Жена лейтенанта Коломбо - Татьяна Владимировна Москвина

с человеком делают. Так-то он старый хряк, больше ничего. А смотри, какой важный да полированный, прям блестит. Не говорит, а изрекает — «на китайские чудеса вам уж точно хватит, однако не советую». Не советует он! Кто тебя спрашивал, буржуй недорезанный?

Матвей. Магда! Это что за предъява — буржуй недорезанный?

Магдалина Марковна. А потому что козлы.

Матвей. А кто не козёл?

Магдалина Марковна. Хотя бы сосед наш, дядя Серёжа.

Матвей. Согласен…

Магдалина Марковна. Он доктор! Квалифицированный специалист. Он самый главный, самый основной на свете. А этот… волдырь — кто такой? Филиал фирмы он открывает! Сука в ботах. А провалился бы он в преисподнюю со своей фирмой, никто бы и не вздрогнул. Представляю, каков его сынок, сучий потрох. В нашей квартире будет жить, выродок… В квартире, где моя мама жила, народная артистка Советского Союза Галина Филатова, начнутся оргии!

Алексей Андреевич. Не на-до…

Магдалина Марковна. Что не надо, Лёшенька?

Алексей Андреевич. По-да-ва… не на-до пода-вать…

Магдалина Марковна. Продавать не надо? Лёша, ты думаешь, я этого хочу? Я вся застыла от ужаса. Но это душа моя оцепенела, а разум говорит спокойно и твёрдо: надо. Надо. Это выход, а без выхода в жизни нельзя. Сумасшедшая дочь, больной муж, внук не устроен абсолютно. Надо продавать. Это как хирургическая операция…

Возвращаются Олег Васильевич и Гаянэ Гаэтановна.

Гаянэ Гаэтановна. Мы довольны!

Магдалина Марковна. Может быть, чаю?

Олег Васильевич. Спасибо, нет. Этот стул не треснет под моей задницей? Гарантируете? А то я человек тяжёлый. Ну что сказать… Квартира, по идее, неплохая…

Магдалина Марковна. Конечно, требует ремонта.

Олег Васильевич. Да, она требует ремонта и она его получит, если мы договоримся. Гаянэ назвала вашу цифру, цифра ваша дикая и взята с вашего треснувшего потолка.

Магдалина Марковна. Мы заявляли пятнадцать, и не вижу тут ничего дикого. Сто двадцать метров, вид на воду… Петербург, самый центр!

Олег Васильевич. Да что хорошего в этом вашем Петербурге?

Жильцы квартиры начинают производить тревожные, рассерженные движения.

Магдалина Марковна. Нет слов! Нет слов! Я бывала за границей, простите, забыла, как вас зовут, и более прекрасного города на свете нет и не может быть, и если вы… если для вас… если вам это неизвестно и не нужно, давайте прекратим бесполезный разговор.

Гаянэ Гаэтановна. Олег Васильевич просто пошутил!

Олег Васильевич. Конечно пошутил. Я сам здесь родился, на Васильевском, в Девятой линии. Географический факультет Университета закончил… В Морском регистре работал, ей-богу… Потом стала другая жизнь…

Магдалина Марковна. Это меняет дело. Это вы, значит, как эмигрант — раз уехали, так нужно всю прошлую жизнь немножко обгадить, чтоб не обидно было. Себе самому доказать: вот, правильно я уехал.

Олег Васильевич. Это неглупо вы сказали.

Магдалина Марковна. Вы думаете, квартиры одни лузеры продают, дурачки беспомощные?

Олег Васильевич. Я ничего такого не говорил. Я просто хотел поторговаться, это моё право покупателя!

Магдалина Марковна. Пятнадцать и ни копейкой меньше.

Олег Васильевич. А если четырнадцать?

Магдалина Марковна. А четырнадцать будет в другом месте.

Олег Васильевич. Четырнадцать пятьсот.

Магдалина Марковна. Пятнадцать!!!

Олег Васильевич. Четырнадцать восемьсот.

Магдалина Марковна. Пятнадцать.

Олег Васильевич. Вы на мою тёщу так похожи, кошмар… Четырнадцать девятьсот.

Магдалина Марковна. Четырнадцать девятьсот? Вы, рублёвый миллиардер, из-за ста тысяч торгуетесь?

