Тьма египетская - Лана Ланитова

– Боже, это невозможно! – воскликнула Глафира. – Давай остановимся хоть на минуту.

Демон снизился. Они присели на золочёную скамейку, стоящую среди кустов живой белой магнолии. Демон протянул руку к дереву и оторвал огромный белоснежный цветок. А после он закрепил его на волосах Глаши.

– Тебе дать зеркало? – с улыбкой спросил он.

– Не стоит…

– Поверь, ты очень красива. Эта магнолия тебе к лицу. У твоих ног, моя милая, будут все цветы этого мира. Какие ты только пожелаешь. Целые поля цветов. Я все тебе покажу. Вернее не так, я покажу тебе сегодня лишь маленькую часть моего огромного царства.

Он сидел напротив и разглядывал ее лицо.

– Ты отдохнула?

– Да, – кивнула она.

– Тогда полетели?

– Полетели.

Вскоре они оказались возле высоких чугунных ворот.

– Обними меня за шею и закрой глаза. Мы не будем выходить как все. Мы перелетим через эти ворота, – он рассмеялся, словно мальчишка.

Глаша ухватила его за сильную шею и положила голову на плечо демона. Она и глазом не успела моргнуть, как они перелетели над воротами. А после демон немного снизился. Но все равно это было слишком высоко. Когда Глафира открыла глаза, то увидела, что они висят прямо над известковым холмом, покрытым синей травой. Среди синей травы повсюду пестрели гладкие розовые и серые валуны. Возле решетчатых ворот замка, а также над ними, в каменных уступах, едва различимых арках, переходах от одной крепостной стены к другой, в складках гранитных анфилад, над маленькими оконцами и на карнизах под ними – всюду сидели и лежали, стояли на задних лапах, или готовились к прыжку каменные изваяния черных и серых, разномастных горгулий. Увидев их, Глафира вздрогнула.

– Не бойся. Они не посмеют к тебе подойти. Чаще всего они здесь каменные.

Справа, в клубах белых облаков терялись башни и шпили демонического замка. Лунный свет заливал ярким сиянием и этот холм, и сам замок, и темный лес, уходящий до горизонта. Слева она услышала шум воды. Виктор довольно быстро пронес ее высоко над скалами и бурным водопадом.

– Этот водопад похож на дикого зверя. Он даже рычит, словно огромное чудище. А дальше на много миль идет Черный лес, состоящий из зарослей мангры и топких болот. Но ты не бойся, милая. Все это здесь растёт не потому, что я люблю темноту болот и дикие заросли. Вовсе нет. Это все устроено, скорее для некой бутафории. Я же все-таки демон, и у меня есть свои задачи. А лица, попадающие ко мне на воспитание, должны испытывать страх, неудобство и множество иных отрицательных эмоций. Когда я отойду от своих дел, то я велю срубить к чертовой бабушке все эти черные деревья и осушить болота. И посажу здесь яблоневые сады. Ты веришь мне?

Она с улыбкой кивнула.

– Поэтому не бойся здесь ничего и никого. Пока ты со мною, в этом мире не будет существа, способного причинить тебе вред. Даже ни один волос без моего ведома, не упадет с твоей головы.

Они летели над Черным лесом, и огромная луна своим таинственным светом обливала голые остовы черных стволов, под которыми серебрилась смоляная топь. А далее стало светлее. Прямо под ними показалась Секвойевая роща.

– Смотрите Виктор, кто это там сидит на стволах?

– Это дриады. Древесные девы.

– А они добрые?

– Они? – демон задумался. – Глашенька, по правде говоря, в моем царстве нет совсем уж добрых персонажей. Хотя… Милая, добро и зло – очень относительные понятия.

– Я знаю… Я просто подумала, что это лесные феи.

– Ты можешь их считать таковыми.

– Смотрите, они летают от дерева к дереву. И одежды на них изумрудные, словно мох. А у многих на головах венки из цветов и листьев. Это так красиво.

– Да, это красиво, – с улыбкой согласился демон.

А дальше пошли холмы, засеянные сине-зеленой травой. В свете луны Глафира увидела стадо пасущихся коз. Оно было пестрым – черно-белым.

– Раньше у меня здесь паслись только белые козочки, – с улыбкой пояснил Виктор. – А потом в стадо влезли два козла, – он хмыкнул, – и оно сделалось пёстрым. Испортили мне всю породу. Никак руки не доходят, навести тут порядок.

Немного погодя демон уже летел над лавандовым полем, которое в свете луны источало такие красивые краски, что фиалковые глаза Глафиры потемнели. Она с восторгом и упоением взирала на волнительное лиловое море, вспыхивающее огоньками бирюзовых, опаловых, сапфировых и бриллиантовых искр.

– С высоты кажется, будто это не цветы. Кажется, что кто-то тут рассыпал много драгоценных камней.

– Да, это так. Мешки с драгоценными камнями, – усмехнулся демон. – Кстати, у всей этой красоты есть свой смотритель. Старый садовник Жак Болонье. Только он чаще невидим. Но я обещаю тебе, что когда ты станешь королевой, этот старый ворчун будет приносить тебе букеты со свежей лавандой, которая днем будет источать вполне себе живой аромат, а ночью ее ветки будут превращаться в россыпи алмазов, бериллов, лазуритов, аквамаринов, аметистов, александритов и синих сапфиров. Эта лаванда будет осыпаться в твоих руках именно этими драгоценными камнями.

– Разве так бывает?

– Так будет, если ты станешь моею женой.

Она смущенно опустила глаза.

– Скажи, а здесь все время ночь?

– Нет, что ты. Здесь будет ровно то время суток, которое ты пожелаешь. И длится оно будет ровно столько, сколько ты пожелаешь. Смотри…

Демон протянул руку и дернул за невидимый шнур. И в этот же миг небо стало светлеть. Густая синева ночи стала бледнеть прямо на глазах, приглушая свет далеких звезд. А луна, спелая и влажная луна стремительно закатилась за горизонт. Нет, на ее месте не появилось солнце. Но лучи, идущие со всех концов горизонта, были такими яркими, что вокруг стало светлее, чем в самый светлый день. На фруктовых деревьях, посаженных вдоль дороги, запели птицы, а из розовых кустов полетели стайки огромных разноцветных бабочек и стрекоз.

А лаванда, прекрасная лаванда, стало источать такие ароматы, что у Глафиры закружилась голова. Теперь, при ярком дневном свете, краски лавандового поля казались иными – драгоценные искры исчезли, сменившись свежими от росы цветами. А впрочем, была ли это роса, или рассыпанные по соцветиям алмазы, это трудно было определить.

– И что, ты вот так вот дернул за невидимую нить, и здесь воцарился день? – спросила ошеломленная Глафира.

– Да, на моем этаже все обстоит именно так. Здесь только я решаю, когда будет день или ночь. Когда ты станешь моей королевой, то шнур от этой главной жирандоли я отдам в твои милые ладошки, – демон поймал руку Глафиры и принялся с нежностью целовать