Пьесы болгарских писателей - Орлин Василев

О т е ц  С а н т ь я г о. Но донья Инес убедила Морено искупить свой грех женитьбой на этой девушке.

Э с т а н и с л а о (с напускной серьезностью). А!.. Это другое дело!

Эстанислао и Альварес разражаются громким раскатистым смехом. Из парка через ворота входит  И н е с, в костюме для верховой езды. Нервно играя хлыстом, она останавливается, смотрит на отца Сантьяго, затем на Альвареса и, наконец, на Эстанислао.

И н е с (резко). Что вас так рассмешило, сеньоры?

Э с т а н и с л а о. Проект святого отца женить Морено.

И н е с (гневно). Что же тут смешного?

Э с т а н и с л а о. Смех — субъективная реакция, сеньора!.. И во всех случаях — физически безобидная!.. (Весело, отцу Сантьяго.) Досточтимый падре! К какому же браку вам удалось склонить добряка Морено — к церковному или гражданскому?

И н е с (к Эстанислао). Вы иностранец, не так ли?

Э с т а н и с л а о (с поклоном). Да, сеньора!.. Как вы уже соблаговолили это заметить по моему акценту.

И н е с. Тогда не глумитесь над нашей честью! Это — единственное, что мы защищаем до конца.

Э с т а н и с л а о. Существуют различные понятия о чести, сеньора! Какое из них вы имеете в виду?

И н е с. Испанское, которое, как видно, вам незнакомо.

Э с т а н и с л а о. Вы ошибаетесь! Оно мне известно, и очень хорошо. Но у Морено, мне кажется, нет никакого понятия о чести.

Они обмениваются враждебными взглядами. Из правой галереи выходит  П и л а р  и, прислонившись к колонне, с гордо поднятой головой, невозмутимо разглядывает Эстанислао.

(К Пилар.) Это ты — потерпевшая?

П и л а р (с чувством). Да, сеньор! Вы удивляетесь?

Э с т а н и с л а о. Ничуть! Морено не лишен вкуса.

И н е с. Вы ему завидуете?

Э с т а н и с л а о. Непонятно, почему он все же сменил вас на нее.

А л ь в а р е с. Морено андалузец! А у андалузцев арабские наклонности к разнообразию в любви.

И н е с (с презрением). Благодарю! У вас остроумие не уступает галантности! (Направляется вправо, но вдруг останавливается.)

Навстречу ей идут  А н т о н и о  и  С е б а с т ь я н, толкая перед собой инвалидную коляску с сидящим в ней  д о н о м  Л у и с о м.

А н т о н и о (ухмыляясь, Инес). Мое почтение, сеньора! (Сняв берет, отвешивает шутовской поклон.)

И н е с (задыхаясь от гнева). Кто позволил тебе войти в мой дом?

Э с т а н и с л а о. Я.

И н е с. А вы кто такой? Кто вас прислал сюда? Кто дал вам право носить мундир испанского офицера и вмешиваться в наши дела?

Эстанислао мрачно и строго смотрит на Инес.

А л ь в а р е с. Сеньора, вы не находите, что ваша дерзость переходит всякие границы?

И н е с. Ничего, найдутся испанцы, которые не дадут меня в обиду.

А л ь в а р е с. Если вы имеете в виду Морено, то в данных обстоятельствах он — ненадежная защита.

И н е с. Но он достойней нас, потому что не подчиняется пришлым авантюристам.

А н т о н и о. Мне кажется, вы неискренни! (Альваресу и Эстанислао.) Все старые девы мечтают об авантюристах.

И н е с (с презрительным смехом). Ты ошибаешься, Антонио!.. В отличие от других старых дев я не стыжусь своего возраста. Это ты привел сюда этих шалопаев?

А н т о н и о. Да, сеньора! Но неужели вам противны такие молодые и красивые шалопаи?

И н е с. За их нахальство отвечать будешь ты.

А н т о н и о. Анархист отвечает только перед своей совестью, сеньора! Разве не так?

С е б а с т ь я н (к Эстанислао и Альваресу). Удобная организация, не правда ли? Права дает, а обязанностей никаких!

И н е с (с упреком, Себастьяну). А вы? Как вы позволили беспокоить отца?

С е б а с т ь я н. Мне приказали.

И н е с. Разве можно подчиняться приказу первого встречного?!

