Август и Джонс - Пип Гарри

– В конкурсе 1956 года участвовало двести тридцать три проекта по дизайну оперного театра, – рассказал Август. – Победила работа Йорна Утцона[11]. За это он получил пять тысяч фунтов. В долларах это почти десять тысяч. Вот что бы ты сделала, если бы выиграла такую сумму?

Я сразу придумала, что ответить.

– Выкупила обратно ферму моих родителей. Мы бы ездили туда по выходным. И для тебя выделили бы гостевую комнату. Катались бы с тобой по очереди на папином велосипеде-внедорожнике.

– Есть ещё идея, – сказал Август и добавил в список третий пункт:

3. Подняться на самую высокую гору Австралии – Косцюшко

– Это твоя цель? – удивилась я. – Или ты её для меня написал?

Я с детства мечтала забраться на Косци, когда впервые узнала, что это самая большая гора в нашей стране, но Августу даже по деревьям лазать не нравилось.

– Я боюсь высоты, – признался он, – но исследования показывают, что можно побороть свой страх, если встретить его лицом к лицу. То есть надо делать то, чего боишься, чтобы избавиться от страха.

– Пожалуй. Я раньше боялась змей, а потом побывала в заповеднике, и мне на плечи заполз громадный питон.

– Подняться на вершину Косцюшко – вполне реалистичная цель, – заверил меня Август. – Она находится на высоте 2228 метров над уровнем моря, в основном хребте Снежных гор. Мы можем доехать туда из Сиднея.

– И на снег полюбуемся, если повезёт, – добавила я. – Он тоже у меня в списке.

– Знаешь, кто такой ленивик? – спросил Август. Приятно было видеть, что он снова улыбается и шутит.

– Не знаю.

– Ленивец-снеговик!

Я захихикала, потому что шутка была забавная и объединяла сразу два пункта из нашего списка.

* * *

– Добавим ещё что-нибудь в наш список? – предложил Август, пока мы заполняли бумажку об опоздании. Меня очень порадовало, что он искренне заинтересовался моей идеей. Нас ждала уйма приключений!

– Конечно! Можем дополнять его бесконечно. Мы же с тобой собираемся дожить, как минимум, до ста десяти. Если, конечно, не будем идти на лишний риск.

– Вроде скалолазания?

– Это вполне безопасно, если всё делать по правилам.

– И ты обещаешь всегда их соблюдать?

– Обещаю.

– Спасибо, Джонс.

– За что?

– Ты лучшая подруга на свете, и я очень рад, что ты сюда переехала.

– Я тоже.

Глава шестнадцатая

Август

Папа уехал. Не в командировку, не на долгую прогулку на велосипеде. Уехал насовсем. Взял свой спальный мешок из кабинета, ноутбук, телефон и зарядки. Из прихожей пропала его обувь, а из гаража машина. Я даже заглянул в шкаф родителей и увидел, что оттуда исчезла почти вся папина одежда.

Как-то раз я сбежал из дома, но не ушёл дальше парка на краю улицы, потому что мне стало холодно, одиноко и захотелось кушать. Я задумался над тем, где папа будет спать, и внутри у меня всё сжалось.

Перед ужином мама собрала нас за кухонным столом. Она опять заказала пиццу, и Арчер недовольно ворчал, потому что «в ней слишком много углеводов и жиров», а он соблюдал высокобелковую диету по рекомендации своего тренера. То есть питался варёной брокколи, куриным филе на пару и омлетом из белков.

Мама сидела во главе стола, на месте, которое обычно занимал папа. Казалось, целую вечность она молчала, как будто в ней больше не осталось слов. До этого мама так долго разговаривала по телефону, что у неё остался красный отпечаток на щеке.

– Где папа? – спросил Арчер. – Обычно он забирает меня с тренировки, а сегодня не приехал.

– Папа взял паузу, – ответила мама.

– То есть он нас бросил, – заключила Лекси. Она скрестила руки на груди и смотрела в сторону, как будто вообще не хотела принимать участие в разговоре.

– Он временно съехал, и мы с ним пока решаем все вопросы, связанные с нашими отношениями. Вы должны понимать, что это касается только нас с папой и вы ни в чём не виноваты. Мы оба вас любим, очень сильно.

– Надолго он уехал? – спросил Арчер.

– Не знаю.

Арчер не успокаивался.

– И когда мы с ним увидимся?

– Посмотрим, но у вас у всех будет возможность проводить время с отцом.

– Где он будет спать? – спросил я. От тревоги сдавило грудь, и мне было тяжело сосредоточиться на маминых объяснениях. Я уткнулся лбом в столешницу и закрыл глаза, отрывисто дыша.

– Пока что в сервисных апартаментах, – ответила мама.

Арчер вскинул брови.

– Это что такое?

– Квартира с кухней и постирочной, но, по сути, вроде отеля.

– И его можно навестить?

– Конечно.

– Ну, я его видеть не хочу, – вставила Лекси. – Я рада, что он съехал.

– Не удивлён от тебя это слышать, – проворчал Арчер, резко вскочил со стула, схватил свой футбольный мяч и выбежал из дома. Мы все вздрогнули от того, как громко он хлопнул дверью.

– Мам, что-то есть не хочется, – признался я. – И как будто на грудь что-то давит.

Я не понимал, что происходит. Мне отчаянно не хватало воздуха.

Мама похлопала меня по спине и протянула стакан воды.

– Дыши размеренно, – посоветовала она. – Постарайся успокоиться, Ави. Всё будет хорошо.

Я постарался дышать медленно и глубоко, и постепенно невидимые кулаки, сжимавшие мои лёгкие, ослабили хватку.

* * *

Мама уложила меня в кровать и погладила по волосам. От этого меня сразу начало клонить в сон.

– Тебе лучше? – спросила мама.

– Вроде бы.

– Можешь завтра поспать подольше. Отвезу тебя в школу чуть позже обычного. Я даже и подумать не могла, что всё так будет, Ави. Думала, мы с твоим папой всегда будем одной семьёй. Но люди меняются, и жизнь не стоит на месте.

Я очень надеялся, что мама не расплачется. Она и так в последнее время слишком много плакала.

– Ты не знаешь, папа вернётся?

– Не знаю, Ави, – ответила мама после недолгой паузы.

Я пока не разобрался в своих чувствах по поводу папы. С одной стороны, точно знал, что буду по нему скучать. С другой… Может, без него нам станет легче.

Какое-то время спустя я вышел в туалет и услышал, как мама говорит по телефону.

– У Августа с дошкольного возраста не было приступов паники, и вот сегодня они вернулись. Правильно ли я поступаю, что ухожу от Хита? Отношения у нас уже давно испортились, но… Может, следовало потерпеть? Ради детей?

Она обернулась, и я поспешно юркнул за дверь. Что за «приступы паники»? И разве это не папа бросил маму?

* *