Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута

расписные зомби бродили по полю, а люди, что характерно, не обращали на них внимания. Ну почти. Пара бойцов пыталась скормить умертвию траву, содранную тут же, а смутно знакомый – судя по ширине рожи, точно из гвардии – парень в красной косоворотке пристраивал ему на спину девицу. Девица была в офисном костюмчике и застыла… в ужасе, не иначе.

Надо тут зону организовать, что ли. Повышенной опасности. Или камень поставить на дороге? Мол, прямо поедешь – женатым будешь. Глядишь, воспримет народ предупреждение. Ну а кто не воспримет, сам виноват.

– Если это и вправду так, надо использовать… – сказал кто-то.

Обернувшись, Александр увидел чумазого паренька в мятом пиджаке то ли розового, то ли еще какого-то прежде яркого жизнерадостного оттенка.

– Иннокентий, – сказал парень и руку протянул. – Совладелец пиар-агентства. Мы ярмарку организовывали… с креативным подходом.

– Хорошо получилось, – одобрил Александр, – масштабно. Весело и с размахом. Вы, главное, только заговоры не организовывайте. С креативным подходом.

– Д-да… Я о другом хотел спросить. Планируете ли вы продолжать проект? И в целом, что хотите устроить здесь?

– Здесь?

– На поле, – уточнил Иннокентий, – оно большое…

– Б-гоюсь, – соплей стало меньше, но носом Калегорм все одно шмыгал, – эта земля еще многие годы будет х-ганить память о тьме. Здесь нельзя ничего вы-гащивать и ст-гоить. Люди менее восприимчивы, но и они, если поселятся здесь, будут ощущать подспудный ст-гах, желание уйти, оставить это место.

– Страх – это даже хорошо… Но сама сила, она же не опасна? – уточнил Иннокентий. – Скажем, если не находиться здесь постоянно?

– Даже если постоянно, не опасна. – Калегорм вытащил платок, который, правда, напоминал больше тряпку. – Скорее неприятно. Некомфортно. Ваша вода творит чудеса. Благодарю.

– То есть непосредственной угрозы для жизни нет, но будет страх… Это хорошо!

– Хорошо?

– Мы подумали… Идея, конечно, сырая, но… – Иннокентий оробел, но все же выдал: – Почему бы не построить парк развлечений?

– Развлечений? – Александр еще раз огляделся, решив, что он что-то не так понял.

Но нет. Серое поле, на котором водяницы затеяли хоровод. Зомби-коровы. Гвардейцы. Кучи костей. Дракон.

– Именно! Уникальный парк страха и ужаса! Прикоснись ко тьме! Загляни в душу! В последний год наметилась устойчивая тенденция роста общественного интереса ко всему страшному, а здесь – самое место! Вы только представьте! Пещеры с настоящими зомби! Катание на умертвиях! И дракон! А еще гнетущая атмосфера ужаса. И леденцы отлить можно в виде драконов. А ярмарку сделать ежегодной…

Он это серьезно?

Нет, в самом деле?

– После сегодняшнего эфира интерес общественности будет обеспечен! И если подсуетиться, то…

– Я в деле. – Ведагор Волотов одобрительно хмыкнул. – Можно сделать большой исторический комплекс… скажем, возможность примерить доспех или сразиться с настоящим умертвием. Посмотреть на работу некроманта.

Что там Калегорм говорил? Может, это чудесное окрестное поле, если человек женат, влияет не на душу, а сразу на мозги?

– Волотов…

– Именно! – подхватил Иннокентий. – И назовем это Некроленд… у них там Диснейленд, а у нас будет самый большой в мире парк некротических развлечений.

Звучало настолько дико, что Александр не нашелся с ответом.

– Тогда уж «Мертвая земля», или как-то так, – возразил Волотов, – а то не звучит на западный манер.

