Лёд и Сахар - Анна Эйч

– Знаешь, у меня идея получше, – я останавливаюсь посреди коридора и ещё пару секунд обдумываю своё решение. – Давай к нам!

– К вам?

– К нам с Сандрой, она приготовит что-нибудь интересное, уверен, ты будешь в восторге.

– А Сандра у нас кто? Твоя девушка?

Я смущённо тру рукой затылок, не уверен, что могу её так назвать, но безумно хочу.

– Она мой повар, но, кажется, между нами что-то происходит.

Самсон запрокидывает голову и начинает смеяться в полный голос.

– И этот человек с пеной у рта доказывал мне, что не спит с теми, кто на него работает.

– Я уже жалею, что сказал тебе об этом. – фыркаю, закатывая глаза.

– Да ладно, Сокол, – Самсон запрокидывает свою огромную руку мне на плечо и притягивает к себе. – Я очень рад за тебя, если действительно она та самая!

– Думаю, что да, – признаюсь, уже не пытаясь как-то отшутиться или замять тему. – Тогда ждём тебя вечером?

– С удовольствием приду и познакомлюсь с этой таинственной незнакомкой, что смогла перетянуть нашего монаха на сторону греха.

– Ой, иди в задницу! – смеюсь и напоследок по-доброму хлопаю друга по плечу.

Мы расходимся у раздевалки, и я ощущаю себя как никогда легко. Наконец-то мне комфортно, у меня появляются друзья и человек, к которому я спешу вернуться домой. Конечно, мы ещё не успели обсудить с Сандрой, что происходит между нами и что значил вчерашний поцелуй, но теперь, зная её причины, я могу что-то придумать.

Как минимум – отыскать её бывшего и навсегда избавить от страха встречи с ним. Потом я могу предложить ей официально встречаться, знаете, со всеми вытекающими последствиями. Хотя что-то мне подсказывает, что мы перескочим момент робких свиданий и сразу начнём жить вместе, потому что я уже не представляю ни дома, ни жизни без неё.

Сокол, попридержи коней! Между вами был всего один нетерпеливый поцелуй, который закончился её слезами и душераздирающей историей! Это вообще не похоже на начало романтической истории.

Я пытаюсь образумить себя, но не могу прекратить улыбаться – так мне нравится мысль, что мы, возможно, скоро станем парой. Или попытаемся. Или хотя бы я точно знаю, что она что-то чувствует ко мне. Я ведь помню, как она стонала мне в губы, пока я терзал их, как изголодавшийся зверь. По телу бежит приятно покалывающая дрожь от воспоминаний вчерашней ночи. Я слетел с катушек, когда увидел её, и эти цветы, и этот гребаный идеальный торт, который она сделала для него. Я разозлился скорее на себя. Ведь пока я собирался с мыслями и искал оправдание, почему не могу прикоснуться к ней, кто-то уже дарил ей цветы, приглашал на свидания и мог скоро добиться её расположения. Поэтому я повёл себя как незрелый придурок, испортил торт, а после набросился на неё, обнажая собственную душу. Я готов был выть на луну от ревности, молить её посмотреть на меня и признать притяжение.

Она признала. Не словами, но позволила подобраться ближе, обнимать её всю ночь, целовать, дышать ею и пропитываться её болью.

– Моя Сандра, – шепчу я, будто под воздействием морфия, не в силах контролировать свой рот.

Тянусь к приборной панели, чтобы запустить вызов по громкой связи. Сандра берёт трубку спустя пару гудков.

– Привет! – тоненький голос доносится из динамиков, и я превращаюсь в розовую лужицу из мальчишеских грёз.

– Привет! – произношу я и молчу, потому что внезапно все мысли из головы испарились и всё, чего мне хочется, – это слушать её голос.

– Антон? Ты здесь?

– Да, да, я здесь, – сбрасываю с себя наваждение. – Просто был сложный поворот, отвлёкся, – бессовестно вру. – В общем, хотел сказать, что мне нужно заехать кое-куда, поэтому, возможно, Миша приедет раньше. Встретишь гостя?

– Да, конечно. Хорошо, что ты написал утром про вашу вечеринку.

– Это не вечеринка, а просто встреча со старым другом. Ему предложили играть за «Торонто Мейпл Лифс», и мы решили так отметить его переход.

– Здорово! Есть какие-нибудь особенные предпочтения у твоего друга? Аллергия на что-нибудь?

– Насколько знаю, нет. Он всеядный.

– Это хорошо, – задумчиво комментирует Сандра, скорее всего параллельно что-то замешивая или нарезая.

– Сандра, – зову её, заполняя образовавшуюся паузу.

– М?

Я люблю тебя.

– Эм, мы поговорим?

Она молчит, но я будто слышу, как меняется её дыхание, тяжелеет.

– Поговорим, – она понимает, о чём я. Она всегда меня понимает.

– Хорошо.

– Ладно, – слышу в голосе улыбку.

– Увидимся дома? – задаю вопрос, в котором главное не сам вопрос, а слова, из которых он состоит.

Увидимся (у нас) дома?

– Да, увидимся дома, – подтверждает и отправляет финальную стрелу мне в сердце.

* * *

Я сижу за рулём и, наверное, выгляжу как идиот, радующийся всему подряд. Но что поделать? Друзья мои, я, кажется, влюбился.

Антон Соколов снова влюбился!

Я уже стал забывать, каково это, думал, что больше ничего подобного не почувствую, но жизнь, видимо, решила дать мне второй шанс.

Сворачиваю к антикварному магазину, где мне удалось отыскать редкую чайную ложку для Сандры. После того как она поделилась своим хобби, я захотел сделать ей приятное и пополнить её коллекцию новым лотом. А ещё я хотел вписать себя в её историю жизни, запомниться как принц, который подарил ей ложку – в обмен на ту, которую принцесса однажды подарит ему. Забираю бархатную коробочку с подарком и возвращаюсь в машину.

В общем, да, я становлюсь сопливым романтиком, когда влюбляюсь. Мне хочется скупить все цветы мира и бросить к её ногам, сводить в самые роскошные рестораны, подарить самые запоминающиеся оргазмы, чёрт. Мне хочется с ней всего, и я не могу остановить стремительный поток фантазий, связанных с ней.

Мне хочется мечтать, планировать, любить её громко, открыто, красиво.

Любить – это так красиво. И так просто.

Звонок Сэма отдаётся в динамиках аудиосистемы, и спасибо ему за это, а то что-то у меня окончательно крышу сорвало.

– Да, Сэм, – отвечаю по громкой связи.

– Привет, звоню по поводу твоей просьбы.

– Слушаю.

– Ни одного игрока с именем Майкл или фамилией Майклсон не было в составе «Чикаго Блэкхокс».

– Чёрт! – ругаюсь я,