С е б а с т ь я н. Такие времена, сеньора! Если я вам нужен, то уж позвольте мне подчиняться всем и каждому.

Э с т а н и с л а о (Альваресу). Счастливая республика, нечего сказать, Альварес!

И н е с (с горечью). Да, чужеземец! Идеальная республика, где вы можете вволю потешаться над бедою граждан.

Э с т а н и с л а о (презрительно оглядывает Инес. Альваресу). Мы теряем драгоценное время!.. (К Антонио.) Значит, Морено здесь нет, приятель?

А н т о н и о. Да, капитан! Морено нигде нет… если только он не заперся в спальне сеньоры, чтобы сочинять афоризмы о любви. Эта привычка сложилась у него в годы подполья, когда сия почтенная дама укрывала его от гражданской гвардии.

И н е с. Хоть учителя перестань хулить!

А н т о н и о. Этот учитель привил нам все пороки и научил только одной добродетели — не преклоняться перед авторитетами… В том числе и перед ним самим.

Э с т а н и с л а о (отцу Сантьяго). Простите, падре! Вы сказали, что Морено решил жениться на этой девушке, не так ли? (Указывает на Пилар.)

О т е ц  С а н т ь я г о. Да!.. Дон Хулиан обещал мне это.

Э с т а н и с л а о (к Антонио). Следовательно, лучше будет не сегодня, а завтра сообщить ему о решении отряда.

А н т о н и о. Не торопись, чужеземец! Сперва пойми, в чем дело… Наш учитель решил жениться в тринадцатый раз, чтобы доказать, что он истый кавалер! Он женится на служанке, и теперь никто не заподозрит, что он любовник хозяйки.

И н е с (с отвращением). Перестань! Клевета твоя гнусна, как и весь твой вид.

А н т о н и о (озлобясь). Вот как? Вид человеку придают природа и условия, в каких он живет. Посмотрите, например, на вашего достойного папашу. (Показывает на дона Луиса.) Почему он стал парализованной развалиной? А я вам скажу… Потому, что всю жизнь лакал коньяк, стрелял по голубям да таскался с гулящими девками!

И н е с. Чудовище! (Хватается за коляску и катит ее по галерее.)

Д о н  Л у и с (глухо). М-м-м-о!.. М-м-м-о!.. (Делает жест, чтобы его не увозили.)

Инес с тревожным изумлением смотрит на него, но останавливает коляску.

Э с т а н и с л а о (к Антонио). Зря ты, приятель, вытащил этого больного старика из дому.

А н т о н и о. Он сам попросил… (Дону Луису.) Скажи, старый развратник, разве не так?

Д о н  Л у и с (глухо). М-м-м-о! (Сердито кивает головой.)

А н т о н и о. Ну вот! Видели?

Д о н  Л у и с (глухо, рыдающим голосом). М-м-м-о… (Показывает руками, что хочет что-то написать.)

Себастьян вынимает из кармана записную книжку с карандашом и подает дону Луису. Тот начинает писать.

А н т о н и о (к Эстанислао и Альваресу). Как видите, сеньоры, болезнь парализовала только моторные центры речи, но пощадила слуховые. Могу вам это объяснить, ведь я девять семестров изучал медицину. Он понимает все, что ему говорят, но сам говорить не может… Идеальный депутат от либералов в консервативном парламенте. Не зря этот идальго тридцать лет представлял свой круг в кортесах!.. Блестящее олицетворение аристократических традиций Испании, не правда ли? (Показывает на дона Луиса.)

Э с т а н и с л а о (с досадой, к Антонио). Ну хватит! Все это ни к чему!.. (К Инес.) Увезите отца, сеньора! (К Антонио.) Ты уверен, что Морено нет в доме?

А н т о н и о. Спроси лучше его любовницу.

О т е ц  С а н т ь я г о. Да простит всевышний клевету вашу, дон Антонио! Во всей округе не найти женщины, добродетельней доньи Инес.

А н т о н и о. Глупости, отче! Неужто добродетель женщины так же бросается и глаза, как мантилья и высокий гребень в страстную неделю? Зачем прикидываетесь наивным перед богом?

Э с т а н и с л а о (хмуро). Посмотрим, что написал старец!

Себастьян берет у дона Луиса записную книжку и передает ее Альваресу.