– Название придумаем. И дополнительно мерчи сегодняшней ярмарки выпустим. Василиса уже договорилась о съемках. И серийные игрушки можно сделать… Но тут надо посчитать. Главное, патент оформить на образ. И права на использование драконьего образа давать на основе лицензии. Еще можно монеты в виде чешуи… С настоящею, конечно, если вдруг у вас найдется лишняя.

Александр вдруг представил, как его разбирают на сувениры и похолодел. От фанатов ведь огнем не отдышишься.

– Ален, ты меня им не отдашь ведь? На чешую… и вообще…

– Главное, для начала нужно разрешение…

Будет им разрешение.

Возможно, Александр и сам поучаствует, когда все это творчество в голове уляжется.

Глава 50

Последняя

«Корова – это большое животное с четырьмя ногами по углам».

Из доклада министру сельского хозяйства

– Да ладно тебе, – Найденов приобнял Яшку за шею, – ну чего переживать-то? Вы ж братаны…

– Му-у-у… – жалобно промычал Яшка и отвернулся.

– Сражались вместе… морда к морде, плечо к плечу.

– Ух! – Менельтор качнул головой и, вытянув морду, легонько ткнул брата в бок, отчего тот нервно дернул хвостом.

– Что тут у вас? – поинтересовался Иван.

– Да вот, Яшка переживает. – Найденов вздохнул. – Я так-то расческу искал… – Золотые волосы его, рассыпавшиеся по плечам, гляделись красиво, но Иван по своему опыту знал, что эту копну потом не вычешешь. – Смотрю, стоят. Яшка весь в печали, а этот его утешает.

– И чего печалимся?

– Ф-фух, – выдохнули оба быка и, потянувшись к Ивану, добавили: – Ф-фыр.

– Ни фига не понял. – Найденов голову поскреб.

– Стоять! – Строгий оклик заставил его замереть. – Тебя мы еще не фотографировали!

– Ой, какие бычки… – Лысая девица погладила Менельтора по морде, и Яшка окончательно поник.

А Иван теперь ясно и четко понимал, в чем причина такой печали.

Яшка окончательно осознал себя и собственное несовершенство.

И что шерсть у него клочьями, местами бита и содрана, а на старых шрамах вообще не растет. И что рог обломан, и в целом: Менельтор выглядит величественно, а Яшка чувствует себя дурак дураком.

– Ты тоже хороший, – поспешила сказать лысая, ввергая Яшку в тоску. – Что это с ним?

– Так… с Тошкой себя сравнил. А тот вон какой, – сказал Найденов раньше, чем Иван рот открыл.

– А ты откуда знаешь?

– Ну… – Найденов запустил пятерню в копну золотых волос, – понимаю. Как – хрен его знает. Но вот же ж… просто понимаю. У него рог сломанный. И шерсть свалялась. А там какая-то корова…

– Где? – Все разом обернулись в сторону, куда указывал Найденов.

И тягостный вздох Яшки подтвердил, что в той стороне была корова, но не какая-то посторонняя, из тех, которых множество, а вполне конкретная, чей светлый образ запал в самое Яшкино сердце.

– Вот было бы тебе еще из-за бабы печалиться! – воскликнул Найденов. – Подумаешь, их вон множество…

Корову Иван увидел.

Вообще вся живность, привезенная на выставку, никуда не делась. Блеяли в загонах овцы, из треснувшей клети выбрались свиньи и теперь, выстроившись клином, старательно взрывали жирную землю. Коровы тоже имелись. Пара всего, но одна особенно выделялась, белоснежная, какая-то прямо сверкающая.

– Небось крашеная, – сказала лысая. – Не люблю блондинок…

– Это точно, – согласилась Юлиана, – обычно те еще стервы… Это не про тебя, если что…

– В смысле? – Таська притащила с собой Бера. – Что не про меня?

– Что ты не корова, – пояснил Найденов, чем заработал сразу несколько мрачных взглядов. И поспешил исправиться: –