Развод. Скандал в благородном семействе - Дора Шабанн

счёту, наплевать. Никаких извинений от Ермакова мне достаточно не будет. Я устала от него, его интриг, постоянных неприятных сюрпризов, каких-то тайных дел у меня за спиной, ну и от его матери тоже.

Олег Иванович расцвёл улыбкой, расцеловал мои ручки и страшно довольный выставил меня вон.

Поскольку Димочка давно написал мне, что подхватил нотариуса, согласовал посещение с лечащим врачом Марины и уже укатил, то я, поглядев на часы, прикинула:

— К десяти не получится, конечно, но до полудня в автосалон Дымова должна успеть.

Вызвала такси и поехала, а что оставалось?

Мое коварное дело о доверии отлагательств не терпело.

[1] Земли сельскохозяйственного назначения — это земельные участки, предназначенные для выращивания сельхозпродукции, животноводства и других аграрных целей. Такие земли всегда расположены вне городов и находятся под особым контролем государства. В России земли сельскохозяйственного назначения находятся в государственной, муниципальной и частной собственности. Вопросы использования и охраны таких земель регулируются законом № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения».

Глава 31

Переговоры и стратегии. Часть вторая

'Настоящий подарок — это не вещь, которую дарят,

а внимание и забота, вложенные в неё'

А. де Сент-Экзюпери «Маленький принц»

Пока я ехала в такси до автоцентра, принадлежащего Дымову, мне позвонила Мария Иосифовна. Никакого желания разговаривать с бывшей свекровью у меня не было, так что вызов проигнорировала, чего в принципе раньше не позволяла себе никогда. Поэтому ничуть не удивилась, подходя к огромному сияющему зданию из стекла, металла и бетона, что телефон у меня зазвонил снова.

Мария Иосифовна — дама настырная.

Но высветившиеся на экране цифры был мне неизвестны, а вызовы с незнакомых номеров я давным-давно не беру, поэтому и этот сбросила со спокойной совестью.

Внутри меня снова встречали ковровой дорожкой, но отнюдь не так радушно, как у Мещерского.

Здешние юные, длинноногие и длинноволосые дивы ресепшена смотрели на меня с плохо скрываемым недовольством. Внимательно просканировали с головы до пят, местами уныло скривившись, ну потому что белый песец — это, как ни крути, белый песец, особенно когда шуба до пят.

Да, я и за весь остальной наряд не переживала, ведь остатки былой роскоши и молодости, с сорящим направо и налево деньгами Ермаковым, ещё имели место для больших парадных выходов.

Очень неспешно меня пригласили к руководству, а пока мы поднимались по открытой стеклянной лестнице над стоящими в салоне новыми автомобилями, сверху на все помещение раздался низкий, злобный рык:

— Вон пошла! Сколько раз ещё сказать? И кофе свой забери к чертям! Чтоб я больше такой короткой юбки не видел. Дресс-код для кого написан? Читать не умеешь? Уволена!

И тут же на лестницу, выше пролетом, выскочила очередная пересоляренная красавица в микроюбке и полурасстегнутой белой блузе, из-под которой коварно выглядывал красный кружевной бюстгальтер.

Вышедший следом за дивой Дымов окинул взглядом на нашу процессию и, чуть сбавив тон, рыкнул моим сопровождающим:

— Почему так долго?

Девушки что-то хором залепетали, а он махнул в сторону кабинета с вывеской «Бухгалтерия» и мрачно бросил:

— Уволены! За паршивую клиентоориентированность.

А потом резко выдохнул, чуть склонил голову и спокойно пригласил:

— День добрый, Элина Витальевна. Очень ждал вас. Прошу, проходите.

Ну, я и прошла.

Помогая снять шубу и устроиться в совещательной зоне за столом, Захар Алексеевич, выдвинув мне стул, уточнил:

— Чай, кофе или сразу переходим к танцам?

— Сначала потанцуем, — вздохнула. — А потом, по результатам, уже можно будет чай или кофе.

Дымов криво улыбнулся, уселся напротив и вдруг заявил:

— Слухами земля полнится, Элина Витальевна, так что некоторые возникшие у вас сложности я уже знаю и понимаю. И чтобы не ставить вас в неудобное положение, предлагаю сразу…

Протянул через стол руки и сжал мои ладони сильными пальцами:

— В сложившейся ситуации считаю своим долгом защитить вас. Поэтому, Элин, выходите за меня замуж.

Глаза мои распахнулись, хорошо еще, что рот не открылся. Но потом, внимательно оглядев Дымова, я чуть улыбнулась, покачав головой и сложив ладони домиком перед собой:

— Ваши предложения, Захар Алексеевич, как обычно, поражают до глубины души своей оригинальностью и неожиданностью.

— Откровенно говоря, после того как вы, наконец-то, выразили желание со мной поговорить, да ещё и о доверии, вскользь упомянув некое предложение, я всю голову сломал, пытаясь собрать картинку, — широко улыбнулся почему-то очень довольный Дымов. — Ну, собственно, моё предложение вы услышали, и я действительно буду рад, если ответите согласием.

Пришлось теперь довольно улыбаться мне:

— Я, безусловно, польщена вашим шикарным предложением, но позволю себе сделать встречное. К счастью, у меня отличный адвокат, и в целом неплохие позиции для развода с Ермаковым на моих условиях, поэтому в настолько полной защите и покровительстве я все же не нуждаюсь. Но буду рада… сотрудничеству.

Захар Алексеевич мгновенно подобрался и уставился на меня очень серьезно. Весь этот псевдоромантический флёр и улыбочки исчезли, как по мановению волшебной палочки.

— Внимательно слушаю.

Да, вот теперь вижу серьезного, крупного бизнесмена, а не зажравшегося, хамоватого нувориша.

— Я предлагаю вам в доверительное управление десять процентов акций холдинга Ермакова, которые принадлежат мне, и еще двадцать девять, которыми я имею право распоряжаться ближайшие три года от имени своего сына.

Вспыхнувшие хищным блеском глаза Дымова подтвердили: с предложением я угадала.

— Сразили наповал, Элина, как обычно.

Куча мыслей и комбинаций наверняка мгновенно пронеслись в этой прошаренной, умной голове, поэтому я ждала конкретных уточняющих вопросов.

Дымов прикинул себе что-то там и поинтересовался:

— На какой срок и на каких условиях? Да и вообще, что от меня потребуется на самом деле?

— Пока на год, а там поглядим по результатам вашей хозяйственной деятельности. Меня интересует постоянное увеличение дохода акционеров, в частности чтобы эти средства покрывали наши с детьми нужды. Если совсем конкретно, то мне необходимо, чтобы ежегодный доход по акциям рос, значительно опережая инфляцию.

Захар спокойно кивнул:

— Разумно и в целом совпадает с моими намерениями.

— Я не желаю встречаться с Ермаковым на совещаниях и обсуждениях путей развития холдинга, а также участвовать каким-либо образом в процессе управления, но и доверить ему все ценные бумаги, как это было ещё десять лет назад, я не готова.

Дымов чуть ослабил галстук и внимательно на меня посмотрел:

— Понимаете, что сейчас я становлюсь, вашими стараниями, управляющим контрольным пакетом?

— Безусловно, — мрачно усмехнулась, — я это понимаю. Точно так же как и тот факт, что сейчас я доверяю вам гораздо больше, чем моему бывшему мужу.

— Только время позволит мне оправдать это доверие, но, в свою очередь, готов предоставить