Бурлак - Мансур Аязович Гилязов

Сажида. Кто ты, Аль-Мансур? Ты же не просто человек.

Аль-Мансур. Я мухаджир.

Сажида. Мухаджир?.. Кто же это мухаджир?

Аль-Мансур. Мухаджир – человек, который ищет своё счастье.

Сажида (задумчиво). Мухаджир…

Патый. Когда же закончится этот позор? Ахметсафа, сынок, твоя жена целыми днями говорит с этим арабом, на тебя не обращает никакого внимания! Жив ты, или же давно помер – ей уже всё равно! Даже не интересуется твоим самочувствием! Как ты можешь всё это терпеть!

Сафа. Он знает больше, чем мы, мама. Он должен идти вместе с нами.

Слышится заунывное мычание коровы. По коридору проходят два санитара с носилками. Человек на носилках накрыт с головой белым. Санитары останавливаются, смотрят на Аль-Мансура. Один из них кивает головой.

Сажида (она наблюдала за бессловесным общением Аль-Мансура и санитаров). Что случилось?.. Кто-то помер? Из наших односельчан?

Аль-Мансур подходит к носилкам, приоткрывает простынь. Заглядывает в лицо и накрывает обратно.

Аль-Мансур. Это бабушка Зухра. Она отошла в мир иной.

Патый. Матушка!.. (Кидается к носилкам.) Сафа, сынок! Бабушка Зухра, твоя бабушка! (Причитает.)

Санитары опускают носилки на стулья.

Сажида. Этого не может быть… Она не должна была умирать. Только она видела Мекку, в которую мы идём. Мы не можем потерять её! Без неё мы не найдём нашу Мекку!

Юсуф. Ничего не поделаешь, доченька. Тиф – тяжёлая болезнь, не щадит ни старых, ни молодых. Бабушка Зухра прожила более ста лет, старая была, вот и не выдержала… Пусть её место будет в раю. Кто теперь за Пеппилиной будет ухаживать, вот о чём я думаю.

Сажида. Бабушка Зухра должна прожить ещё сто лет! Дойти вместе с нами до Мекки и жить там! Аль-Мансур, чего ты сидишь? Родители назвали тебя святым. Сделай же что-нибудь святое! Сотвори чудо! Сделай так, чтобы бабушка Зухра стала живой! Она очень нужна нам!.. Аль-Мансур, ты же хочешь, чтобы все мы верили тебе!..

Аль-Мансур встаёт со своего места. Он медленно подходит к носилкам, открывает лицо бабушки Зухры. Совершенно неожиданно Галима начинает играть на скрипке.

Аль-Мансур. Она должна жить. Я никогда не делал этого, но я видел, как делают это старики.

Аль-Мансур достаёт аккуратно свёрнутый коврик, медленно разворачивает его, ложет на пол. Он опускается на колени и начинает читать молитву. Это молитва из Корана о спасении человеческой души. Галима продолжает играть на скрипке. Голос Аль-Мансура звучит как божественная музыка, временами опускаясь и затихая, затем внезапно взлетая до самых небес. Все зачарованы неожиданным действом, развернувшимся на их глазах. Больные приподнимаются со своих постелей, садятся на кровати, забывая о своей тяжёлой болезни. Даже санитары, забыв о своих делах, оказались под воздействием чудодейственной молитвы.

Аль-Мансур (читает молитву на арабском языке). Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного… Неужто не видишь ты, что Аллах подчинил нам всё, что есть на земле, и корабли, скользящие по морю по воле Его? И не даёт Он небу упасть на землю, кроме как по соизволению Своему. Воистину, Аллах – Сострадательный, Милосердный к людям. И Он – Тот, Кто даёт вам жизнь, а затем приводит вас к смерти, после снова Он оживит вас… И затрубит труба, когда из могил своих поспешат они к Господу своему. И скажут они: «О горе нам! Кто поднял нас из пристанища нашего? Это то, что обещал Милостивый, а посланцы говорили правду». Это всего лишь единый крик, когда предстанут они перед нами. И в сей день никакой душе не будет обиды, и награду получите вы лишь за то, что сотворили вы. Воистину, владельцы Сада в сей день будут счастливы. Они и жёны их в тени, возлежа на возвышенных ложах. Там плоды у них и всё, чего пожелают они… Мир! Слово от Господа Милосердного!

Молитва кончается, голос Аль-Мансура затихает. Бабушка Зухра медленно открывает глаза, начинает говорить.

Зухра. Пеппилино!.. Пеппилино! Где моя корова?

Аль-Мансур. Она во дворе, бабушка Зухра. Я покормил её сеном… Я даже подоил её, бабушка Зухра.

Зухра. Изменилась моя корова… Раньше моя Пеппилино кроме меня никого к себе не подпускала.

Сажида. Как ты себя чувствуешь, бабушка моя Зухра?

Зухра. Что мне станется? Сто лет я в деревне Наубахар прожила, ещё сто лет в Мекке проживу. Вот только голова немного кружится. С чего бы это, доченька?..

Патый. Так ты же только что умерла! Вот эти двое хоронить тебя несли! Разве не видишь слёзы на моём лице?

Зухра. Всю жизнь не любила ты меня, невестка Патый. Только и ждёшь моей смерти.

Патый. Ты скажи спасибо этому святому арабу!

Зухра. Живой я была, не умирала ни капельки! (Санитарам.) Куда вы меня несли, недоумки?

Санитары не понимают ни слова, в полнейшем недоумении от всего увиденного. Поднимают пустые носилки и покидают коридор.

После этой сцены все, особенно Сажида, начинают смотреть на Аль-Мансура совершенно другими глазами. Теперь Аль-Мансур становится центром внимания всех присутствующих.

Сажида. Где ты обучился таким молитвам, Аль-Мансур?

Аль-Мансур. У себя на родине, в Мекке.

Сажида. Расскажи нам правду о Мекке, Аль-Мансур. Мы готовы услышать от тебя правду.

Аль-Мансур. В Мекке очень много бедных людей… Там много несчастных, обездоленных, больных.

Патый. Оказывается, точно так же, как у нас!..

Аль-Мансур. Сытно живут только купцы и служители ислама.

Патый (радостно). Это тоже по-нашему!

Юсуф (говорит Патый). Замолчи, балаболка!

Аль-Мансур (продолжает свой рассказ). У меня было две жены. У нас это привычное дело… (Сафа и Сажида переглядываются.) Первая жена родила мне пятерых детей. Вторая успела родить мне всего лишь двоих. У меня не было работы и не было денег, чтобы прокормить семью. Моя младшая дочь умерла с голоду… Мы жили вместе с бабушкой. Звали мою бабушку Наубахар.

Сажида. Наубахар?.. Название нашей деревни.

Аль-Мансур. По-арабски это означает «новая весна». Бабушка рассказывала нам, что наши предки проживали где-то к северу от Каспийского моря. Это были самые северные мусульмане.

Зухра. Так это мы и есть, русские мусульмане!

Сажида. Выходит, ты наших кровей, Аль-Мансур.

Аль-Мансур. Бабушка Наубахар говорила мне, что жизнь мусульман на севере богата и счастлива.

Патый. Это было очень давно. Мы тоже слышали эти сказки.

Аль-Мансур. Мы решили уйти из Мекки. Наш путь лежал на север… Когда мы тронулись в