Аудит одуванчиков - Эндрю Гивлер

меч в ножны, как только мы вошли в дверной проем, и осматривался вокруг с нескрываемым любопытством. Видя, как он расслабился - настолько, насколько он был на это способен, - я почувствовал себя немного лучше.

"Между чем?" - спросил Алекс.

"Между всем", - ответил Орион, глядя в потолок. Я поднял голову, наполовину ожидая увидеть очередной бесконечный коридор, но это был обычный потолок, белые изломанные плитки, выцветшие до неприятного желтого цвета.

"Здесь должна быть дверь, которая вернет нас обратно в мир смертных". Орион жестом указал на один из коридоров. "Нам нужно только найти ее".

"Ладно, банда, - сказал я, потирая руки, - давайте разделимся!"

"Нет!" Сила отказа четырех человек обрушилась на меня, как волна, и я отступил на шаг. Видимо, для шутки из фильма ужасов было слишком рано.

"Я имею в виду, давайте разделимся, чтобы прикрывать обе стороны коридора, когда мы пойдем в одном направлении", - проворчал я. Я взглянул на Эш, которая стояла рядом со мной, все еще глядя на дверь, из которой мы вышли и легонько ткнул в плечо, чтобы привлечь ее внимание. "Есть предпочтения, в каком направлении нам идти?"

Леди Осень окинула взглядом оба коридора и, пожав плечами, повернулась ко мне. "Налево", - сказала она.

И мы пошли налево.

Каждая дверь, мимо которой мы проходили, была похожа на фейскую, но отличалась степенью ветхости. На одной, особенно гнилой двери висели железные цепи, удерживающие ее на замке. Вывеска, которая висела на ней, гласила: "Шибальба - Поглощена. Вход воспрещен". Я видел на дверях таблички с названиями мест, о которых никогда не слышал, и знакомых, таких как Олимп и Асгард.

Чем дальше мы шли, тем больше запертых на цепи дверей встречали. Я подумал о том Ничто, которое Глориана показала мне пожирающим ее королевство. Возможно ли, что миры за этими дверями постигла та же участь?

Я обнаружил, что иду рядом со своим наставником, пока мы путешествовали по бесконечному коридору. Орион молчал, его взгляд был сосредоточен на устланном ковром горизонте. Я не возражал против молчания: оно давало мне время осмыслить то, что мы только что пережили.

То, что за последний год я научился немного плавать, еще не означало, что я был готов к глубоким водам. Я не прислушался к мудрости Ориона, и из-за этого мы все чуть не погибли. Стыд горячим пятном обжег мои щеки, когда я почувствовал, что краснею. Я был придурком.

"Ты был прав", - сказал я.

"Я знаю", - хмыкнул он. Я повернул голову, чтобы бросить на него взгляд, и увидел небольшую улыбку, высеченную на его каменной челюсти. Я воспринял это как знак того, что у нас все в порядке. У меня гораздо лучшие друзья, чем я заслуживаю.

"Мне жаль, что я втянул вас обоих в эту историю". Я вздохнул. "Я думал, что знаю, что делаю, но понятия не имел о своем отце". Я взглянул на Эш, которая плелась чуть позади меня. "А ты?" спросил я.

Эш покачала головой. "Нет, она держала меня в неведении и об этом. Я никогда не встречалась с Дэмиеном. Они с матерью поссорились еще до моего рождения".

"Она хотела, чтобы он стал отцом ее Осенней дочери", - сказал я ей. Возможно, члены королевской семьи больше привыкли к такого рода разговорам, но мне все равно казалось очень грубым говорить о рождении детей, как о планировании породы собак.

Эш просто кивнула. "Я так и предполагала. Она пошла бы за моим отцом, только если была в отчаянии".

Я не психотерапевт, но это невероятно запутанная вещь для ребенка - думать о своих родителях.

Эш протянула руку и схватила меня за запястье, заставляя остановиться. Я обернулся и увидел, что ее зеленые глаза горят от напряжения. "Прости, что я не рассказала тебе о своем отце. Я знаю, что это может заставить тебя больше никогда не доверять мне. Но ты не обязан быть своим отцом, а я не обязана быть своим. Кровь не всегда говорит сама за себя."

Я поймал себя на том, что улыбаюсь, пока она говорила. Глупым долбаным бабочкам нужно оставить меня в покое. Я кивнул один раз. Возможно, она была права.

"У меня кое-что есть!" позвал Алекс из дальнего конца коридора.

Мы собрались у двери, которая выглядела более здоровой, чем многие другие, мимо которых мы проходили, если о двери можно сказать, что у нее есть здоровье. Металлическая табличка гласила "Терра - Царство смертных - Действуйте осторожно". Я никогда не видел ничего более прекрасного. Я слишком долго обходился без телевизора и кондиционера.

Я протянул Ключ Портунуса и взялся за ручку. "Есть предположения, куда мы выскочим?" - спросил я группу. "Старая добрая Земля-матушка немного больше Голдхолла. У нас нет паспортов, так что если мы окажемся где-нибудь не в Америке, у нас будут большие проблемы".

"Ключ - это нечто большее, чем просто средство для открывания дверей", - сказал Робин. "Сосредоточь свой разум и скажи ему, чтобы он отвел тебя домой. В мире смертных есть много дверей, которые он может открыть. Скажи ему, какая тебе нужна".

"Лос-Анджелес!" крикнул я ключу, поднеся его к лицу, надеясь, что он понимает по-английски. Медленно я вставил ключ в замок и постарался представить себе Лос-Анджелес. Я думал о смоге, пробках и вечном солнце. Я думал об уличных тако и рамене.

С громоподобным щелчком ключ повернулся, и дверь открылась, заскрипев на ржавых петлях. Флуоресцентные лампы в коридоре замерцали, их непрекращающийся гул на секунду прервался, а затем с яростью возобновился. Где-то дальше по коридору, как мне показалось, скрипнула еще одна дверь, но, приглядевшись, я не увидел ничего движущегося.

Дверь на старую землю открылась в темную комнату. Я смог разглядеть несколько отверстий в стене и потолке, через которые проникал слабый свет снаружи. Мне показалось, что над всем витает запах гари.

"Ну, это не совсем то, что я имел в виду", - сказал я.

Орион поднял руку, призывая к тишине, и шагнул в дверь, его ладонь замерла рядом с рукоятью меча. За ним медленно