Тело без травм. Как тренироваться быстрее, сильнее и безопаснее - Генри Эбботт

Барнса. Когда он сдается, отдавая пасс открытому партнеру, Барнс радостно хлопает в ладоши. Во втором клипе Харден разворачивается, делает ложные движения, не может заставить Барнса купиться ни на один свой трюк, после чего неуклюже бросает в корзину – эйрбол.

Маркуса это не удивило. Данные, полученные в ходе оценки Хардена, являются собственностью компании, и Маркус не стал бы ими делиться. Но ясно одно: Маркус считает, что работа с P3 помогла бы Хардену вернуть свою лучшую форму. Увы, ни Харден, ни его команда не знают, что находится в досье Хардена в P3. Маркус считает, что это потому, что Харден, как и многие в NBA, «попросту не знает», что способны сделать для него детальные данные о движении.

Тень встречалась только в крошечных закутках, где сосна сходилась со скалой. Мы забивались в них, словно за нами охотились дроны. Время от времени наплывал океанский бриз. Маркус сохранил несколько кубиков льда на дне своей фляги Hydroflask. Когда вода закончилась, он дал нам по одному кубику – причастие в пустыне.

Проблема, предположил я, в том, что Харден не доверяет никому, кто мог бы донести до него открытия Маркуса. (Вскоре Харден поссорится с Дэрилом Мори и со своим агентом. А затем присоединится к своей пятой команде, «Лос-Анджелес Клипперс».)

«Может быть, – сказал Маркус. – Я думаю, проблема в том, что он просто не знает». Он просто не знает, что могут сделать для него детальные данные о движении.

Не дойдя до финального пика, мы объявили победу и повернули обратно. По пути мы встретили двух молодых женщин, жавшихся в узкой полоске тени. Одна из них, явно обеспокоенная, стояла над другой, которая сидела ссутулившись. Маркус только что рассказал мне безумную историю о том, как нес вниз с этой горы крупного мужчину с травмой. Неужели и сейчас должно было произойти нечто подобное?

Маркус наклонился. Пять минут они обсуждали маршрут, жару, где припарковались девушки и сколько у них осталось воды. Маркус говорил ободряющие слова о том, как быстрее идти, когда спускаешься, как близко они к деревьям и тени. Чуть позже он отметил, что они все еще потеют, связно говорят и у них есть вода, поэтому он убежден, что помощь им не потребуется. Мысли о Хардене куда-то унесло.

Прежде чем нырнуть в приветливую тень леса, Маркус присел, чтобы в последний раз насладиться видом. Его бейсболка с надписью «ВОЗЛЮБИ СОСЕДА СВОЕГО» съехала набок и была исчерчена полосками пота. Он обнял меня за плечо. «Тут нечасто встретишь шестидесятипятилетних, – сказал он. – Но через десять лет мы вернемся сюда, и это будет великолепно». У него есть эта мягкая манера бросать перчатку.

Полчаса спустя в тишине можжевеловых кустов внизу мы услышали череду сигналов, возвестивших, что телефоны в авоське Маркуса снова вошли в зону покрытия. Маркус глянул и сказал: «Ого».

Это было самое длинное сообщение, которое я когда-либо видел. Звездный разыгрывающий Джру Холидей должен был приехать в P3 завтра. Его тренером в то время был Майк Буденхолзер. Перед нашим походом Маркус пригласил Майка посетить P3, чтобы посмотреть на визит Джру. Это длинное сообщение было ответом Майка. Но оно касалось не Джру, не его атлетической формы, не P3 и не «Бакс». Оно было о самом Майке; у него болела спина.

Буденхолзер – не единственная влиятельная персона в NBA, доверяющая P3 свои колени, спину и бедра. Сыновья главного тренера «Сакраменто Кингз» Майка Брауна, легендарного игрока и высокопоставленного менеджера лиги Джо Думарса, многолетнего генерального менеджера Митча Купчака, миллиардера-владельца «Индиана Пейсерс» Херба Саймона и бывшего тренера «Кавальерс» Дэвида Блатта (сын которого, Тамир, как отмечает Адам, толковый игрок) – все они тренировались в P3. Дэнни Ферри отправил туда своих сына с дочерью, как и инвестор «Кингз» Марк Мастров, основатель 24 Hour Fitness. Визит в студию Клары Цай, супруги собственника «Бруклин Нетс» Джо Цая, был отложен из-за разгоревшейся пандемии. А знаете, кого отправил в P3 подозрительно энергичный миллиардер владелец «Мемфис Гриззлис» Роберт Пера? Себя самого.

Когда мы добрались до машины, языки во рту у нас горели. Нас устроила бы любая жидкость вообще, но мы пошли ва-банк: поехали в центр города и дошли до смузи-бара под названием Blenders. Моя поясница не болела весь день, но после того как я выбрался из машины, она стала ощущаться странным образом напряженной и немного асимметричной.

Спустя неделю я сидел на песке побережья Джерси, и тут мой шурин спросил, что за костистый выступ выпирает у меня внизу позвоночника. По правде говоря, я понятия не имел, что это было. Я спрашивал у разных людей. Один хиропрактик пробовал кое-какие приемы. А еще у меня была запись к специалисту по спортивной медицине.

Я старался продолжать двигаться. Следующим утром я рано встал и пошел на школьный двор позаниматься – пока еще не пришло время палящего зноя. Девочка детсадовского возраста и ее небритый отец бросали мяч в кольцо. Прижав локти, зафиксировав мяч на кольце, он исполнил отточенный бросок и четко уложил свой штрафной. Она спросила, почему его броски точные, а ее нет, и он ответил, что это потому, что раньше он играл в баскетбол. Ему было навскидку лет сорок.

После следующего его броска мяч ударился в заднюю часть кольца и полетел за пределы асфальта по траектории, которую знает каждый игрок: рвани – и он твой. Или шагай себе в прогулочном темпе, никуда не торопясь, пока мяч укатывается в небытие. Сделав первый шаг, он вскрикнул. Его плечи опустились. Он хрипло задышал и уперся руками в бедра. Острая боль в спине. Его дочка бросилась за мячом, но замедлилась, а потом и вовсе отвлеклась – на цветочек или, быть может, жука.

А ведь люди его возраста играют в NBA. Что мы делаем со своими телами?– задумался я несколько самодовольно. Затем я приступил к тренировке, тщательным образом модифицированной с целью не усугубить мою собственную щекотливую ситуацию.

Все последующие недели я никак не мог избавиться от «прострелов». Я плавал, занимался серфингом. Посещал хорошую студию йоги, погружался в ледяные ванны и спал на грелке. Ортопед сделал мне фронтальный рентген и сказал, что у меня артрит тазобедренного сустава. Специалист по спортивной медицине сделал более качественный рентген сбоку, отметив, что шишка появилась потому, что позвонок – вы серьезно? – развернулся в новое, неправильное положение. Он выписал рецептурную версию ибупрофена под названием «целебрекс», будто мы готовились что-то отмечать (celebrate).

Маркус полон решимости предотвращать травмы опорно-двигательного аппарата, уберегать людей от прохождения