Тело без травм. Как тренироваться быстрее, сильнее и безопаснее - Генри Эбботт

После того как Тишике переложил гирю на другую ногу, Джек подошел поближе, и Тишике что-то проговорил сквозь стиснутые зубы. Джек усмехнулся и отбил ему «пять».

Когда все наконец закончилось, Джек и Джон привели Тишике к тренажеру, оснащенному самым мощным эспандером в здании – резиновой петлей шириной где-то восемь дюймов (около 20 см) и длиной шесть футов (около 1,8 м). Тинейджер опустился на колени перед тренажером, как Вейдер перед императором, одним коленом встал на подушку, стопу другой ноги поставил плоско на пол, а растянутую зеленую резинку перекинул за бедро ноги, стоящей на колене. Эспандер тянул бедренную кость Тишике вперед с такой силой, что Джон и Джек удерживали его верхнюю часть тела на месте, чтобы его не выбросило вперед. Пот стекал по щеке измученного Тишике.

Как и горе, чувство паники вследствие миофасциального релиза со временем убывает. Каждая тренировка в P3 включает работу с мягкими тканями, направленную на ежедневную нагрузку. В одной тренировке может быть предписано делать подходы по минуте на каждую сторону, то есть в общей сложности восемь минут, вкладывая мяч для лакросса в поясничную мышцу, ягодицу, напрягатель широкой фасции бедра (TFL) и квадратную мышцу поясницы (QL). В другой день могут сочетаться релиз задней поверхности бедра с растяжкой при помощи эспандера. Все это копание в мышцах может быть напряженным, но со временем начинает больше походить на рутинную замену масла. Все работает плавнее. И тогда в какой-то момент понимаешь, почему Маркус, кажется, стареет как-то иначе и лучше, чем большинство из нас. Он не просыпается в недоумении от какого-то нового кошмара, сковавшего его бедро. Он просыпается с мыслью: «Хм, моя поясничная мышца немного зажата», – а затем занимается ей, и ему становится лучше.

16. Расслабление

Мышление для нас было сродни недугу.

Лонни Джордан из группы War

Когда Надин соврала Маркусу о времени вылета самолета, он, как она вспоминает, «очень разозлился».

«Я до сих пор злюсь, – говорит Маркус десять лет спустя, – когда просто говорю об этом».

Надин поясняет, что ей в радость приезжать в аэропорт за три часа до. После паузы она добавляет: «Я немка».

Маркус же, напротив, прикладывает немало умственных усилий, чтобы едва-едва не опоздать на каждый свой рейс. Подобно тому, как стрелки делают поправку на ветер и удары собственного сердца, Маркус фокусничает с трафиком, парковкой и очередями на досмотр так, чтобы подойти к выходу на посадку и показать посадочный талон в тот короткий промежуток времени, когда все уже расселись по местам, но дверь в самолет еще не закрыта. Однажды, говорит он, он занял свое место, не прерывая шага от машины, и это было «идеально».

Когда он добавил, что ни разу не опаздывал на рейсы, Надин скривилась. Однажды, признается Маркус, была «непредвиденная» пробка между Санта-Барбарой и аэропортом Лос-Анджелеса. Надин кивает и добавляет: «Вот именно».

Я спросил Киана, что он думает о прибытии в аэропорты. Он притих. Вопрос поставил его между двумя родителями. Киан отметил, что его семью «определенно» вызывали по громкой связи аэропорта не раз. Но они не опаздывали на рейсы. «Кажется, всегда все получается», – говорит Киан.

Надин видит в этом два момента. Первый – в 99 % случаев Маркус «все идеально продумывает». Второй – он, кажется, неспособен испытывать обычную для людей тревогу.

У Надин есть подруга, которая говорит, что Маркус заговоренный. «Достаточно одного неудачного опыта», – говорит Надин. Если бы у него один раз украли кошелек, он бы каждый раз был осторожен. Но вместо этого он оставляет его где попало, говорит, что он сам к нему вернется… и, к изумлению Надин, так и происходит.

Это кажется просто еще одной байкой из серии «ну не чудак ли Маркус», не имеющей отношения к предотвращению травм или спортивным достижениям элитных атлетов. Но Маркус говорит, что постоянно наблюдает, как тревога препятствует свободному движению. Расслабление чрезвычайно важно для хорошего прыжка, приземления и любых баллистических движений. Это широко признанный, основополагающий принцип элитных спринтеров. (Гуру бега Стив Мэгнесс пишет: «Быстро и расслабленно – вот как играют в эту игру».) Расслабление – ключевой вывод из мисоги, которая учит важности избегания паники, высасывающей энергию.

Если конкретнее, то предвосхищение подпитывает проблемы биомеханического характера. Некоторым «миксерам» так не терпится прыгнуть, что они активируют бедра еще до того, как голеностопы и колени завершили приземление! Посмотрите замедленное видео, и все, о чем вы сможете думать, это «да расслабься». Все знают, что резинку можно запустить дальше, если оттянуть ее сильнее – отпустите ее раньше, и она вяло шлепнется на пол. Наши эластичные мышцы работают схожим образом. Ощущение срочности обычно считается чем-то хорошим, но оно может нарушить тайминг.

Маркус прилагает много усилий для поддержания своего здоровья – изнурительные тренировки для стабилизации и мобилизации бедер, мониторинг диапазона движения прооперированного колена, еженедельные занятия йогой, серфингом, ежегодные мисоги и приключения в далеких краях. Но доминирующим его проектом, кажется, остается тренировка ума, приучение его быть здесь и сейчас. Вероятно, он наименее тревожный или отвлекающийся человек из всех, кого я встречал. Люди часто бросаются термином «состояние потока», которым вполне можно описать то, как Маркус всюду приносит с собой тотальное внимание и сосредоточенность. Весь день все его внимание направлено на спортсмена, стоящего перед ним в P3, на ветерок в каньоне или на художественный проект Милы – и почти никогда на телефон.

В этой связи Маркус ненавидит сборы. «Слишком много предвосхищения, – говорит он, – это явно выбивает тебя из колеи. Просто выбивает тебя из жизни». Надин закатывает глаза, говоря о «плохом планировании» мужа, ведь в летнюю жару он может уйти на хайкинг без воды, а зимой мерзнуть без перчаток. Однако нежелание планировать и есть часть плана: он верит, что справится. «Такой вот я человек: делаю ставку на свою адаптивность».

Маркус говорит, что ему было жалко его однокурсников по медицинской школе, почти все из которых, по его словам, учились больше него. Они несли тяжелый груз недосыпа, переутомления и стресса, в то время как Маркус плавал в Бруклайнском водохранилище, повсюду гонял на велосипеде и устраивал шумные еженедельные игровые вечера.

Когда я впервые посетил P3, Маркус познакомил меня с крепким кудрявым парнем по имени Алекс Эш. Мы зашли в тихую заднюю комнату, чтобы выполнить, как сказал Маркус, «небольшое дыхательное упражнение», вдохновленное визитом Роберта Ли, резидента Стэнфорда и фридайвера.

Маркус и я легли на спортивные