Жена лейтенанта Коломбо - Татьяна Владимировна Москвина

Гаянэ Гаэтановна. Дорогая, это совершенно невозможно. Без вас никаких продаж. Мы двадцать лет на рынке недвижимости, у нас солидная фирма, вы что!

Наташа. Ого, двадцать лет на рынке недвижимости. Представляю, сколько на вас недвижимых… трупов.

Магдалина Марковна. Я ничего не собиралась делать тайком. Просто хотела показать квартиру в привлекательном виде. То есть без тебя. Извините, я уведу Алексея Андреевича, которому эти сцены лишние. Лёшенька, пойдем, голубчик.

Алексей Андреевич. Не на-до по-да-вать…

Наташа. Заездила отца, теперь лечит. Он мычит — не надо продавать, она продаёт. Теперь остаётся меня в психушку запихать, и полный порядок!

Олег Васильевич. Что вы, Наташа!

Наташа. А вы если такой добрый, так купите и меня вместе с архивом и квартирой!

Олег Васильевич. Я лично прослежу, чтобы у вас была достойная жилплощадь. Я гарантирую.

Наташа. Жилплощадь — это хорошо. Жилплощадь сдать можно — и уехать…

Возвращается Сергей Иванович.

Сергей Иванович. Ящик мне не унести. Взял три бутылки Советского. Вот сдача.

Появляется Магдалина Марковна.

Гаянэ Гаэтановна (Магдалине Марковне). Ей можно пить?

Магдалина Марковна. Нет. А что делать? (Достаёт бокалы.) На закуску есть конфетки фабрики Крупской.

Гаянэ Гаэтановна. Ну что ж, по бокальчику за встречу, и мы пойдём, Олег Васильевич?

Олег Васильевич (открывая шампанское). Наташа, за встречу! Мальчику не наливаем.

Матвей. Тем более мальчик не выносит даже вида алкоголя.

Гаянэ Гаэтановна. Выпьем за надежду! Ведь что мы покупаем, когда мы что-то покупаем? Разве мы покупаем кровать, сумку, шампунь или квартиру? О нет! Мы покупаем надежду! Надежду на то, что наша жизнь изменится!

Магдалина Марковна. Да, за надежду!

Олег Васильевич. За вас, Наташа! Гарантирую, ваша жизнь теперь изменится. Вы больше ни о чём не должны беспокоиться…

Сергей Иванович. Вообще, человек обязан беспокоиться о своей жизни каждую минуту, особенно, если у него есть дети.

Олег Васильевич. Ещё бы! У меня двое.

Сергей Иванович. Вы бы поделились своими планами насчёт Наташи, она нам не чужая.

Олег Васильевич. А вам она кто?

Магдалина Марковна. Сергей наш сосед и наш друг. Он врач.

Олег Васильевич. Я своими планами не привык делиться ни с кем, знаете ли.

Наташа. Какое сладенькое и с пузырёчками… Обожаю… Я могу такого выпить целое ведро. А кто это принимал ванну из шампанского?

Олег Васильевич. Я вам налью ванну шампанского…

Сергей Иванович. Может быть, вам стоит что-то узнать, прежде чем…

Олег Васильевич. А я не хочу ничего знать! Я встретил свою Снегурочку…

Сергей Иванович. Наташа не Снегурочка, а больной человек.

Олег Васильевич. Так ты врач? Давай я тебя найму, чтобы ты её полечил.

Сергей Иванович. Вы мне не тыкайте!

Олег Васильевич. Ах ты боже мой. Опять пошёл Санкт-Петербург в полный рост, нищие с амбициями, не тыкайте им, не говорите «снял штаны, одел шляпу», ни в коем случае, надел, надел, надел шляпу!

Сергей Иванович. Нищие? Нищие? Я вам не нищий! Я пульмонолог, я тридцать пять лет в профессии! Как ты смеешь, ты… (Выплёскивает шампанское в лицо Олегу Васильевичу, хочет драться, Магдалина Марковна и Матвей с криками его удерживают.) Подонок!

