Подарок для шейха. Жестокая сказка - Анастасия Сова

Приручить дикого сокола куда увлекательнее, чем получить ручную канарейку.

Ее воля будет сломлена, ее дух покорится мне. Это лишь вопрос времени. И правильного подхода.

Я наблюдаю, как стражники ведут ее прочь, и удовлетворение разливается по мне теплой волной. Она испугана, но пока не сломлена. Но скоро поймет, что у нее нет иного выбора, кроме как принять свою судьбу. Мою судьбу для нее.

Стук в личные покои. Сюда нельзя никому, кроме дежурного стражника, что приносит вести и распространяет по дворцу мои поручения.

— Повелитель, — мужчина наклоняется низко в знак повиновения, когда я позволяю ему войти. — Госпожа Надира просит принять ее.

Раздумываю несколько секунд, понимая, что не слишком хочу видеть сейчас жену. Но почему-то решаю дать добро на эту просьбу.

Спустя уже несколько минут Надира скользит внутрь, словно темная река, ее черные шелка едва слышно шуршат по полу.

На лице — маска преданности и любви, но я вижу напряжение в уголках ее губ, а еще тревогу в слишком пристальном взгляде.

— Мой повелитель и господин, — ее голос сладкий, точно сироп, но я слышу в нем твердость.

Надира опускается передо мной на колени, прижимаясь лбом к моей руке с массивным перстнем.

Ее прикосновение привычное, но сегодня оно кажется назойливым.

— Прости меня, Повелитель, за это вторжение, но я пришла, ибо сердце мое полно заботы о тебе и о нашем доме.

Я не отзываюсь, позволяя ей говорить. Я знаю эту игру.

— Эта девушка… Аня… — моя жена произносит имя с легким пренебрежением, будто это название раздражающего насекомого. — Ее появление смущает покой гарема. Женщины шепчутся. Воздух стал тяжелым от зависти и страха. Ты ведь поселил ее… — не позволяю договорить.

— Женщины всегда шепчутся, Надира, — отвечаю я равнодушно, отводя руку. — Это закон природы, такой же неотвратимый, как восход солнца.

— Но не все женщины сеют раздор, мой господин, — она поднимает на меня свои прекрасные, горящие глаза. — И я… я боюсь. Не за себя, клянусь! Но за тебя. За твое благополучие.

Надира ластится ко мне, как кошка, пытаясь уловить мое настроение.

— Сегодня утром я говорила с провидицей, старой Заремой. Ты знаешь, ее дар истинен. И она… она видела кое-что.

Я поднимаю бровь, делая вид, что мне интересно. Надира всегда была мастером интриг.

— И что же узрела старуха?

Моя жена, сидя у меня в ногах, делает паузу для драматического эффекта, ее грудь вздымается.

— Она сказала: «Я вижу беду, что придет с востока. И правитель должен сделать правильный выбор. Иначе берегись… его любовь принесет в этот город огонь, и Вечный Источник обагрится кровью».

Надира смотрит на меня с напускным ужасом.

— И потом появилась она. С востока, из-за стен города. Эта новенькая. Разве это не знак? Разве не сама судьба предупреждает тебя? Я взволнована, мой повелитель! Изгони ее! Пока не стало поздно! Пока ее присутствие не навлекло на нас гнев с небес!

Я смотрю на нее, на эту идеально разыгранную сцену страха и преданности. И в моей памяти всплывают слова гонца, примчавшегося сегодня и ворвавшегося без спроса со своей вестью.

Беда с востока… Совпадение? Возможно. Но совпадениями правят высшие силы.

А еще я знаю Надиру. Знаю ее амбиции, ее страх потерять свое привилегированное положение. Не исключено, что старуха Зарема получила щедрую плату за свое «пророчество».

Ведь мы оба понимаем, Аня — угроза статусу Надиры. И та пытается устранить угрозу самым изощренным способом — через суеверие и страх.

Но… но что, если в ее лжи есть крупица правды, подброшенная самой судьбой? Вечный Источник, сердце нашего города, его гордость… обагрится кровью? Образ из моего сна — девушка на фоне пламени, он всплывает перед глазами с новой силой.

Я медленно поднимаюсь. Моя первая жена замирает, надеясь, что ее слова возымели действие.

— Твоя забота трогает меня, Надира, — говорю я, и мой голос звучит мягко, но в нем нет и тени тепла. — Я ценю твою бдительность.

На ее губах проступает торжествующая улыбка.

— Но, — я продолжаю, и улыбка на ее лице замирает, — я — Повелитель. Я сам вершу свою судьбу и судьбы тех, кто мне принадлежит. Я не из тех, кто бежит от теней или отдает свою собственность из-за шепота старух.

Я подхожу к окну, глядя на раскинувшийся у подножия дворца город. Мой город.

— Аня остается здесь. Под моей защитой. И в моей власти. Что до пророчества… — я оборачиваюсь к ней, и мой взгляд становится острым, как клинок, — …я советую тебе не распространять его среди женщин. Паника — куда большая угроза, чем одна девушка. Понятно?!

Надира бледнеет. Она понимает, что проиграла этот раунд. Ее поклон становится почтительным, но в ее глазах я читаю ярость и страх.

— Как прикажешь, мой повелитель.

Она выходит, и я снова остаюсь один. Я смотрю в сторону покоев, где теперь содержится Аня.

Это особое место, и оно долго пустовало.

Теперь там дикая русская птица, пойманная в золотую клетку.

И часть окон этой клетки расположена как раз так, что я могу видеть то, что происходит внутри.

Предзнаменование или просто женщина? Источник будущего огня или ключ к наслаждению, которое я еще не испытывал?

Неважно. Она моя. И я не отпущу ее. Ни из-за интриг Надиры, ни из-за смутных пророчеств.

Если ее любовь сулит огонь, то я готов сгореть. Если ее присутствие грозит обагрить Источник кровью… что ж, я видел кровь и проливал ее. И готов сделать это снова.

Глава 13

Аня

Я не выдыхаю, даже когда дверь в мои покои закрывается.

Чувствую себя мерзко. Кажется, что вот-вот стошнит от увиденного.

В ушах до сих пор стоит тот ужасный, животный вопль Ахмада, слышится тупой, влажный звук удара и леденящий душу хруст.

Я бы никому не пожелала такой судьбы… никому. Это действительно страшно, испытать такие душераздирающие страдания.

Но, главное, что Амин и все, кто окружал его в этот вечер, были абсолютно равнодушны к страданиям господина Ахмада. Лишь я одна пыталась скрыть дрожь под ледяной маской безразличия.

Пальцы. Повелитель отрубил ему пальцы. За меня.

Но усталость, скопившаяся во мне за весь этот бесконечный день, притупляет все чувства.

Глаза режет от желания поспать, а в тело словно напихали тяжелой сырой ваты.

Даже дышать трудно.

Мне не хочется делать ничего, что заставит меня совершить хоть какое-то физическое действие.

Но я все же заставляю себя сделать несколько шагов по будуару и поискать ванную комнату. Мне необходимо смыть