Август и Джонс - Пип Гарри

– Я смогу пойти на пробежку, когда мне станет лучше?

Мама рассмеялась и махнула рукой.

– Дай себе время оправиться.

– А вдруг она не поможет? Ну, химиотерапия? – спросила я, мысленно представляя, каково это – не видеть ничего, кроме темноты.

– Поможет, – заверила меня мама.

Она пыталась улыбаться, но слишком устала. Волосы у неё были не причёсаны, а глаза покраснели.

– Кстати, по поводу той идеи с зоопарком, – добавила она. – Папа забронировал билеты на выходные через две недели, как раз перед вторым сеансом химиотерапии.

– И для Августа тоже?

– Разумеется. Это ведь ваш общий список целей!

– Спасибо, мам.

* * *

Я прислала Августу скриншот билетов с датой, пока меня снова не сморил сон.

Дж: Мэймэй! Билеты забронированы! Жди нас, зоопарк Таронга!

А: УРА! Как прошла химиотерапия?

Я отправила ему несколько блевотных смайликов. Они прекрасно описывали мои ощущения.

А: Сочувствую!

Дж: Мне уже лучше. Надеюсь, она поможет…

Глава восемнадцатая

Август

В субботу папа заехал за мной и Арчером, чтобы забрать нас на полуфинал. Команде Арчера все прочили победу, и она считалась лучшей. И его самого наверняка объявят лучшим игроком на поле, как обычно. Он давно не удивляется, когда зачитывают его имя и выдают ему медаль. У него их целый ящик в комоде, и ленты переплетены между собой, будто варёные спагетти.

Мы молча сидели за кухонным столом, уже собранные, в форме. После матча мы обещали переночевать в папиной новой квартире. Сначала я не соглашался, но мама меня уговорила хотя бы разок там побывать.

Лекси наотрез отказалась с нами идти и сказала, что мама её не заставит. Ей через два месяца исполнится шестнадцать, и она может сама принимать решения. Поэтому Лекси закрылась у себя в комнате и включила грустную музыку на полную громкость. Будь я уже подростком, пошёл бы в гости к Джонс вместо футбола. Обсуждал бы с ней наш список целей и играл бы с Ринго.

– Удачи, мальчики, – сказала мама. – Уверена, вы оба отлично сыграете.

Арчер на неё даже не смотрел. Он винил маму в том, что папа от нас ушёл. По-моему, они оба были отчасти виноваты. Папа нам просигналил, когда затормозил у входа, но даже не заглянул поздороваться с мамой. Поэтому не увидел, что сегодня она не в спортивных штанах и поношенных уггах. Она даже позанималась йогой с утра и приготовила нам кокосовые панкейки с черничным сиропом на завтрак.

– Мне обязательно идти? У меня живот болит.

Я жалобно посмотрел на маму, но на неё это не подействовало. Она ободряюще улыбнулась и протянула мне рюкзак.

– Да. Обязательно.

Я поплёлся к выходу и нехотя обулся.

– Ави! Давай быстрее! – крикнул Арчер из машины.

Он уже сидел впереди и, наверное, настраивал радио на какую-нибудь кошмарную станцию. Или включал свой плейлист для поднятия духа перед игрой.

Я плюхнулся на заднее сиденье и сгорбился. Волосы упали мне на лицо. Коробки с папиными вещами занимали половину салона и весь багажник. Родители говорили, что разошлись только на время, но я в этом сильно сомневался.

– Доброе утро, Август, – сказал папа. – Смотрю, ты, как всегда, бодрячком! Ну что, парни? Покажем этим слабакам из «Уиллоуби» и «Кроуснест», как играют настоящие чемпионы!

Когда мы отъезжали, я заметил, что Лекси смотрит на нас в окно. Она быстро задёрнула занавеску, пока папа её не увидел.

Я опустил взгляд на свой телефон и перечитал сообщение от Джонс про билеты в зоопарк.

Дата совпадала с финалом по футболу. Если мы сегодня победим, я не смогу пойти посмотреть на Мэймэй и поставить первую галочку в нашем списке целей.

* * *

Команда собралась на овальном поле, и меня слегка замутило от волнения. «Уиллоуби» намного крупнее нас и играют более грубо. В детской футбольной лиге нельзя врезаться в противников, подрезать и намеренно толкать на землю, но «Уиллоуби» плевать хотели на эти правила.

Впрочем, папу это не смущает. Он любит жаловаться на то, что в спорте теперь одни неженки, а в его время футболисты боролись как звери. Я однажды услышал, как он говорит другому тренеру: «Их надо закалять, чтобы не разревелись, когда дело дойдёт до настоящей схватки».

Я сорвал несколько травинок с поля и сжал их в кулаке.

– Ну что, бойцы! – воскликнул папа. – Пора показать, из какого вы теста! Кто хочет вернуться домой с утешительным призом и без возможности сыграть в финале? Вы этого хотите?!

У меня внутри всё сжалось. Папа говорил низким, пугающим голосом, которым всегда ко мне обращался, если я напортачил.

– Нет! Мы хотим победить! – хором отозвались ребята.

– Рафферти! Ты приведёшь эту команду к победе? – спросил папа.

– Да, тренер!

Рафферти старался казаться грозным и решительным, но я заметил, что руки у него дрожат.

Мы собрались в кольцо, положив руки друг другу на плечи, и Рафферти произнёс небольшую речь, чтобы мотивировать нас перед игрой и дать ещё пару советов в последний момент. Он вообще хороший капитан. Джордж и Тео стояли по бокам от меня, и я получил от Тео плечом.

– Не вздумай уронить мяч, Гентинг, – прошипел он.

– Помолчи, а то разнервничается из-за тебя, – одёрнул его Джордж. – Пойдём уже готовиться.

Мы выбежали на поле. Арчер, в форме под номером семь, разогревался неподалёку со своей командой. Он буквально скользил по траве, с лёгкостью подбрасывал и ловил мяч. Было бы здорово на денёк поменяться с ним телами, опробовать на себе, каково это – чувствовать себя победителем.

* * *

Первую четверть я отмораживал попу на скамье и наблюдал за тем, как остальные гоняются за мячом, роняют его, сбиваются в кучу, падают друг на друга. В общем, на поле происходило чёрт-те что. Папа явно сильно нервничал.

– Соберитесь, парни! Что вы как ошалелые какаду?

Во второй четверти мы как-то перенастроились и стали играть лучше. Оливер получил мяч в пятидесятифутовой зоне. Он неуверенно покрутил его в руке и подтянул гетры, нервно глядя на ворота. Дотуда ему было не добросить. Слишком далеко.

– Рискни, Олли! – крикнул папа.

Оливер не забил, и папа убрал его с поля.

– Выходи, сынок.

– А как же Финли? – спросил я, показывая на своего соседа, который сморкался в салфетку.

– У него тяжёлая аллергия, и он здесь просто ради поддержки.

– Да он и с аллергией лучше меня сыграл бы…

– Ави! Иди!

– Ладно, ладно.

Я выбежал на