Тьма египетская - Лана Ланитова

– Что тебя так взволновало? – бесстрастно спросил его демон.

– Месье, эта женщина просто чудо! – прошептал он в запале.

– Какая женщина? – бровь демона лукаво приподнялась.

– Ну, как же! – возмущенно произнес карлик, всеми жестами показывая в сторону огромного зала. – Она же!

– Ну, во-первых, ты успокойся, а потом говори толком, какую из женщин ты имел в виду? У меня же их целый полк в моем славном царстве-государстве.

От неожиданности Овидий плюхнулся на одно из свободных кресел и уставился на демона.

– Как же, патрон. Такая у вас только одна…

– Да, кто ж такая-то? Говори толком. Я прямо заинтригован.

– Как кто? Глафира Сергеевна. Глашенька…

– Ах, Глафира Сергеевна, – усмехнулся демон. – Так что там она? Как?

– Она ходит по белому залу и ждет вас.

– Вот как? Ну, пусть еще немного подождет. Вы дали ей стул?

– Нет. А надо было?

– Конечно.

– Я сейчас, – Овидий привстал, готовый сорваться и бежать на помощь Глафире.

– Обожди. Успеешь.

Карлик вновь плюхнулся в кресло.

– Так что ты там сказал о Глафире Сергеевне?

– Она, она… Она просто божественна…

– Ты полагаешь?

– Точно.

– А что в ней такого особенного? – не переставая улыбаться, произнес Виктор.

– Господи, да всё! Она такая милая, добрая, нежная. А воспитана-то как! У нее такие глаза! А в них столько ума и доброты. Ни у одной женщины в мире я не видел таких глаз.

– Ну, уж? – недоверчиво фыркнул демон.

– Точно! Скольких фемин я тут повидал. Но такая у вас впервые.

– Да… – с задумчивой улыбкой произнес Виктор. А после, будто очнувшись, спросил: – Тапочки надели?

– Да…

– Ей понравились?

– Очень! – просиял Овидий.

– А что там с платьем?

– Она согласилась остаться в рубашке.

– Умница. Люблю покладистых женщин.

– Видно, что стесняется она своего неглиже. Однако сказала, что сделает так, как вы велели.

После этих слов глаза Виктора потемнели, а ноздри слегка расширились.

– Как выдержать мне эту муку? – прошептал он. – В ней бездна сладострастия. Она еще и не была со мною, а уже готова подчиняться.

– Месье, я вот что еще хотел сказать, – карлик на минуту замялся и покраснел.

– Говори!

– Я хотел сказать, что наш нижегородский дворянчик не подходит этой женщине. Он не достоин этой королевы.

– Ты так полагаешь?

– Уверен.

– Но женское сердце является загадкой. Она его бывшая любовница, и, кстати, очень любила его.

– Он ей не пара, – зло отозвался кастелян.

– А кто ей пара?

– Если и существует в нашем мире ей пара, то только не этот кутила.

– Ладно, ступай, – серьезнее отозвался демон.

– Оставьте ее в нашем царстве, патрон… – произнес карлик почти у самых дверей. – Такой цветок нельзя упускать.

– Вы стол приготовили?

– Да, уже все сервировано.

– Ступай от греха. Не нуждаюсь я в твоих советах. Пшёл вон!

Карлик испарился.

– То же мне, нашлись еще советчики, – хмыкнул демон.

* * *

Через несколько минут Глафира услышала, как где-то вдалеке отворилась дверь. И тут же, словно по команде, оркестр заиграл что-то торжественное. Из глубины зала, к ней шел Виктор. Он был одет в роскошный фрак и казался ей настоящим исполином – высоким и стройным. Гулко звучали его шаги в огромном пустом зале. Когда он приблизился к ней, её состояние было близко к полуобморочному. Настолько красивым и величественным показался ей этот мужчина.

– Простите, Глафира Сергеевна, что я заставил вас ждать, – учтиво произнес он.

– Ничего, сударь. Я вовсе не скучала. Пока я вас ожидала, то имела удовольствие, познакомиться с Овидием и примерить эти великолепные тапочки.

– Прекрасно, – улыбнулся он. – А теперь разрешите вас пригласить на ужин?

– С удовольствием, – кивнула она.

Он предложил ей руку, она ухватила его за локоть, и они важно прошествовали в противоположную сторону зала. К своему немалому удивлению, Глафира увидела там овальный светлый стол, накрытый белоснежной скатертью. Посередине стола располагалась фарфоровая ваза, полная белоснежных роз. Стол был изыскано сервирован императорским фарфором и сверкающими хрустальными бокалами.

– Глафира Сергеевна, присаживайтесь, дорогая.

Он пододвинул стул с высокой резной спинкой. Она поблагодарила его и села. Виктор сел недалеко от неё.

– Моя дорогая, Глафира Сергеевна, скажите мне правду: вы голодны?

– Нет, – покачала она головою. – Я вообще не ем по ночам.

– А вы полагаете, что сейчас ночь? – усмехнулся он.

– По моим ощущениям это так.

– А по академическому времени, которое нам ныне вовсе не интересно, ночь давно уже миновала. Я слишком долго таскал вас по Европе и в Уральских горах. Вы не могли не нагулять себе отменного аппетита. Назовите любые блюда, какие только существуют в природе, и вам их тут же принесут ровно через одну минуту.

– Но, право, я даже не знаю, чего бы я хотела.

– А вы подумайте, ma chérie.

– Тогда, если можно, то принесите мне, пожалуйста, мороженого.

– Всенепременно. Какого сорта мороженное вы предпочитаете более всего?

– Клубничное и шоколадное.

– Отлично. Но это всего лишь десерт. Скажите, что же вы станете кушать? Может быть мясо, дичь или рыбу? А может, вам принести свежих устриц и белого вина?

– Устриц? – Глафира немного задумалась. – Что ж, ну давайте тогда устриц. Только немного. Я, право, вовсе не голодна.

Демон хлопнул в ладоши. И в этот момент распахнулись невидимые двери, и на пороге показался слуга демона Овидий, который нес в руках большой поднос с устрицами и прочими закусками. Вслед за карликом следовал пожилой седовласый мужчина в новеньком офицерском мундире времен Наполеоновских войн. Поверх мундира на нем был надет поварской фартук и белый колпак. И если кастелян демона был очень маленького роста, то седовласый военный удивил Глафиру своим представительным видом. Перед ней был довольно симпатичный, но немолодой офицер – высокий и широкоплечий.

Легким движением рук он расставил возле Глафиры какие-то мудреные закуски с рыбой и икрой. Тут же расположилось блюдо с крабами и лобстерами, а также тоненькие кусочки горячего хлеба, по золотистой корочке которого растекалось желтое сливочное масло. Тут же стояли какие-то немыслимые, взбитые конусами паштеты и суфле, украшенные зеленью и сливочными цветами, а также большое блюдо с пирожками и булочками. А после, на другом подносе, офицер принес несколько бутылок с вином и бутылку шампанского в серебряном ведерке.

Овидий же поставил перед Глашей огромное блюдо с устрицами, обложенными свежим колотым льдом. В середине блюда располагался цветок из тонко нарезанных ломтиков ароматного лайма.

– Кушайте, моя дорогая, – с улыбкой произнес демон. – А мороженное нам подадут чуть позже. Я не стал заказывать нам мясо. Сегодня у нас с вами будет рыбный ужин. Кстати, эти пирожки все тоже с рыбной начинкой.

Не успел демон договорить, как карлик принес еще