Аудит одуванчиков - Эндрю Гивлер

Но мне и не нужно было быть сильнее - достаточно просто быть сильным. Мой отец поднялся на ноги позади Леди Зимы, его пламя пылало с яростной силой реактивного топлива. С оскалом на лице пропавший Владыка Огня развел руки и послал широкий луч огня, направленный прямо в Мэв, как стрела. Она развернулась лицом к нему, и на лице появилось выражение ужаса, когда огненная волна понеслась в ее сторону.

Между двумя сражающимися пронесся злобный ветер, который, наверное, был похож на ураган. Он подхватил огненный луч и, изогнув его, устремил в ночное небо.

На помост взошла Повелительница Лета - Доун. Позади себя она тащила за пятку неподвижное тело сестры Тани. Ее обычно идеально уложенные волосы были растрепаны и торчали во все стороны. Глаза стали цвета чистого золота, причем ярости на ее лице было достаточно, чтобы мой отец и Мэв выглядели так, будто у них хорошее настроение.

"Прости, Дэмиен, - обратилась Доун к моему отцу, вставая между ними двумя и отпуская обмякшую Таню. "Мне еще понадобится моя фригидная старшая сестра, если я буду править".

"Кто сказал, что так будет?" потребовала Мэв, повернувшись лицом к сестре. Доун даже не взглянула на Леди Зимы. Невидимые потоки воздуха подхватили Мэв и швырнули ее на землю с легкостью гигантского малыша, бросающего игрушку.

"Я говорю", - твердо ответила она.

Мне едва удалось удержать челюсть от удара о помост рядом с ней. То немногое, что я видел о Пути Ветра, не показало мне той силы, которой он мог обладать. Мне стало интересно, кем был ее отец, раз он дал ей доступ к такой власти.

"Она отняла у меня все, - прорычал отец, делая шаг к Леди Лето. "Я не потерплю отказа в том, что мне причитается".

Я подавил желание указать на то, что я все еще жив, так что технически это было не "все". Не думаю, что он оценит это - или согласится.

"Я и забыла, что ты всегда был таким напористым", - сказала Леди Лета, дрожа от притворного страха перед требованиями моего отца. "Я точно определю, что тебе причитается". Отголоски авторитета ее матери звенели в ее голосе, как колокольчик.

"Я не отвечаю перед тобой". Пламя моего отца разгоралось от его разочарования. Он сделал агрессивный шаг к Доун.

"О, но ты будешь". Растрепанные волосы наследницы престола начали предупреждающе плясать, когда вокруг нее поднялся свирепый ветер, словно она была центром своего собственного циклона. "Я не моя мать", - тихо сказала Доун. Огонь и Воздух смотрели друг на друга, казалось, целый час.

Как раз в тот момент, когда я был уверен, что мой отец собирается укрепить свою решимость и напасть, будущая королева заговорила снова. "Я не знала, Дэмиен. Я бы остановила ее, если бы знала. Я клянусь тебе в этом на мраморе и золоте Трона Одуванчиков".

Ее клятва немного остудила пыл моего отца. Еще через мгновение он опустил руки и кивнул один раз. Ветер, свистевший вокруг нас, тут же утих.

"Добро пожаловать домой, лорд Дэмиен". Доун вежливо склонила голову, напомнив мне о том, как когда-то приветствовала меня ее мать.

"Мне потребуются определенные гарантии", - сказал мой отец, складывая перед собой горящие руки.

"И ты их получишь", - сказала Доун. "Мне понадобится сильная правая рука, которая поможет мне восстановить это место".

Мэв издала дикое рычание с того места, где она была скомкана, как забытый лист бумаги.

"Молчи, моя жалкая сестра". Доун, не глядя на нее, отвесила Мэв крепкий пинок. "Тебе повезло, что я все-таки не скормила тебя Охотнику".

Будущая королева обратила свой взгляд золотистых глаз на резню, все еще происходящую на вечеринке по случаю моего дня рождения. "Я думаю, что уже достаточно". Она еще раз пнула свою лежащую на полу сестру. "Дай мне лед", - скомандовала она.

Слабо застонав, Мэв подняла руку, которая все еще была обернута остатками ее ледяной перчатки, в воздух. Со звуком разбивающегося хрустального бокала перчатка разлетелась на сотню кусочков замерзшей шрапнели и выстрелила в воздух.

Доун подняла обе руки, на ее лице застыл напряженный взгляд, словно мрачная стена приближающегося холодного фронта. Ветер с ревом пронесся вокруг нас, подхватывая злые острые куски льда и посылая их на поляну, словно шершней с северного полюса. Я в ужасе обернулся, ожидая увидеть, как десятки людей падают, словно пшеница под косой, но каждый осколок обходил невинных посетителей вечеринки, наведываясь к фейри в черных масках и разрезая их на ленточки.

По всей поляне демонические фейри в масках падали как мухи. Холодный ветер с острым льдом налетал с быстротой мысли и не знал пощады. Приговор Владычицы Лета был окончательным и страшным. Ее казнь предателей была более жестокой и абсолютной, чем когда-либо могла быть у Ориона.

Смертоносные ракеты срезали с поляны сорняки всех до единого убийц в черных масках - за исключением одного. В центре поляны Орион сражался с худощавым фейри с двумя клинками. Их мечи сверкали, когда они кружили друг вокруг друга. Смокинг Ориона был разорван в клочья. Я наблюдал, как тощий фейри пронесся вперед, двигаясь быстрее, чем можно уследить. Орион заблокировал клинок и повернулся, но был слишком медлителен. Второй тонкий меч прочертил линию через его левое плечо, проделав еще одну дыру в костюме. Орион хрипел, но продолжал двигаться, его меч вспыхивал, когда он изо всех сил старался удержаться на ногах.

Два фехтовальщика смотрели друг на друга с таким напряжением, что я заподозрил, что ни один из них не понимал, что битва вокруг закончилась. Было очевидно, что Орион столкнулся лицом к лицу с мастером клинка; даже их шаги были за гранью совершенства.

Доун один раз обвела сражающихся своим злым ветром, прежде чем позволить льду упасть на землю, как граду, у которого закончился бензин. Удивленный, я посмотрел на нее. Почему она пощадила этого? Она заметила мой вопросительный взгляд и пожала плечами, все еще пристально наблюдая, как двое дерущихся кружат друг вокруг друга.

Ее миниатюрная буря, казалось, предупредила их о том, что за их поединком наблюдает посторонний мир.