Отличная работа, Уилл Мугли! - Пьердоменико Баккаларио

9

Весьма особенный приём

Таппер не объявлялся целую неделю, и Уилл даже склонялся к тому, чтобы ему позвонить.

Однако, когда он уже свыкся с мыслью, что ему придётся искать нового лучшего друга и помощника в агентстве, он услышал, как кто-то барабанит в дверь и жмёт на звонок.

– Плохие новости! – воскликнул Таппер, входя в квартиру. В руках у него был новый выпуск «Вечернего призрака».

– Отлично, Таппер. Лучше способа вернуться не найти!

Приятель бросил куртку на вешалку в форме жирафа и сразу направился в гостиную.

– Только послушай, – сказал он и принялся читать. – «Обойдя конкурентов, Адам Джулиан Фуллертон III подписал сделку со „Страхотелем“ на сумму с шестью нулями. Начиная со следующего месяца, в гостиницу Мерсера Эпплгейта заселится „Призрачный оркестр „Астория““, легендарный французский шеф-повар Фанфалюк, герцог Слоппингемский, мастер коварных розыгрышей, и… барабанная дробь… Ребекка, леденящая кровь Серая княгиня призраков!»

– Этого стоило ожидать, – невозмутимо прокомментировал Уилл.

Таппер бросил на него косой взгляд.

– Да уж. Эта Ребекка та ещё дамочка… – он показал Уиллу газету с изображением надменной женщины-призрака в тёмно-сером платье: её волосы казались обугленными, а на шее виднелись лиловые синяки. – Разъярённая толпа ворвалась в её замок в самом разгаре бала. Говорят, последнее, что она сказала перед тем, как её выволокли наружу, было: «Революция ничто по сравнению с вальсом».

– Здорово иметь под рукой таких призраков, – заметил Уилл. – Про них послушаешь – и то страшно.

– Точно! – согласился Таппер и швырнул газету на диван. – Фуллертон и правда предложил лучших из лучших!

– Что поделать, Таппер? Такова жизнь. И такова смерть. Не хочешь сыграть в стрелялку один на один? – предложил Уилл, шаря по ковру в поисках кабелей от приставки.

Однако очень скоро раздался звонок в дверь, который оторвал друзей от игры.

– Я открою, – непривычно охотно вызвался Уилл. Он бы не признался в этом даже под пытками, но он был рад, что Таппер вернулся, и всячески пытался заслужить прощение.

За дверью стоял МакБрайд – секретарь Фуллертона.

– А, это вы, – холодно поприветствовал его Уилл.

– Добрый вечер, мистер Мугли, – важно поздоровался МакБрайд, заглядывая Уиллу за плечо, будто пытаясь войти.

– Я очень занят, мистер МакБрайд, – прервал его потуги Уилл.

В тот момент из глубины квартиры донёсся крик Таппера:

– Быстрее, Уилл! Я больше не могу держать пулемёт на паузе!

Секретарь Фуллертона ухмыльнулся, состроив льстивую гримасу.

– Простите, что потревожил вас в такой непростой момент, мистер Мугли. Я всего на минутку.

Он вытащил из кармана пиджака конверт цвета слоновой кости.

– Чтобы отпраздновать наш грандиозный успех в гостинице Эпплгейта, синьор Адам Джулиан Фуллертон III сегодня вечером устраивает… большой приём в честь «Страхотеля».

Уилл взял конверт. В нём лежало изящное приглашение с резным краем.

– А я тут при чём?

– Мистер Фуллертон будет очень рад, если вы придёте, – ответил МакБрайд откровенно издевательским тоном.

За плечами приятеля появился Таппер, тем самым подтверждая, что у него особое чутьё на катастрофы, разыгрывающиеся у входной двери.

– С кем ты тут разговариваешь, Уилл? Повстанцы своими мачете порубили нас на куски…

– Ваш друг, конечно, тоже приглашён… – сказал секретарь, который к тому моменту уже едва сдерживал смех.

