Подарок для шейха. Жестокая сказка - Анастасия Сова

мужчина всегда может воспользоваться услугами своего многочисленного гарема, но вот он уже проводит пальцами по самому краю трусиков и накрывает своей широкой ладонью мой лобок.

Через ткань чувствую какая горячая у него рука. Она словно выжигает на мне пылающие отметины.

Все мое естество отчаянно кричит, чтобы мы прекратили это, остановили, пока не стало мучительно поздно, но в то же время, нутро бешено пульсирует ожидая следующего прикосновения.

— Пожалуйста, Амин, сделай это… — молю я, но голос совсем не узнаю.

Он не мой, я это точно знаю. Не мой, и слышу я его со стороны. Словно кто-то другой молит за меня.

Тут же, следом, хочу закричать, что не хочу этого, но голоса больше нет совсем. Раскрываю рот, из которого не выходит даже жалкого сиплого звука.

— Ты уже моя, Аня. Ты принадлежишь мне, — отзывается шейх. — А я делаю со своими вещами то, что хочу.

Я понимаю, что побеждена.

Еще несколько мгновений, и Амин заберет меня себе окончательно. Вторгнется туда, где еще не было ни одного мужчины.

Но вдруг его свободная рука резко рвется вверх.

Ладонь, которая теперь почему-то кажется слишком маленькой и нежной, прижимается к моему рту и носу, не позволяя вдохнуть.

— Даже твое дыхание принадлежит мне, Аня.

В мгновение меня накрывает паникой. Мне совсем нечем дышать. Он убьет меня!

Глаза Амина стали совсем черными, и теперь с непривычной ненавистью и даже яростью смотрят на меня.

И пока я пытаюсь отбиться, опасаясь за свою жизнь, в сознание вдруг врывается реальность.

Амина рядом нет, а утро уже близится к рассвету.

Вот только давящее ощущение, не дающее дышать, никуда не девается.

Более того, теперь я понимаю, чью именно руку чувствую. Кто собирается лишить меня жизни.

И это не Амин.

Глава 15

Аня

Надира.

Она пришла ко мне.

Она пытается меня убить.

Воздуха катастрофически не хватает. На этом фоне все произошедшее со мной во сне кажется меньшим из зол. Лучше бы Амин безжалостно забрал мою девственность, чем я умру сейчас такой бесславной смертью.

— Успокойся, — шипит Надира на английском. — Я уберу руку, если ты пообещаешь не кричать. Один крик — и нас обеих уничтожат, поняла?!

Я не в силах издать ни звука, чтобы ответить. Получается лишь часто закивать, насколько это позволяет моя придавленная к подушке голова, которая будто вот-вот взорвется от нехватки воздуха.

Жена Амина медленно убирает ладонь.

Я тут же подскакиваю на кровати и отшатываюсь, прижимаясь к изголовью.

Совершаю глубокий, судорожный вдох, затем еще один. Воздух, сладкий и желанный, наконец наполняет легкие, но паническое сердцебиение не унимается.

Никак не получается отдышаться. Я хриплю и кашляю, словно многолетний курильщик с отравленными легкими.

В слабом свете утра, пробивающемся через распахнутые ставни, я отчетливо вижу ее.

Надира стоит возле кровати. Она кажется высокая и какой-то излишне прямой.

Ее лицо — это все та же холодная маска, полная безразличия ко мне, граничащего с презрением и ненавистью.

Хотя в глазах, пристально наблюдающих за мной, будто уже нет того опасного желания напугать и уничтожить соперницу во что бы то ни стало.

— Это он снился тебе? — спрашивает Надира, не отворяя взгляда. — Повелитель. Ты хочешь его?

Но я не собираюсь ничего ей отвечать на этот вопрос. Мой сон, где я сгорала от желания и жаждала продолжения — мой личный несмываемый позор, показавший, что скрывается за внешними попытками сопротивляться.

И я ненавижу себя за то, что так повела себя во сне. Что была возбуждена и хотела отдаться.

Даже сейчас, наяву, я ощущаю, как влажно и непривычно горячо между моих ног.

— Что… что тебе нужно? — удается мне хрипло выдохнуть.

Я не знаю пока, чего именно ожидать от Надиры, потому ожидаю всего, что угодно.

Но Надира, к счастью, не нападает на меня, а даже отступает на шаг, скрещивая руки на груди, и пряча ладони в широких рукавах халата.

— Планы изменились, — заявляет она просто, как будто сообщает о смене погоды, а не о недавнем желании меня убить. — Амин… он слишком увлекся своей новой игрушкой. Я вижу это. Он не откажется от тебя просто так. Мужчины… они такие. Им нравится ломать сопротивление.

Я не могу поспорить с ее словами. Они точные, как прицел. Даже мой эротический сон был не просто жалкой фантазией головного мозга, а довольно правдивым отражением реальности, которая я сумела уловить за вчерашний день.

— И что теперь? Убьешь меня? Так почему остановилась?

— Убить тебя? — Надира наиграно усмехается. — Это слишком очевидно. В том числе для Повелителя. Мой муж уже показал всем, что ты под его защитой. А он не бросает слов на ветер. Никогда. К тому же… мертвые иногда несут гораздо большую угрозу. Они превращаются в идеал, который больше невозможно достичь.

Надира расцепляет замок из своих рук, и я непроизвольно вздрагиваю, потому что все еще отношусь к ее появлению настороженно.

— Так что я предлагаю тебе иной путь. Я помогу тебе сбежать. Исчезнуть из нашего дворца и из наших жизней.

Я замираю, не веря своим ушам. Она правда мне это предложила? Надира?

— Сбежать? — повторяю я глупо.

— Да. Следующей ночью. У меня есть люди. Они вывезут тебя из города, доставят к кораблю, который идет на север. Ты исчезнешь. И Амин забудет тебя. Надеюсь, что после этого, ты останешься для моего Повелителя позорным пятном, о котором ему не захочется вспоминать.

Мысли мечутся в моей голове.

То, что предлагает мне сейчас Надира, слишком хорошо звучит, чтобы быть правдой.

Я и в мыслях не надеялась, что хоть кто-то из проживающих во дворце придет мне на помощь. И уж точно никак не могла подумать, что моим союзником станет главная жена шейха.

Поэтому в голове сейчас в основном крутится только лишь один вопрос:

— Почему? — впиваюсь в Надиру взглядом. Мне важно понять, насколько эта женщина искренна со мной. — Почему ты решила помогать мне?

Губы первой жены Амина складываются в тонкую улыбку, что абсолютно лишена радости.

— Потому что твое присутствие во дворце — это угроза нашей стабильности. А я ценю спокойствие, и очень не люблю, когда его нарушают. Потому твое исчезновение видится мне самым правильным решением из всех возможных.

Надира кладет на край кровати маленький, туго свернутый свиток пергамента.

— Тут все написано. Наш план. Время. Место. У тебя есть время до заката. Но будь осторожна, во дворце даже у стен есть уши. Я советую тебе быть внимательнее. Если будешь согласна на мое предложение —