Отличная работа, Уилл Мугли! - Пьердоменико Баккаларио

class="p1">За спиной Таппера раздался неописуемый грохот. Звук был такой, будто в квартиру ворвался бизон, который опрокидывал и топтал мебель.

– В чём дело, Таппер?

Приятель прикрыл трубку ладонью, что-то кому-то прокричал, а затем вернулся к разговору:

– Да так, пустяки.

Уилл расслышал вопли Цыца:

– Всем плевать! Всем плевать!

– Как это «пустяки»? Что с попугаем?

– Он слегка разволновался, ничего страшного…

Уиллу потребовалось меньше секунды, чтобы догадаться.

– Только не говори, что выпустил призраков!

– НЕТ, Я БЫ НИ ЗА ЧТО!

– ТАППЕР!

– Ладно, тут такое дело… – засопел Таппер. – Может, я и выпустил парочку.

– Парочку?

– Проклятье, Уилл! Я не знал, чем заняться. Твой телевизор работает через раз, а рубиться в видеоигры в одиночку мне надоело.

Уилл привалился к стене крошечной телефонной будки.

– Таппер… Призраки не умеют играть в компьютер.

– Это ты так думаешь! Цифровик только что размазал меня в «Смертельном ралли»!

– Цифровик мёртв! Конечно, в «Смертельном ралли» ему нет равных!

Последовала долгая пауза, во время которой Уилл почувствовал, что у него вот-вот страшно разболится голова.

– Ты на меня сердишься, Уилл? – спросил, наконец, Таппер дрожащим голосом.

– Нет, Таппер… Я не сержусь. Просто… не хочу новых проблем, понимаешь?

– Если хочешь, я в подробностях перескажу тебе весь план!

– Не знаю, Таппер. Не стоит. Я устал.

– Завтра ровно в десять часов я выпускаю призраков из «Врат», – официально оттарабанил Таппер. – То есть всех остальных призраков…

– Таппер…

– Потом я прошу их встать на ковер, рисую вокруг символ Атаназиуса Мугли и…

– Таппер…

– …и жду, когда ты сделаешь то же самое в помещении отеля, где будет проходить просмотр. А потом… БАМ! Управляющие сети «Страхотель» узрят лучших из призраков агентства Мугли!

Уилл потёр глаза.

– Отлично, Таппер. Замечательно. Таков наш план. Но сейчас у меня правда нет сил.

Он попрощался с другом, повесил трубку, открыл дверь будки и отправился к себе, в семнадцатый номер. Войдя, он бросил чехол на кровать и улёгся, заведя руки под голову.

Из окна, выходящего на главную улицу, доносился отдалённый шум стадиона, где выступали «Ошмётки». Слепила невыносимая иллюминация «Лакшери Стара» – отеля, который Уилл никогда в жизни не сможет себе позволить.

Он со стоном встал, чтобы задёрнуть занавески, но одна из древних грязных штор отказывалась двигаться с места. В конце концов Уилл просто подвесил чехол для одежды на ту половину окна, куда ещё проникал свет, и кое-как заснул.

7

Просмотр

Он проснулся на рассвете, совершенно измученный.

Мерцающий утренний свет, проникающий свозь половинчатую занавеску и чёрный чехол, не дал Уиллу, привыкшему к кромешной темноте своей квартиры в Верхнем Ист-Сайде, нормально выспаться.

Он раз сто перевернулся с боку на бок, но всё безуспешно. Спустя пятнадцать минут он уже стоял под душем в облаке пара, под струёй воды, по температуре близкой к закипанию. Из душа он вышел с покрасневшей кожей и багровой сосудистой сеточкой на обожжённой спине. В целом выглядел он чудовищно.

В ожидании, пока высохнет его чёрная копна, Уилл включил крошечный телевизор, который стоял на тумбочке. Показывали только кулинарные передачи да жуткий «магазин на диване», предлагающий купить лазерное устройство для удаления волос в носу. Вот почему Уилл так и не озаботился починкой телевизора в своей квартире. Он нажал кнопку «выключить».