Олег Васильевич. Я за сто рублей порвать могу. Вы слышали про звериный оскал капитализма? Вас же предупреждал сорок лет тому назад политический обозреватель Валентин Зорин. Я и есть тот самый звериный оскал, дорогая.

Магдалина Марковна. На ваш оскал у меня есть симметричный ответ: а я дочь народной артистки Советского Союза Галины Филатовой. Пятнадцать. С учётом инфляции, завтра будет на три процента дороже.

Олег Васильевич. Вы — дочь певицы Филатовой? Я покупаю квартиру Филатовой? (Гаянэ Гаэтановне) Ты не говорила.

Гаянэ Гаэтановна. Не знала!

Магдалина Марковна. Шестнадцать. Теперь — шестнадцать.

Олег Васильевич. У вас остались её вещи, архив, костюмы, фотографии?

Магдалина Марковна. Да неужели нет. Филатову знает, надо же.

Олег Васильевич. Я человек с Васильевского! Вместе с архивом даю семнадцать.

Гаянэ Гаэтановна. Скорпион!

Олег Васильевич. Скорпион с Васильевского — это же диагноз.

Магдалина Марковна. Весь архив не продам, только часть. Потом, многое уже ушло в Театральный музей…

Олег Васильевич. Согласен. Семнадцать триста. Это последнее слово.

Магдалина Марковна. Согласна!

Шум в дверях, это Наташа и Сергей Иванович.

Наташа. И не хватай меня за усталые плечики, мой лёгкий доктор, я желаю видеть несвятое своё семейство… О! Гости из будущего!

Сергей Иванович. Ничего не мог сделать.

Матвей. Мама! Мама!

Алексей Андреевич. На-та-ша…

Магдалина Марковна. Это моя дочь Наташа. Наташа, это… гости.

Гаянэ Гаэтановна. Я что-то такое предчувствовала. Наташа, очень приятно, я Гаянэ, это Олег Васильевич. Мы пришли смотреть вашу квартиру.

Наташа. С какой стати?

Магдалина Марковна. Это поклонники твоей бабушки. Насчёт архива… Хотят купить.

Олег Васильевич. Вместе с квартирой.

Наташа. Как это вместе с квартирой… Мамаша, вы что — продаёте квартиру? И мне ни слова? Я вообще тут прописана, вы не забыли?

Гаянэ Гаэтановна. Так, понятно, открываются двери с видом на недра… Эх, Магдалина Марковна. Я же объясняла вам — мне нужно рассказывать абсолютно всё.

Сергей Иванович. Наташа, тебя никто не обидит, ты успокойся. Я обещаю тебе…

Наташа. Меня никто не обидит? Да они меня выселят на сто первый километр. Я чихнуть не успею, как останусь голой на панели! Растаю, как Снегурочка!

Олег Васильевич. Снегурочка?! Снегурочка?! Господи, а я смотрю и не понимаю… Вы — Наташа Филатова?! Вы — моя любимая Снегурочка?!

Наташа. Ммм… Была когда-то…

Олег Васильевич. Я смотрел сто раз! Это ж был чуть не последний советский фильм!

Наташа. Предпоследний. Последний — «Небеса обетованные» Рязанова.

Олег Васильевич. Наташа Филатова… И вы, значит, внучка Галины Филатовой, с ума сойти… Да, точно, тогда писали в газетах, припоминаю… Какая была красота — да и осталась. Шампанского, срочно! (Сергею Ивановичу.) Вы кто? Вы друг? Сгоняете за шампусиком? (Суёт Сергею Ивановичу деньги.) Как друг!

Сергей Иванович. Сколько брать?

Олег Васильевич. Ящик! Самого лучшего! Наташа Филатова…

Сергей Иванович уходит.

Наташа. Это покупатель, понимаю… Я закурю, мой добрый господин. Я пью и курю. Вообще, невесёлая судьба у тех, кто продал дьяволу кино свою молодость… Вы вот смотрите на меня и вспоминаете, вспоминаете… Ах, как она была хороша… А жизнь-то никогда не останавливается, правильно?

Олег Васильевич. Вы и сейчас…

Наташа. Что я — сейчас? Что — сейчас? На меня