Пьесы болгарских писателей - Орлин Василев

Но для меня это ночь раздумья, когда человек познает самого себя!.. Ночь, которая служит наградой за все то хорошее, что он совершил в своей жизни!.. (Смотрит на Инес с улыбкой и с некоторой грустью.)

И н е с (с тоской). А что потом?

Э с т а н и с л а о. Какое это имеет значение — что будет потом?

И н е с. Потом — конец!.. (Яростно.) Ваш конец!.. (Истерично.) Всему конец! (Беспомощно прислоняется к колонне и плачет.)

В воротах со стороны парка появляется  Б е н а л ь к а с а р. Он останавливается и смотрит на Инес, которая продолжает плакать.

Б е н а л ь к а с а р (резко и язвительно). Драма?..

И н е с (оборачивается к Беналькасару и в упор смотрит на него). Да, сеньор комиссар!.. Испания полна драм!.. Разве вы этого не знаете?

Б е н а л ь к а с а р. Знаю больше, чем вы!.. Но зачем впутывать в эти драмы иностранцев?

Э с т а н и с л а о. Вы до сих пор считаете меня иностранцем, Беналькасар?

Б е н а л ь к а с а р. А как же иначе!.. Раз вы так преступно относитесь к батальону, который вам вверила республика!..

Э с т а н и с л а о (сухо и спокойно). Что случилось, Беналькасар?.. Объясните!

Б е н а л ь к а с а р (вне себя). Кто позволил этой женщине прислать солдатам целую бочку коньяку?

Э с т а н и с л а о (поражен). Этого не может быть!.. (Смотрит на Инес.)

Б е н а л ь к а с а р. Может!.. Пока вы переживаете любовную драму, враг ведет подрывную работу!

Э с т а н и с л а о (сухо). Оставьте меня, Беналькасар!.. Сделайте что требуется в батальоне, а я поищу виновников здесь.

Б е н а л ь к а с а р (презрительно). Если снова не размякнете!

И н е с (с отчаянием). Нет, не размякнет!.. Война и смерть доведут дело до конца!

Б е н а л ь к а с а р  озадаченно смотрит то на Инес, то на Эстанислао, затем резко поворачивается и уходит через ворота.

Э с т а н и с л а о (устремляется к Инес). Это вы сделали?

И н е с. Да.

Э с т а н и с л а о (сдавленным от гнева голосом). Зная, что франкисты этой ночью атакуют Арко Ирис? И вместо того чтоб предупредить об угрозе, вы пытались увести отсюда меня и Альвареса и напоить моих солдат, да?.. Чтоб нас всех перекололи, как овец, да?

И н е с (в ужасе). Нет!.. Я этого не хотела!

Э с т а н и с л а о. Вы лжете, потому что испугались за свою жизнь?

И н е с (с отчаянием). Нет… мне жизнь не дорога!

Эстанислао с силой дает ей пощечину. Инес смотрит на него в оцепенении. Эстанислао идет к столу и садится на стул.

(Приложив к щеке руку.) Я хотела спасти нас обоих от смерти.

Э с т а н и с л а о (с горечью). Я должен был предвидеть ваш поступок, а не наказывать за него.

И н е с (с печалью). Плохой вы провидец!.. Вы раб!.. Вы не можете… не смеете любить женщину, для которой вы в один вечер стали всем на свете!.. Вы способны растоптать ее ради своей далекой несбыточной мечты.

Э с т а н и с л а о (мрачно). Да!.. Именно в этом и есть моя свобода!

И н е с. И это вы называете любовью?

Э с т а н и с л а о. Да, это — любовь!.. Более сильная и более смелая, чем она была бы, если б вы принадлежали к моему миру или я — к вашему!.. Но вы недостойны ее.

И н е с. Значит… напрасно мы думали, что можем любить друг друга.

Э с т а н и с л а о. Да!.. И напрасно и глупо!

Инес приближается к нему и обнимает его за шею.

(Внезапно встает.) Уходите!..

Пауза. Эстанислао снова садится. Лицо  И н е с  выражает печаль, смирение и, наконец, замкнутую гордость. Она резко поворачивается и твердым шагом уходит вправо. Из-за колонн показывается  П и л а р  с гитарой в руке, в уже знакомом желтом платье с оборками. Чеканя слова, она начинает патетически петь «Марш Пятого полка», аккомпанируя себе на гитаре. Эстанислао рассеянно и безразлично смотрит на нее. Закончив песню, Пилар подходит к нему.

