже минут пять-семь, и действовать надо быстро. Она подняла взгляд на Киллиана, спорившего с доном у дальней ложи и в этот момент застывшего в абсолютном шоке. Все тихие шепотки в ресторане разом смолкли, будто убрали иглу с пластинки граммофона. Пейдж сбросила плащ на пол, демонстрируя всем пояс с динамитом.

– Porco cane, – ругнулся Лео, уронив дымящуюся сигару. – Лэ-эйк, ты решил подорвать мой ресторан ко всем чертям?!

– Пейдж… Что ты тут… Как? – только и выдавил Киллиан, рванув к ней безо всякой трости, оставшейся где-то у ближайшего столика.

– Л-лига. Барс. Они поймали меня, когда я шла к тебе, и…

– Ясно, – выпалил он, мельком глянув на циферблат. – Семь минут. Лео, живо выводи отсюда людей! Всех!

– На улицу, где их ждут полисмены?!

– На улицу, где они не станут кровавыми ошметками! – рявкнул Киллиан, оглянувшись на него и сверкнув чернотой глаз. – Семь минут!

Больше пререкаться Лео не стал. Продолжая сыпать беглой речью на сплошном итальянском, он ринулся отдавать резкие, зычные приказы, и люди быстро начали покидать ресторан. Зато Пейдж не могла и шевельнуться, даже несмотря на то, как успокаивающе легли на ее скулы ладони Киллиана, и он заглянул в ее невольно слезящиеся от страха глаза.

– Выдохни, – глубоким, предельно спокойным голосом велел он. – Давай, Пейдж, дыши. Все будет хорошо. Ты мне веришь?

– Верю, – прошелестела она одними губами, невольно подчиняясь его приказу.

– Молодец… А теперь стой смирно, ладно?

Профессионал в нем взял верх. Сосредоточенно прищурившись, он изучил деревянную коробочку и идущий из нее тонкий шнур. Осмотрел весь пояс из динамита, ненадолго скрывшись за спиной Пейдж, и в попытке хоть секунду не думать о тикающих часах она подняла взгляд на висевшую над головой хрустальную люстру, переливающуюся сотней огоньков.

– Я бежала… бежала сказать, что нашла Азазеля, – прошептала она, обращаясь к потолку. – Это он убил Билли, перекрасил волосы после ориентировок. А красила их Саманта… Азазель – ее ухажер и шофер Уэстбери. Его правая рука. Он носил лонгет после того, как ты перебил ему пальцы в Хиллхаусе.

– Хозяин – судья Уэстбери?.. – неверящим эхом отозвался Киллиан, вернувшись к коробочке на ее груди, и предельно аккуратно попробовал подцепить крышку, которая не поддалась. – Мы разберемся. Снимем с тебя эту штуку и разберемся.

– Как успехи, Лэйк? – спросил запыхавшийся Леонардо, вернувшись к ним и встав напротив Пейдж с сурово сведенными бровями. – Значит, Лайленд психанул, сукин сын. Да что за день такой…

– Кустарная бомба, сделана кое-как, так что лезть в сам взрыватель – это, скорее всего, взлететь на воздух до звонка. Внутри часовой механизм от будильника, как только прозвенит – разобьется колба с воспламеняющим составом и подпалит бикфордов шнур, – вынес по-армейски точный вердикт Киллиан. – Все вышли отсюда?

– Да, – хмуро кивнул Лео. – Солнечная синьорина, будьте добры, дышите мельче: мне очень дорог этот ресторан.

В ответ Пейдж лишь еще сильнее поджала губы и впилась ногтями в ладони: она и без его комментариев знала, что дело дрянь.

– А ты какого черта еще здесь? – пробормотал дону Киллиан, пройдясь кончиками пальцев по шнуру, идущему из коробки.

– С тонущего корабля бегут только крысы, прокурор. Я крысой не стану никогда, – ответил Лео и деловито сложил руки на груди. – Три минуты. Какие идеи?

– Тащи большое ведро или таз с водой, – вдруг распорядился Киллиан, и только бисеринки пота на его лбу выдавали напряжение. – Бикфордов шнур, единственный вариант. Он старого образца, дешевый и не асфальтированный, а значит – водопроницаемый. Сам динамит не боится воды, загасить жидкость мы не сможем никак, а загасить шнур – да. Резать его тоже может быть бесполезно, если внутри пояса есть еще один… А это очень вероятно.

– Утопим эту горячую малышку, – азартно подхватил мысль Лео и без лишних разговоров бросился к кухне.

В зале и впрямь стало безлюдно. Слышно было лишь мерное «тик-так» и два тяжелых дыхания. Больше не тратя время, Киллиан потянулся к завязкам на боку Пейдж и принялся осторожно снимать ее «жилет».

– Не шевелись… не шевелись, – шептал он, но ее выдержка все равно давала сбой, и она громко шмыгнула носом, расставляя в стороны руки, чтобы ему было проще тянуть бомбу вверх. – Вот так… потихоньку.

– Стой! – ахнула Пейдж, когда одна из бечевок, скрепляющих динамитные шашки, зацепилась за ее сережку-лилию.

– Черт, – пробормотал Киллиан, замерев.

В руках у него были веревки с ее плеч, пояс с шашками висел на уровне ее шеи, и шелохнуться было попросту невозможно для обоих. Положение спас Леонардо. Поставив большой медный таз с водой на пол, он резво подскочил к Пейдж и предельно аккуратно