Школьницы - Элизабет Томазина Мид-Смит

— Вы не должны меня спрашивать, — Робин слегка покраснела. — Я не говорю, что я знаю что-нибудь, но дело в том, что она моя школьная подруга. Она умна и способна, не способнее меня, но, несомненно, очень способная. Ни когда не знаешь, за что один человек любит другого. Ральф любил Гарриет, когда был в нашей школе, потом полюбил меня, потому что бедная Гарриет не выдержала искушения: она попросила одну из подруг… Но вы знаете эту историю.

— Да, я знаю, и знаю, как Гарриет раскаивалась, а потому этот случай совершенно изгладился из моей памяти, и теперь он не может иметь никакого влияния на мой выбор.

— Конечно, нет, — согласилась Робин. — Но больше я не могу ничего вам сказать.

— Мне кажется, — заметил Дюрант, — что сегодня вы держитесь как-то странно, и это беспокоит меня.

Вскоре он ушел, и Робин осталась одна на садовой аллее. Она уже собиралась войти в дом, как кто-то дотронулся до ее плеча и заглянул ей в лицо.

— Значит, ты говорила с ним?

— Что ты хочешь сказать? — спросила Робин, сбрасывая руку Гарриет.

— Я кое-что узнала, — прошипела Гарриет; ее лицо было совершенно бледным и казалось по чти страшным при свете восходящей луны. — Все узнала Джейн, — прибавила она. — Ты слышала, как мы говорили… Ты подслушивала, шпионила за нами? Ты рассказала мистеру Дюранту о том, что услышала?

— Нет, — ответила Робин тихо.

— Но ты все слышала?

— Да, я была в гамаке. Как вы узнали об этом?

— Мы вскоре вернулись и нашли твой платок. Кроме того, ты забыла в гамаке книгу. Ты не смеешь отрицать, что слышала все до последнего слова.

— Это так, — согласилась Робин.

— Что же ты думаешь делать? — спросила Гарриет.

— Ничего, — пожала плечами Робин.

— Ничего? — повторила Гарриет. — Как это похоже на тебя! И вот так запросто согласишься отказаться от своей судьбы?

Робин сложила руки на груди и повернулась к Гарриет.

— Я постараюсь остаться честной, — сказала она, — если только возможно остаться честной в обществе такой девочки, как ты. В конце концов, мне кажется, что для меня будет лучше вернуться в школу, чем провести целый год вместе с Ральфом.

— Вот как? — усмехнулась Гарриет. — В таком случае, Робин, ты можешь помочь мне.

— Нет, — сказала Робин, отступая.

— Не глупи, — остановила ее Гарриет. — Пойдем туда, где нас никто не услышит, нам надо поговорить. На яхте у нас не будет такой возможности. Но теперь мы одни… Понятно, что выберут либо тебя, либо меня. Ну, тебе, кажется, совсем не хочется того, что предлагает мистер Дюрант. Впрочем, в отличие от меня ты легко без этого обойдешься. А вот мне дома живется ужасно, и мои родные так бедны! Ты, может быть, не знаешь, что за мое пребывание в Эббифилдской школе платит тетка, которая оплакивает каждый пенни, потраченный на меня. Получить воспитание благодаря такому человеку, как Дюрант, жить у него, пока я не стану взрослой… О, это было бы замечательно! Все для меня пошло бы по-иному… Ты хоть понимаешь, как мне это нужно? Понимаешь? Откажись сама от предложения мистера Дюранта, поддержи меня! Ральф любит меня больше, чем тебя, и тебе ничего не стоит сказать несколько слов мистеру Дюранту, чтобы выбрали меня.

— И какие же слова я должна ему сказать? — спросила Робин.

— Скажи ему, что ты обо мне думаешь…

— Что я о тебе думаю?

— Видишь ли, ему больше всего на свете хочется, чтобы Ральф был под влиянием правдивой попечительницы. Скажи ему, что я самая правдивая, самая честная, самая прямая из всех школьниц.

— Ты хочешь, чтобы я продала душу? — спросила Робин и, обернувшись к Гарриет, посмотрела ей прямо в лицо. — О, Гарриет, как я тебя презираю! Знаешь ли, что я сделаю? Я все скажу Дюранту. Скажу, что не буду попечительницей Ральфа, что мне больше хочется вернуться в школу. Скажу, что я не могу ему рассказать то, что знаю о тебе. Пусть он выберет Розу, Вивиан или Пешенс Четволд или кого-нибудь еще попечительницей Ральфа. Но, отстраняя себя, я отстраню и тебя. Вот что я сделаю. А ты, Гарриет, ужасная девочка, просто невозможная!

— Ты не сделаешь этого! — воскликнула Гарриет. — Умоляю тебя! — голос Гарриет изменился. — Робин, я пошутила. Пожалуйста, голубушка, не выдавай меня. Я ничего не сделаю, только не выдавай меня. Пусть будет, что будет. Может быть, мистер Дюрант и Ральф выберут тебя, и, если они сделают это, обещаю тебе не говорить ни слова.

— Да тебе ведь нечего сказать, — удивилась Робин.

— Правда, правда!.. Только, пожалуйста, ничего, ничего не делай до конца недели.

— Зачем ты останавливаешь меня? — спросила Робин. — Я должна пойти к нему теперь же. Он считает меня правдивой. Может быть, я и правдива… Я была правдивой до сих пор, но теперь, зная, что ты сделала там, у пруда…

— О, молчи! — взмолилась Гарриет.

— Я должна все сказать ему. Это лежит у меня на совести тяжелым камнем!..

— По крайней мере, обещай мне ничего не говорить ему, пока мы не вернемся с прогулки на яхте.

Робин возражала, Гарриет умоляла. И прямая, искренняя, правдивая Робин уступила расчетливой лгунье Гарриет и пообещала ничего не говорить Дюранту до конца недели.

Глава XII. Яхта «Морская чайка»

На следующий день ярко сияло солнце. Вскоре после десяти часов вся компания собралась на палубе яхты «Морская чайка». Мистер Дюрант нанял ее для морской прогулки, и невозможно было представить себе лучшего корабля.

Восемь попечительниц Ральфа заняли свои каюты, расположились в них и теперь бегали вверх и вниз по лесенке, расхаживали по палубе, радовались морскому ветру, обвевавшему их щеки, сиянию белых парусов, шутили и