Таппер в замешательстве поправил на носу очки.

Уилл яростно запихнул приглашение в карман.

– Передайте мистеру Фуллертону, что мы заняты и нам некогда ходить по дурацким приёмам! – выпалил он.

МакБрайд пожал плечами.

– Как скажете, мистер Мугли, – он отошёл к лифту. – На случай если вы передумаете… гости должны быть во фраках.

Уилл резко обернулся.

– Помню, у вас как раз есть один, весьма элегантный, – добавил секретарь, и его ухмыляющаяся физиономия скрылась за дверями лифта.

– Вон! – в бешенстве заорал Уилл.

Он хлопнул дверью и бросился к окну, что выходило на улицу.

Заинтригованный Таппер побежал вслед за ним.

– Да что случилось?

Не удостоив его ответом, Уилл вглядывался на двадцать девять этажей вниз. Он сразу узнал припаркованный посреди улицы чёрный микроавтобус.

– Вот он идёт, красавчик! Гордится, что победил, аж раздулся! Да кем он себя возомнил?

– Ты о ком?

Уилл отдал Тапперу конверт.

– Приглашение на вечеринку в «Эллегантон Билдинг»? Круто! – воскликнул Таппер, а затем нахмурился. – «Просим прийти во фраке. ППУ». Что это значит – «ППУ»[2]?

– Это значит, что над нами издеваются, – ответил Уилл, продолжая с высоты наблюдать за Фуллертоном. Его лицо вдруг превратилось в разгневанную маску. – Ну нет! Нет! ЭТО УЖ СЛИШКОМ! – заорал он так, что Таппер подпрыгнул. – ДАЖЕ НЕ СМЕЙ, ФУЛЛЕРТОН!

Уилл подобно молнии промчался через всю квартиру, распахнул дверь и бросился вниз по лестнице.

Таппер подошёл к окну и увидел, что Фуллертон мило болтает со Сьюзан, очаровательной соседкой со второго этажа. Беседа, похоже, была приятная, но тут на улице показался Уилл. Он принялся что-то кричать, но богатый юнец покатился со смеху, хлопнул Уилла по спине и уселся в свой сияющий микроавтобус.

Очаровательная Сьюзан и Фуллертон попрощались. Соседка ушла к себе, а Уилл остался униженно стоять на тротуаре.

Таппер поправил очки. Он посмотрел на раздавленного горем друга, затем на приглашение. И в его мозгу начал зарождаться план.

– Надо что-то делать… – пробормотал он и, как всегда, когда ему надо было подумать, пошёл в кухню. Он открыл холодильник, вяло откусил кусок батончика с повышенным содержанием кокоса, и вдруг его как током ударило:

– У меня идея!

– Всем плевать! – откликнулся с насеста Цыц.

Поскольку Уилл всё никак не поднимался, Таппер сам спустился на улицу. Приятель так и стоял у входа в дом – мрачный и потухший. На его лице было знакомое выражение, известное как «не желаю ни с кем разговаривать».

– Слушай, Уилл…

– Забудь, – прервал его самый бледный парень в Нью-Йорке.

– Ну уж нет, не забуду. И тебе тоже не стоит. И знаешь почему? Потому что нельзя позволять так над собой издеваться!

– Да что ты? И какие у нас варианты?

– Я считаю, нам надо пойти на этот приём, – продолжил мысль Таппер. – Пусть думают, что мы сдались. Но мы придём и покажем Фуллертону, что кое в чём мы лучше его.

Уилл присвистнул.

– Ну да, конечно!

– Сам подумай, Уилл! Мы должны ему отомстить. Не знаю как, но… ты ведь в таких вещах лучше разбираешься.

– Отомстить? – пробормотал Уилл, пока идея постепенно прокладывала себе путь в его голове.

– Да! – настаивал Таппер. – За то, что он увёл контракт со «Страхотелем», за издевательское приглашение и… за то, что он говорил со Сьюзан.

После этих слов