"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

Я стиснула зубы, выровняла дыхание и наконец сказала:

– Потому что мои мама с папой были в своем уме.

Чин Игён загоготала, откинув голову.

– Так потому ты и оказалась здесь! Если бы они с ума из-за тебя сходили, ты…

В тот же миг я схватила одну из тарелок, что лежали передо мной, и изо всех сил швырнула в нее. Мне так сильно хотелось заткнуть этот неугомонный рот, что руки потянулись сами собой. Это застало хозяев врасплох: они завопили в растерянности, не успев защититься.

Тарелки, на удивление, оказались довольно прочными; несколько их, брошенных как попало, даже угодили в цель. Чин Игён с воплем осела на пол. Я надеялась жахнуть ей по зубам и выбить хотя бы один, но, к несчастью, попала лишь в глаз. Со Помсу спешно подбежал к жене.

– Чего застыла? Вставай давай!

– Ай, она мне в глаз попала.

– Ты меня с ума сведешь, боже.

– Что сказал?

Чин Игён не могла нормально глаза открыть, но все равно повернула голову и пристально уставилась на него. Со Помсу тут же одумался и двумя руками заботливо обхватил жену.

– Ничего-ничего, дорогая, это я не тебе. Так, мысли вслух.

– А ну повтори! С ума свожу?!

Даже с одним глазом хозяйка умудрялась оказывать сильное давление на мужа. От ее вида Со Помсу еще больше сконфузился. Я не стала терять времени, подскочила к ним и ударом ноги оттолкнула их. Они кубарем отлетели в сторону, издавая странные звуки.

Пока хозяева валялись на полу, я снова сбежала.

– Да что за фигня! Сейчас это вообще неважно!

– Ясно. Позже поговорим.

Пока двое разыгрывали нелепую сценку, я уже успела взобраться по лестнице на второй этаж. Сначала я думала выбежать через входную дверь, но сразу же отбросила эту идею. Иначе пришлось бы перелезать через забор, а потом еще и вниз прыгать. Если вывихну ногу, мне конец. Поэтому выбора нет. Нужно искать возможность внутри здания.

Запыхавшись, я вошла в комнату Хёгу. Очевидно, что все в этом доме подчиняется его владельцам. Запрешь дверь – они смогут открыть ее и войти, когда захотят. Здесь больше ничему нельзя доверять.

Казалось, будто ответа нет, но я не могла сдаться так просто. Я второпях обыскала комнату. Руки тряслись, воздуха не хватало. Мне нужно было составить план действий до того, как они придут сюда.

Хозяева, то ли специально, то ли для забавы, до последнего не спешили подниматься наверх – так обычно хищник загоняет в угол свою жертву. Даже звуки шагов они усиленно пытались сделать громче. Было слышно, как они перешептываются, продолжая свой недавний разговор.

Они по очереди открывали двери. Специально стучали молотком и битой по стенам. Каждое подрагивание моего тела больно ударяло по моей решимости.

Вскоре шаги стихли прямо возле комнаты, где я затаилась.

Бум-бум.

Раздался не стук в дверь, а гром ударов биты.

– Тук-тук, кто там? Когда ты успела сюда забраться? – весело спросил Со Помсу, словно в руках у него была какая-то игрушка.

Следом зазвучал саркастичный голос Чин Игён:

– Хорошо быть молодым. Энергии хоть отбавляй.

– Пока Хёгу не подрастет, надо бы повременить с молодняком.

– Еще рановато ему, да? А я ведь говорила.

От их бесцеремонности и пренебрежительных слов я разозлилась только сильнее. Они будто намеренно демонстрировали мне, что происходящее – дело само собой разумеющееся, а я – пустое место.

– Что ж, весело было поболтать с тобой. Развлекла нас на славу. Но пора и честь знать.

Они были полны уверенности и самодовольства, как и всегда. Чему там радоваться, я ведь и слова не вставила, а они уже там между собой что-то порешали. Однако я еще ничего не решила. Я не сдамся до последнего. Не отрывая глаз от двери, я торопливо двигала руками, прикладывая максимум усилий в поисках переключателя.

– Если подумать, это же наш первый раз?

– Это? Ты про задушевную беседу перед завершением дела?

– Ага; мы первый раз разделяем последний миг чьей-то жизни.

Мне было противно присутствовать при этом фарсе – что еще за «задушевная беседа» и «последний миг»? Их попытки приукрасить свои поступки оскорбляли уже саму речь.

– Есть такое. До этого Хёгу сам со всем справлялся.

– А это, оказывается, не так уж плохо. Полезно. Да и весело к тому же.

– Вроде хочешь побыстрее закончить, а они то и дело убегают от тебя. Хотя немножко жаль, что все идет не так гладко.

– Что ж, ради хорошего куска мяса и битой помахать не грех.

Судя по тому, что диалог продолжал набирать обороты и становился все более и более напыщенным, этих двоих по праву можно было назвать родственными душами, то есть парой, созданной на небесах. Им даже особых усилий прикладывать не нужно было. Наверное, именно это и привлекало их друг в друге.

Я продолжала обыскивать комнату – наконец в глаза мне бросились старые обои с рисунком, напоминающим раскрытый веер. Среди декоративных рисунков и чучел насекомых и животных в обрамлении была одна рамка с бабочкой, названия ее вида, правда, я не знала.

В отличие от других предметов декора, эта рамка висела криво. Отодвинув ее в сторону, я обнаружила кнопку. Мое сердце затрепетало. Снаружи в дверь все еще ломились супруги – родственные души. Как только дверная ручка дрогнула и дверь уже начала открываться, я тут же нажала на кнопку.

Комната задребезжала и начала двигаться.

– Эй, уже отыскала, что ли?

– Мда-а, а с головой у нее и правда все в порядке.

– Может, нам тогда оружие сменить? Уж очень мне твоя бита приглянулась.

– Как скажешь, дорогая.

Издевательский смех за дверью постепенно отдалялся. Мне чудом удалось уйти от опасности, а они вовсю веселятся. Моему раздражению не было предела, и все же на ум не приходило ни одного блестящего решения в этой ситуации.

Сейчас в голове у меня был один-единственный способ избавления от этих супругов-маньяков.

Взять Хёгу в заложники. Иных вариантов не было.

Комната перестала вибрировать. Мне хотелось проверить, что изменилось, но времени медлить не было. Я тут же открыла дверь. Как и ожидалось, я оказалась на третьем этаже. Стоило оглядеться, и сразу же стало ясно, что особых возможностей для побега и здесь не найдется. Очевидно, что скоро они поднимутся сюда. Хёгу во время разговора с родителями находился на третьем этаже, а раз вниз он не спускался, значит, сейчас