Э с т а н и с л а о (холодно и снисходительно рассматривает Пилар). Это что, репетиция?

П и л а р. Нет, сеньор!.. Это я пела для вас.

Э с т а н и с л а о (пристально глядя на нее). Садись!.. (Показывает на стул у стола.)

П и л а р. Не смею, сеньор!.. Донья Инес рассердится, если увидит, что я разговариваю с вами, сидя рядом!.. А ее гнев может принести вам огорчение!.. Даже капитаны республиканской армии становятся растяпами перед гордостью и великолепием благородных дам!.. И потом, я должна позаботиться об ужине!.. Ведь дамы могут умереть голодной смертью, если кто-нибудь не позаботится и не накормит их.

Э с т а н и с л а о. Твое нахальство растет с каждой минутой!

П и л а р. За это меня и уважают, сеньор!

Э с т а н и с л а о. Садись!.. (Опять указывает ей на стул.) Я хочу с тобой кое о чем поговорить!.. Хотя, может, ты снова назовешь меня растяпой.

П и л а р. Я так сказала, чтоб вызвать вас на разговор.

Э с т а н и с л а о. Этим трюкам, вероятно, тебя научила тоже Педрина?

П и л а р. Да!.. Все, что во мне плохого, — от Педрины. Я была ее любимой ученицей.

Э с т а н и с л а о. Не сомневаюсь!.. А кто тебя учил тому хорошему, что есть в тебе?

П и л а р. Донья Инес, сеньор!..

Э с т а н и с л а о. Ты ее любишь?

П и л а р. Я бы не рискнула ее ненавидеть.

Э с т а н и с л а о. Но это тебе не мешает жестоко насмехаться над ней.

П и л а р. Донья Инес похожа на старинную драгоценность… Среди испанских аристократов она просто уникальный экземпляр!.. Можно любоваться ее красотой и тут же смеяться над ее бесполезностью!

Эстанислао закуривает сигарету и задумчиво всматривается в дым от нее.

О чем вы думаете, капитан Браво?

Э с т а н и с л а о (с горечью). О своей далекой родине, Пилар!.. Есть у нас там такой уголок, где женщины устраивают пляски на огне.

П и л а р (удивленно). На огне?.. Это любопытно!.. Расскажите, пожалуйста!

Э с т а н и с л а о. Выкапывают неглубокую канаву длиной с этот двор!.. Затем разжигают в ней костер и, когда образуется толстый слой раскаленных углей, начинают на них свои пляски.

П и л а р. Это же невозможно!.. Вероятно, у них на ногах сандалии с толстыми подошвами и несгораемые юбки?

Э с т а н и с л а о. Нет!.. Они пляшут босиком, а платья поднимают выше колен.

П и л а р (возбужденно). А что с ногами? Наверно, на них образуются ужасные ожоги?

Э с т а н и с л а о. Нет!.. Я не знаю, в чем там дело, но ожогов у них не бывает!.. Даже никаких следов не остается.

П и л а р. Тогда… они ведьмы!..

Э с т а н и с л а о (улыбается). Некоторые действительно считают их ведьмами.

П и л а р. А какой танец они танцуют?

Э с т а н и с л а о. Какой-то очень старинный!.. Немного напоминает арагонскую хоту.

П и л а р. И вы это видели собственными глазами?

Э с т а н и с л а о. Да, видел, и не раз. Я был в ссылке там… Но как-то раз у одной из танцующих случился сердечный удар, она упала на угли и умерла.

П и л а р (восхищенно). Как прекрасно!.. Умереть, танцуя на костре!

Э с т а н и с л а о. Едва ли!.. Это, скорее, глупо.

П и л а р. Наверно, эта женщина сильно любила!

Э с т а н и с л а о. Вероятно! Коль решилась танцевать с больным сердцем!.. И ты похожа на нее, Пилар!.. Ты танцуешь на огне и, может быть, тоже погибнешь.

П и л а р (улыбаясь). Уж не ради ли этого вы мне рассказали такую небылицу, сеньор?

Э с т а н и с л а о. Нет!.. Пляска, которую я тебе описал, отнюдь не небылица.

П и л а р. А что же?..