Гамлет. Хоббит или Туда и назад - Джон Рональд Руэл Толкин

катились к черному отверстию, где с высоты примерно в сажень их сталкивали в студеную воду. Некоторые были действительно пусты, в некоторых сидели гномы, те и другие с плеском и стуком, наталкиваясь на нижние бочки, падали в поток, бились о стенки туннеля, колотились одна о другую и, подпрыгивая, уносились течением.

Именно в этот момент Бильбо обнаружил слабое место в своем плане. Возможно, вы уже давно его заметили и посмеивались над хоббитом, но не думаю, что вы на его месте сделали хотя бы половину того, что сделал он. Да, стало ясно, что некому плотно закрыть бочку с самим Бильбо, даже если б на это хватило времени. Было похоже, что на этот раз он разлучится с товарищами (большинство гномов уже исчезло в темном люке), останется один-одинешенек и будет вечно втихаря заниматься грабительским ремеслом в эльфийской пещере. Ведь если б ему и удалось опять выскользнуть наружу через Большие ворота, шансы найти гномов были ювелирно малы*. Он понятия не имел, как добраться по суше до места, куда выносило бочки. А что станется с самими гномами? Он же не успел рассказать им ни о том, что сумел узнать, ни о том, что надо будет сделать, если они выберутся из Леса.

Пока эти мысли мелькали в его голове, развеселившиеся эльфы затянули песню. Несколько эльфов отправились поднимать за канаты решетку на Водных воротах, чтоб выпустить наружу собравшиеся у ворот бочки.

В быстром потоке

плывите далеко!

Из пещеры – на простор

мимо леса, мимо гор,

где на свежих на ветрах

звезды скачут в небесах.

После топей и болот

к югу сделав поворот,

доплывите сквозь туман

до медовых теплых стран,

где сочна трава лугов

для коров и для быков.

В быстром потоке

плывите далеко!

К люку уже катили последнюю бочку! В отчаянье, не зная, что делать, Бильбо ухватился за нее, вместе с ней полетел вниз, бултыхнулся в воду, а бочка его накрыла.

Выплюнув воду, он вынырнул и, как крыса, уцепился за бочку, но взобраться на нее никак не удавалось. Как только он делал попытку, бочка проворачивалась, с головой макая его в воду. Она и вправду была пустой и прыгала на поверхности, как пробка. И хоть в уши хоббиту набралась вода, он слышал, как наверху в погребе пели эльфы. Но тут крышка люка захлопнулась и голоса пропали. Он остался в темноте в ледяной воде и полном одиночестве – нельзя же считать спутниками упакованных в бочки гномов. Но очень скоро разглядел впереди серое пятно. Потом услышал, как со скрипом поднимается решетка ворот, и очутился средь скопища бочек, что, сталкиваясь и толкаясь*, протискивались сквозь арку. Хоббит испугался – сейчас его раздавит, расплющит, но столпотворение понемногу поредело, рассеялось – одна за другой бочки проскакивали под каменной аркой и выплывали наружу. Бильбо сообразил, что зря старался сесть на бочку верхом – даже для хоббита не оставалось места между ее верхушкой и внезапно понизившимся у ворот потолком туннеля.

Наружу вылетели они под ветки, нависшие над водой с обоих берегов. «Не набралась ли в бочки гномов вода?» – беспокоился Бильбо. Некоторые из бочек, что толкались вокруг в полутьме, были глубоко погружены в воду, наверняка, в них сидели гномы.

«Надеюсь, я плотно закрыл крышки», – переживал хоббит, но тут ему пришлось настолько озаботиться собственной персоной, что про гномов он на время забыл. Пока удавалось держать голову над водой, но он дрожал от холода и с тревогой размышлял, как долго будет в силах цепляться за бочку, не замерзнет ли насмерть, прежде чем опять улыбнется удача, и не стоит ли рискнуть и попробовать добраться до берега вплавь.

Удача не заставила себя ждать: бурлящий поток подогнал несколько бочек к берегу, они зацепились за прятавшийся в воде корень. Бочка Бильбо прижалась к другой, на некоторое время застыла, и хоббиту выпал случай взобраться по ее боку наверх. Как тонущая крыса, вскарабкался он на крышку и улегся, широко раскинув для равновесия руки и ноги. Холодный ветер оказался теплей, чем вода, и Бильбо надеялся остаться на крышке и не свалиться в поток, когда бочка опять поплывет.

Вскоре бочки сорвались с корня и, крутясь и качаясь*, отправились дальше. Как он и ожидал, удержаться на крышке оказалось делом непростым: пока выходило, но сильно выматывало. К счастью, весил Бильбо немного, а бочка была большой, да еще протекала и набрала воды. Но все равно напоминало это езду без уздечки и стремян на пузатом пони, который то и дело норовит поваляться на траве.

Так он добрался до места, где лес по обоим берегам реки поредел. Меж деревьев проглядывало тусклое небо. Темный поток внезапно раздался вширь, сливаясь с основным руслом Лесной речки, которая стремительно неслась от Королевских ворот. Дальше шла уже незатененная серая полоса воды, и на ее подвижной поверхности танцевали отблески звезд и рваные отражения облаков. Быстрое течение Лесной речки вынесло всю флотилию бочек под северный берег, в котором поток вымыл обширную заводь. Под нависшим обрывом вдоль воды лежала галька, а с восточной стороны заводь ограждал скалистый мысок: большинство бочек крутилось на мелководье, некоторые тыкались в этот каменный мол.

Их уже поджидали. Эльфы шестами быстро вытолкали бочки на мель, пересчитали, связали канатами и оставили так до утра. Бедные гномы! Сам Бильбо уже чувствовал себя получше. Соскользнул с бочки, побродил по берегу, а затем стал подкрадываться к стоявшим над рекой домишкам. Если б выпал случай, он, не раздумывая, без всякого приглашения угостился бы ужином, он ведь давно уже так поступал, ведь теперь хорошо знал, что такое быть по-настоящему голодным – это вам не задумчиво выбирать разносолы в забитой под завязку кладовке! К тому же, за деревьями он разглядел огонек костра и потянулся туда – с хоббита капала вода, и рваная холодная одежда липла к телу.

Не буду тратить время, подробно рассказывая о ночных похождениях хоббита, так как мы уже почти добрались до самого конца в нашем длинном путешествии на восток и стоим на пороге последнего и самого главного приключения, а потому должны поторопиться. Конечно, волшебное кольцо сильно ему помогло – вначале, но потом его выдали мокрые отпечатки ступней и дорожки капель, которые он повсюду за собой оставлял, вдобавок, его одолел насморк, и, если хоббит пробовал затаиться, он тут же обнаруживал себя взрывом прорвавшегося наружу