Флорентийская блудница - Лана Ланитова

В будни они хранятся в подвале одного из замков. И никому не известен адрес и фамилия той семьи, которая является хранителями этих идолов. Я только знаю, что в обычной жизни это весьма уважаемые граждане Флоренции. Каменных приапов достают из подвала лишь дважды в год. Во время главных Вакханалий с жертвоприношениями и свадьбой Припа. Приап всегда имеет множество жен. Но здесь повелось приговаривать к браку только трех девственниц.

– Больше желающих не нашлось? – хмыкнул Владимир. – Или у вас девственницы в большом дефиците?

– Учитывая южный темперамент, здесь их и вправду меньше, чем у вас в России…

– Да уж, – Владимир покраснел, вспомнив о своем крепостном гареме. – В моей вотчине я сам был первым мужчиной у многих моих крепостных. Я не отдал бы их на поругание каменному божку.

– Я всё знаю про тебя, – улыбнулась она. – А мне пришлось потерять свою девственность именно здесь, на Вакханалии.

– Вот как? – Владимир пристально посмотрел на Лучиану. – Значит, с тобой поступили точно так же? Отдали замуж за каменного истукана?

– Да, – кивнула она и покраснела. – О, сначала меня долго уговаривали, принять участие в этой церемонии. Мне предлагали деньги. А после я и сама уже хотела этого больше всего на свете.

– Даже так?

– Не удивляйся. Вагины этих девственниц готовят к дефлорации заранее. Меня густо обмазали оливковым маслом, настоянным на афродизиаках и обезболивающих снадобьях. Они делают женское чрево растяжимым и почти не чувствующим боли. А еще девушкам дают пить вино, в которое подсыпают какие-то порошки, настоянные на маковом опии.

– Ты совсем не чувствовала боли?

– Чувствовала. Несмотря на все ухищрения жрецов, я всё же ощущала боль. Но сильнее боли было безумное вожделение. Ты видишь, эти девушки дрожат?

– Вижу. Я думал, что это от страха.

– Они бояться. Да… Но дрожат они от жуткого желания. Смотри…

Владимир перевел свой взгляд на сцену, где готовилось жертвоприношение.

– Сорвите с них одежду! – скомандовал Дионис. – Я желаю видеть всю красоту наших невест.

Двое сатиров подошли к девушкам и сорвали с них покрывала, а после в мгновения ока были сняты и все одежды, прикрывающие спелые формы девиц. Все трое были хороши собой. Это были совсем юные создания. На вид им было не более шестнадцати лет. Но у всех троих уже были вполне женские формы и налитые груди, торчащие пухлыми розоватыми сосками. Одна девушка была светловолоса, а две другие имели черные волнистые волосы. Хорошенькие лица казались испуганными.

Увидев красоту девиц, людская толпа заметно оживилась. Послышались одобрительные возгласы. Но Дионис сделал жест рукой, от которого толпа вновь стихла. Дробно застучали, зашелестели тимпаны и кимвалы. В воздухе повисла адская смесь любопытства, страха, мистического почитания, животного вожделения и единения каждого участника мистерии. Толпа вновь дышала одним горлом. Медные кимвалы вибрировали нервным звуком так, что у многих закружилась голова. Кто-то из мужчин, не выдержав напряжения, грязно выругался. Другие исступленно зарычали, словно дикие львы в джунглях. Кто-то крикнул:

– Ну!??? Не томи нас, Дионис! Испорти этих девок!

В ответ Дионис махнул рукой, и озверевшая толпа взвыла от страсти. В мгновение ока каждую из девушек подхватили сатиры и, раздвинув на весу полные ноги, поднесли к каменным Приапам и замерли.

– Ну же! Давай!!! – послышался хохот, визг и грязная ругань.

Владимиру было отчетливо видно, как девушки побледнели от страха и зажмурили глаза. Колыхнулись их спелые груди, тугой волной свело от страха круглые, влажные от пота животы.

Но помощники Диониса не стали медлить и усадили каждую из девственниц на свой торчащий фаллос.

– Так пусть же бог плодородия и похоти Приап примет наши жертвы! – крикнул Дионис.

– Да!!!! – взревела бесноватая толпа.

Владимиру показалось, что его уши слышат треск живой плоти. Потом послышались женские крики и стоны. Потрясенный, он видел белизну раздвинутых ног, а после разорванную плоть. И кровь. Ручейки крови, текущей по каменным фаллосам. Казалось, что девушкам нанесен непоправимый урон.

– Неужели они выживут? – прошептал он.

– Конечно…

– Варвары…

Одна из девиц, та, что была светловолосой, потеряла сознание. Ее побледневшее личико казалось мертвым. Но к ней поднесли кувшин вина и кувшин с водой. И тут же привели её в чувства. Теперь она тоненько стонала от боли, беспомощно озираясь по сторонам. Она пыталась ухватиться за каменную голову идола и за бороды кружащихся возле неё сатиров.

– Бедняжки, – прошептал Владимир. – Когда же их снимут с этой «голгофы»?

– Смотри, это еще не всё… – шепнула Лучиана, облизнув влажные губы.

Дионис встал с кресла и подошел к первой девице. Две сильные руки мягко легли на плечи девушки. Он наклонился и поцеловал её в губы. Владимир отчетливо видел, что этот поцелуй был смешан с солеными слезами жертвы. Он так сладострастно целовал девицу, что та застонала. И Владимир готов был поклясться, что это был стон наслаждения, а не боли. Пока длился сам поцелуй, руки Диониса нежно гладили девичьи руки, опускаясь на груди и живот. Пальцы теребили девичьи соски. И после вновь гладили живот и начало лобка… Он отрывался от губ жертвы, и все участники оргии видели, как девушка хватала припухшими губами воздух, а после сама тянулась к своему палачу, распаляясь в неведомом ей ранее, сокрушительном желании. И он вновь дарил новоявленной вакханке свой сладострастный поцелуй. А после его ладони гладили ее голову, путаясь в прядях распущенных по плечам, роскошных волос. И в этот самый миг руки Диониса плавно возвратились на плечи девушки и с силой нажали так, что её зад осел ниже, а безжалостный вторженец проскользнул в её чрево еще глубже, до самого конца. Девушка вскрикнула, а Владимир увидел, что невеста Приапа плотно села на седло, расположенное у основания каменного фаллоса. А по ногам жертвы обильно заструилась кровь.

Ряженый Дионис повторил всё то же и со второй девицей, а потом и с третьей. Когда каждая из девушек сидела на каменной подставке, к ним подошла Ариадна и собрала девичьи слезы в один кубок, а капли девственной крови – в другой. Потом она налила в них вина, и Дионис с наслаждением опустошил оба бокала.

– Приап получил сегодня трех новых жен, а мы с чувством исполненного долга продолжим наше веселие. И пусть оно длится до самой зари!

– Да!!! – возликовала толпа.

В сторону полетели остатки одежды, и все участники оргии вновь оказались обнаженными. Музыканты заиграли радостную мелодию, и после первых аккордов толпа дружно пустилась в пляс. Вместе со всеми плясал и сам Владимир, держа за руку обнаженную, подвижную, словно лунный свет, Лучиану. Горячие руки флорентийки легли на его