Современный зарубежный детектив-25 - Арнальдур Индридасон

class="p1">Помимо джина и тоника у него нашлись лед и лайм. Он явно подготовился. Джанет с опаской опустилась на складной стул и вытащила из стакана ломтик лайма.

– Никогда не кладу, – извиняющимся тоном пояснила она, – но очень мило с твоей стороны предложить.

Джесси Эд Дэвис кивнул, достал из холодильника размером с гостиничный мини-бар бутылку местного пива и сорвал пробку о край дверцы.

– Ну, рассказывай, – предложила она.

– Для начала займемся ногой. – Он полез в старый сундук с выпуклой крышкой, оплетенный полосами темного дерева, как в фильмах про пиратов, вытащил армейскую аптечку первой помощи и достал оттуда пузырек ибупрофена, бинт и ножницы. – Подними ногу, – велел он. – Как можно выше.

– Зачем ножницы?

– Нужно разрезать штанину.

– Я заплатила за эти штаны в аутлете двадцать восемь пятьдесят и ношу их десять лет.

Джанет аккуратно задрала штанину, сначала до колена, потом выше, морщась от боли. Зато джинсы остались целы. Джесси обхватил ее лодыжку большой ладонью, но прикосновение опять было легким. Потом он положил ее ногу себе на колени и осторожно, но уверенно забинтовал от середины лодыжки до чуть выше колена, а потом снова опустил на пол. Джанет проглотила четыре таблетки ибупрофена, а хозяин жилища сделал большой глоток пива.

– На чем мы остановились? – спросил он.

– Я жду объяснений. Например, что я здесь делаю и что ты делал у ручья. Ну и прочее в том же духе. И почему я не в полицейском участке. Копам было бы интересно.

– Слишком интересно. Сообщишь, что нашли тело, – начнут выяснять, при каких обстоятельствах, что ты там делала, точное время. И автоматически станешь подозреваемой, а оно тебе надо? Особенно когда других подозреваемых нет.

– Если не рассказывать про тебя, – заметила она.

Он отсалютовал ей бутылкой с пивом.

– Я никто и никак с этим не связан. А ты другое дело. Это твой ручей. И парень тебе знаком.

– Он работал у моего бывшего мужа.

Джесси кивнул.

– А если не пойдешь к ним, напишут, что это передоз. Коротко и ясно, никаких вопросов, газетчикам не интересно, и ты ни при чем.

– Разве они не найдут мои следы, где я сползла по берегу?

– Это их только запутает. Решат, что парень сполз. Ветер нагоняет дождь. Молись, чтобы по-настоящему ливануло до утра, тогда вообще следов не найдут. Они и так-то следы читать не умеют, даже без дождя.

– А термоконтейнер? Термоконтейнер Джои? – вспомнила она.

– Ты была в перчатках. Отпечатков нет. А мальки к утру сдохли бы. Так хоть они живы, по крайней мере пока.

Джанет допила свой стакан.

Джесси взял его и отправился наполнять снова. Потом поставил на пол пустую бутылку из-под пива, снова открыл мини-холодильник и извлек из микроскопической морозилки стаканчик мороженого с приклеенной к крышке деревянной лопаточкой.

– Вишневое, – объявил он. – Вкусное. Хочешь?

Она протестующе подняла ладонь:

– Только не с джин-тоником.

Джесси сунул руку в сундук, достал белый конверт и вручил ей.

– Восемь тысяч семьсот пятьдесят долларов. Лучше не бросать на видном месте.

Джанет смотрела на него, не веря своим глазам.

– На видном месте у себя на кухне, в собственном доме! А ты-то что там делал? Джин-тоник, эластичный бинт – это все очень мило, но что ты забыл у меня дома?

– Думал, ты контрабандистка, – ответил он.

– С чего это вдруг?

– Я все вижу. Твой бывший, его баркас, твоя лодка, рыболовный ящик.

– Ты следил за мной в четыре утра?

– Я рано встаю. Если можно что-то узнать – пытаюсь узнать. Но когда ты выпустила мальков, понял, что ошибался. Возможно, мы на одной стороне. Хоть и по разным причинам.

Джанет немного помолчала и отпила из стакана.

– Это даже не мои деньги.

– Теперь твои. Тебе их кто-то отдал. А теперь этот кто-то мертв.

– Он не кто-то. Его звали Джои Пицио. Я его еще ребенком помню.

– Минутку, – прервал ее Джесси Эд Дэвис.

Он забросил остатки мороженого в рот, потом поднял палец, извинился и вышел наружу, растворившись в темноте. Джанет, предположив, что он пошел облегчиться, воспользовалась паузой, чтобы осмотреться. Ничего необычного, разве что ящик для молочных бутылок в изножье кровати с наклейкой для бампера «Никаких компромиссов в защите матери-Земли», полный связанных в аккуратные пучки стальных пик. Сверху лежал старинный ручной бур по дереву, какими пользовались для изобретения электродрели. Она не успела сделать никаких выводов, потому что он вернулся с полной пивной бутылкой, которую оставил снаружи, прежде чем закрыть дверь.

– Небольшое неудобство, – объяснил он, усевшись на кровать. – Выброшу завтра в соответствующем месте. Людям не следует мочиться на стены. Других животных я еще могу понять.

– Я не спрашивала, – заметила она.

– Подумал, тебе будет любопытно. Знаешь, есть виды, которые гадят в воду, которую потом сами и пьют. А другие не гадят. Но только один вид изобрел специальное устройство, чтобы гадить в питьевую воду. А потом создал целую инфраструктуру, чтобы эту воду очищать. Здравомыслящий человек мог бы спросить: почему бы нам просто не прекратить загрязнять воду. Но нет, мы считаем это важнейшим признаком прогресса, а потом создаем промышленность, чтобы… – Он замолк, заметив, что его не слушают. – Извини. Ты говорила про того парня.

Джанет кивнула.

– Я несколько лет не видела Джои Пицио, но помню его, – продолжила она. – Особенно ребенком. Как-то ездила с классом на экскурсию. Ну, знаешь, кто-то из родителей обычно едет.

– У тебя есть ребенок? – спросил Джесси.

– Был, – ответила Джанет. – Будь он жив, был бы чуть моложе тебя. А у тебя есть дети?

– Нет. Но сочувствую твоему горю.

– Проклятая подледная рыбалка.

– Мне очень жаль.

Джанет пожала плечами:

– Мне каждый день жаль. – Она сделала глоток и уставилась в пол. – Мой сын не особо дружил с Джои, – продолжила она. – Подозреваю, Джои вообще ни с кем не дружил. Но на той экскурсии, когда мы поднимались на горку, Джои тащился сзади, как будто вообще не хотел никуда идти. Смотрел в землю и молчал. А когда мы уперлись в крутой подъем, встал и сказал: «Туда я не пойду». Тогда я взяла его на руки и несла вверх по скалам, пока не стало снова полого. Он так ничего и не сказал, просто пошел дальше. И по сей день не понимаю, почему не попыталась с ним поговорить. Тяжело было смотреть, как он киснет в такой прекрасный весенний день. Сердце надрывалось – несчастный ребенок. Спросила учительницу, та ответила, что у него дома проблемы. Дома проблемы, вот и все объяснение. Черт возьми, да у кого дома нет проблем?

Она оглядела упорядоченное жилище Джесси и вспомнила дом Джои Пицио. Что, если она вызвала бы тогда скорую? Без проблем не обошлось бы, зато парень остался бы жив.

– Бедняга. – Она до сих пор