Остров тысячи маяков - Вальтер Моэрс

ужаски разлетелась в огромном облаке белой пыли. После этого мощного подрыва верхушка и оставшаяся часть башни с ещё большей тягой вонзились в брюхо чудовища. А затем, когда от снаряда уже ничего не было видно, произошла третья детонация, от которой исполинское облако изнутри вспыхнуло ослепительным светом.

Все на борту разразились восторженными криками, взревели аплодисменты. Казалось, внутри облака взошло солнце.

— Смотрите же! — восторженно крикнул Боханн, указывая вверх. — Чудовище ранено!

Он был прав! В брюхе облака, там, куда проникла башня-ракета, зияла огромная дыра, открывавшая вид внутрь чудовища. Удивительно, но отверстие не затягивалось, а, казалось, расползалось всё шире.

— Она не может закрыть рану, — изумился доктор. — Быть может, у неё больше нет сил исцелить саму себя.

Из дыры валил густой бурый дым.

— Ужаска подожгла облако! — крикнул Тефринт. — Я и не думал, что оно может гореть.

Быть может, подумал я, загорелись существа в зале всей жизни. А возможно, это был взрыв газа глубоко в кишках облака. Но теперь всё это не имело значения. Главное было то, что ужаске удалось тяжело ранить нечто внутри облака.

На краях зияющей раны теперь появились бесчисленные разноцветные пляшущие огоньки, оседавшие там. Сперва это походило на разлетающиеся искры, но затем световые явления напомнили мне то, что поднималось из башни Флорестана. Неужели это были рои светлячков?

— Бактерии Флорестана достигли цели. Они распределяют свой разъедающий секрет. И он действует, — с явным удовлетворением поставил диагноз доктор. — По-моему, это самая настоящая гангрена.

Что бы ни вытворяли там блуждающие огоньки, облаку это, по-видимому, совершенно не нравилось. Оно выгибалось и раздувалось вокруг дыры, словно в жестоких судорогах, и его непрестанный гром звучал уже не яростно и угрожающе, а жалко и беспомощно.

И тут! С острова взметнулся ослепительно-белый, совершенно прямой луч света — словно молния, летящая не в ту сторону. Я уже видел этот луч, когда осматривал Хроностурм! По-видимому, и на сей раз он исходил оттуда. Он ударил прямо в колышущееся тело облака и там, где попадал, породил несметные массы кипящего пара, клубившегося во все стороны.

— Линейная молния! — крикнул Тефринт. — Смотритель Хроностурма долго с ней экспериментировал. Эйдернорнское электричество встречается с гениальностью смотрителя маяка! Она в десятки тысяч раз сильнее обычной молнии. Теперь облако отведает собственного лекарства!

Туча с грохотом и вспышками скорчилась под этой новой атакой, которая вгрызла в неё ещё одну глубокую рану. Целые участки её ватного тела с шипением испарялись. Но на сей раз она отреагировала мгновенно. Из её брюха вырвался облачный вихрь, несколько раз хлестнул туда-сюда, вытянулся и ринулся точно к тому месту Эйдернорна, откуда исходил световой луч. Линейная молния тут же погасла.

— Она уничтожила Хроностурм, — мрачно заметил Тефринт. — Но прежде он успел причинить достаточно вреда. Смотрите, туча проливает свою чёрную кровь! Возможно, он задел артерию.

И впрямь: там, куда проник световой луч, из тучи хлынула тёмная жидкость; по пути к острову она вскоре распылялась и выпадала мелким серым дождём.

— Почти все облакофизиологические предположения Нефелении оказались верны, — заметил Тефринт. — Туча — живое существо. Её проколешь — она кровоточит. Она подобна хищнику, которого можно ранить. Очень большому, чужеродному хищнику, но всё-таки не бессмертному демону.

Словно в ответ облачное чудовище вдруг пришло в поистине устрашающее движение. Пока оно опускалось всё ниже и ниже к Эйдернорну, из его раздутого, израненного брюха сперва выросли лишь несколько, а затем всё больше вихревых щупалец; они быстро разрастались в длину и ширину, жадно вытягиваясь к острову. Вскоре некоторые из них уже достигли земли и взметали в воздух чёрные лавовые глыбы и дюнный песок. Остальные быстро последовали за ними, между бесчисленными смерчами сверкало всё больше молний. Вскоре чудовище на своих штормовых ногах и само стало похоже на гигантского облак,опаука, на королеву всех королев, жестоко присосавшуюся к телу острова, чтобы уже никогда его не отпустить. Большая Туча опустилась на Эйдернорн! Остров тысячи маяков и туча тысячи смерчей — наконец они нашли друг друга.

— Это конец! — крикнул кто-то.

— О нет, — возразил доктор де Бонг. — Это только начало.

Ветер донёс до нас всё нарастающий гул бесчисленных смерчей, и по нему я мог судить, что они творят на острове. Одного-единственного торнадо наверняка хватило бы, чтобы стереть Эйдергард с лица земли, — но их уже были сотни. Я видел, как вдали в воздух взлетали амбары, крыши и целые дома. Зрелище было так невыносимо, что я уныло опустил подзорную трубу. Мне больше не хотелось смотреть, как туча всё-таки торжествует.

— Вам следует выдержать всё это до конца, — посоветовал мне Тефринт.

— Зачем? — недоумённо спросил я. — Что тут смотреть — как вихри разрывают остров на части?

— Потому что победа, возможно, всё же будет за нами. Хотя и горькая.

Я не знал, о чём он говорит, однако вновь поднёс подзорную трубу к глазу. Какую победу он имел в виду? Я видел лишь колоссальные вихри, перемалывавшие всё, что вставало у них на пути. Над ними я видел яростно вздымающуюся гигантскую тучу, жадно втягивавшую в себя обломки. Я видел только смерть и разрушение.

Но тут — могучий взрыв! Я инстинктивно направил подзорную трубу туда, откуда донёсся звук, и увидел, как на среднем участке южного побережья вздувается серая дымная туча, быстро разраставшаяся вширь.

— Началось, — в один голос крикнули Тефринт и Боханн.

— Что это было? — озадаченно спросил я. — Извержение вулкана?

— Ещё нет. Это лишь взрыв первого маяка, — ответил Тефринт. — Отныне всё пойдёт очень быстро. Удар за ударом.

— Таких взрывов будет много, — добавил Боханн. — Надеюсь, больше сотни.

— Больше сотни? Что это значит? — растерянно спросил я. — Что взорвут все маяки?

Тефринт и Боханн кивнули. — Именно так. Смотрители маяков теперь взрывают свои башни, — объявил доктор. — Одну за другой. Огненная цепь обежит весь остров. Последний фейерверк! Но дело не только в