Ему хотелось провалиться под землю.

Тем не менее он встал, отодвинул половину занавески и посмотрел наружу. Город всё ещё окутывала пушистая рассветная дымка. Затем Уилл заметил кое-что любопытное: по подъездной дорожке соседнего отеля бежал Адам Фуллертон, облачённый в безукоризненный теннисный костюм, будто прямиком с Уимблдона. За ним с куда менее спортивным видом поспевал верный секретарь, мокрый от пота, а замыкали строй неизменные телохранители.

Уилл наблюдал за процессией со смешанными чувствами, пока она не исчезла из виду. Задетый за живое, он пару раз отжался, затем полюбовался на несуществующие мускулы в зеркало и махнул на это рукой. Дядя Элвин всегда говорил, что главное – это мозги. А мозги Уилла в тот момент были в более чем подтянутом состоянии.

Он встал на стул, чтобы дотянуться до карниза и отцепить чехол, и торжественно положил его на кровать.

Серебряная надпись блестела в утреннем свете.

Вжик!

Уилл плавным движением высвободил из чехла костюм для особых случаев.

– Эй, Мугли! Что это ты напялил? – поинтересовался Лео Миггинс, как только увидел Уилла.

Приятель сидел за круглым столиком и читал местную газету. На раскрытой странице виднелось фото пихающейся под дождём группы людей и заголовок: «„Ошмётки“ снова показали класс!»

Уилл нерешительно прошёлся туда-сюда.

– Такое ощущение, что это не мой размер…

Лео от души расхохотался.

– Да что ты! По-моему… он размеров на пять больше!

Уилл утопал в огромном парадном фраке из тонкой тёмно-серой шерсти с волочащимися по земле фалдами, двубортном трикотажном жилете размером с простыню и брюках с чёрной окантовкой, ниспадающих на кеды Уилла складками наподобие потока лавы. Образ завершала белоснежная сорочка, придававшая всему ансамблю смутное сходство с безе со взбитыми сливками.

– Понять не могу, как дядя Элвин умудрялся это носить, – буркнул Уилл, усаживаясь напротив приятеля.

– А зачем тебе вообще это надевать?

– Это часть… ритуала, – пожал плечами Уилл, смахивая пыль с необъятного жилета.

Лео Миггинс долго тянул кофе, обдумывая ситуацию.

– Значит так, Уилл… Этот костюм никуда не годится, нужно что-то делать! – вынес вердикт он.

Под бдительным присмотром Лео Уилл снял сорочку и жилет и вместо этого натянул футболку с концерта «Ошмётков». Затем он закатал брючины на двенадцать оборотов и в заключение подвернул фалды, приколов их к подкладке фрака булавками.

Лео окинул его довольным взглядом.

– Теперь ты вылитая рок-звезда семидесятых.

– Серьёзно? – спросил Уилл, глядя на себя в зеркало.

– Знал бы ты, сколько я перевидал музыкантов, пытающихся сойти за таких вот рок-звёзд. Но им всем до тебя как до Луны.

– Чувствую себя по-идиотски.

– Тебе просто надо быть более уверенным в себе.

– Уверенным, что я идиот?

Лео хохотнул.

– Послушай, сосредоточься на мысли, что пиджак с фалдами в подмышках – это абсолютно нормально и… – он взглянул на часы, – и вообще нам пора, а то опоздаем.

Уилл сжал кулаки и кивнул.

Внутри он был страшно зол. Зол на предка Атаназиуса, чей ритуал массового появления обязывал напяливать костюм для особых случаев, зол на себя, что не примерил его перед отъездом. Но больше всего злости вызывал…

«Таппер! И зачем только он уговорил меня податься на этот конкурс!»

Уилл и Лео сели в машину.

Они выехали из Спунвилла и