Олег Васильевич. Какой словарный запас у нашего доктора. Подонок. Давно не слышал.

Наташа (хихикает). Ой, как хорошо быть в обществе, как интересно! А то я всё одна и одна. Ещё хочу пузырёчков…

Гаянэ Гаэтановна. Олег Васильевич, давайте пойдём, можно завтра зайти, тут ведь у нас ничего не изменится. За один день. Я надеюсь…

Олег Васильевич. Ведь ничего не знает про меня, ничего, а уже ненависть! Ну, сморозил я, ну, сам что-нибудь брякни в ответ. А он сразу драться. Я, знаешь, сколько работаю? Я, между прочим, русским товаром торгую, да… Я с тобой, может, в одно время в один райком шёл в комсомол вступать, а ты… Слушай, доктор, давай так: я не прав и ты не прав. Обнулим. Я приду завтра.

Магдалина Марковна. Серёженька, ради нас, ради Моти…

Сергей Иванович. Да. Всё, проехали…

Олег Васильевич. Дорогая, до завтра. (Целует Наташе руку.)

Наташа. Добрый господин, купите мне завтра коньячку! Я пьющая Снегурочка.

Гаянэ Гаэтановна (Магдалине Марковне). Крепитесь. Всё идёт не по плану. Но вроде в нужную сторону… Спокойствие!

Магдалина Марковна. Я спокойна. Львы не плачут. Я вас провожу.

Остаются Наташа, Сергей Иванович и Матвей.

Наташа. Чё ты привязался к буржуину? Упырь как упырь. Шампусик оставил… (Матвею.) Чё надулся?

Матвей. Стыдно.

Наташа. За меня? Да я ж ничего не сделала! Никого даже не прирезала, а так хочется, о…

Матвей. Кого ты хочешь прирезать?

Наташа. Для начала — вот этого как бы друга. Который меня сегодня развлекал прогулками и разговорами, и Наташенька развесила ушеньки, полные лапшоночки. А в это время за моей спиной мамаша продавала мою квартиру. Так? Теперь мамашу прирезать — это просто миссия. Такой подлой лицемерки свет не видел. Я очищу воздух Петербурга от ядовитой гадины! Папашу — из жалости. Ну и тебя, чтоб не мучался.

Матвей. И всё, ты будешь счастлива? Всех прирежешь, и наступит рай?

Наташа. Нет. Наступит настоящий ад. А я хочу в ад.

Матвей. Мама, ты давно в аду.

Наташа. Убирайся, воспитатель! Прямо рыцарь-джедай. Хранитель законности в Галактике. Выродила урода…

Матвей уходит.

Сергей Иванович. Наташа, когда ты так говоришь, ты что, так и чувствуешь? Что Мотя урод, что мама твоя гадина?

Наташа. Ладно, Мотя не урод, малыш как малыш. Просто он давит на меня, давит, давит, а я не выношу, понимаешь, не вы-но-шу! Я свободный человек, это моя вера, моя суть! Встали вокруг, учат, лечат, приговоры мне выносят. Я, значит, в яме, как зверь затравленный, а они по краям стоят. Здоровые все, слушай, безгрешные такие, прямо из света и стали! Ползите по своим делам, а я живу, я лечу, это мой полёт! От винта! Все от винта!

Сергей Иванович. Помнишь, пятнадцать лет тому назад, я тебе предложение делал?

Наташа. Смутно припоминаю…

Пятнадцать лет назад

Сергей Иванович и Наташа.

Наташа. Какая дрянь твой зоопарк! Животные… Я замучилась в глаза им смотреть…

Сергей Иванович. Я понимаю… Наверное, в будущем всё изменится, сделают просторные клетки, почти как на свободе.

Наташа. Почти свободы не бывает!

Сергей Иванович. А ребёнок был рад.

Наташа. Много ли дурачку надо.

Сергей Иванович. Он не дурачок.

Наташа. Ничего не могу с собой поделать, не люблю я