Остров тысячи маяков - Вальтер Моэрс

Нельзя требовать такого от подобных вольных духов. Но они носят маленький, сразу заметный знак: на шее у них золотая должностная цепь с символами — морской звездой, розой ветров и падпараджа-ракушкой. Её торжественно возлагают на них при вступлении в должность. Эта цепь призвана облегчать им пользование привилегиями смотрителя маяка: бесплатной едой во всех заведениях, неограниченным получением химикатов в аптеках и алхимических лабораториях, свободным входом во все островные учреждения, музеи и библиотеки и так далее. Это вроде удостоверения, которое не нужно предъявлять. Потому что эту безвкусную золотую штуку невозможно не заметить».

Доктор вдруг хлопнул всеми четырьмя руками. «Господи, я выболтал уже слишком много островных тайн! Смотрите, никому не говорите, откуда знаете все эти секреты! Иначе меня утопят в море, в свинцовом гробу!» Он ухмыльнулся. «А теперь мне, к сожалению, придётся вежливо вас выпроводить. Иначе мои пациенты умрут».

«Я даже не знаю, как вас благодарить! — ответил я. — За всё». Я помахал справкой о курортном лечении, в которой он перечислил все предписанные мне процедуры. «Только одно мне ещё интересно: вы сами когда-нибудь бывали внутри маяка?»

Де Бонг снова покачал головой. «В жилом маяке? Нет. Никогда. Это удаётся лишь очень немногим. Эти эксцентрики впускают только тех, кто убирается у них или помогает им с опытами. Обычно это береговые гномы, к которым они питают некоторое доверие. Их считают необычайно преданными и молчаливыми, хотя с их Живыми Татуировками на лбу они смахивают на пляжных пиратов. Но простого смертного у маяков обычно заворачивают прямо от двери».

«А вы пробовали?»

«До сих пор — нет. И всё же я лично знаком с несколькими смотрителями маяков. То исследование интеллекта, к сожалению, проводилось по почте, посредством анкет, без прямого общения. Но врачу на маленьком острове со временем доводится узнать многих его жителей. Смотрители маяков тоже иногда болеют, и некоторые лечились у меня. Я никогда не бывал у них дома, они всегда приходили ко мне. Так что с тем или иным я познакомился немного ближе, если можно так сказать. И я могу подтвердить некоторые слухи о них, особенно касающиеся их эксцентричности и ума. Один позволял осматривать себя только с расстояния пяти метров. Другой — исключительно в абсолютной темноте. Один разбирался в медицине куда лучше, чем я когда-либо смог бы выучиться. А один говорил со мной только флажным языком, используя для этого два носовых платка». Де Бонг рассмеялся. «Разнообразию всегда радуешься, но будь у меня только такие пациенты, я бы сменил профессию. „Трудно“ — это ещё мягко сказано! В любом случае желаю вам успеха в попытке вскрыть этих особенно бронированных устриц! И вырвать у них профессиональные тайны! Вам понадобится нечто большее, чем удача, чтобы хотя бы один из них вообще открыл вам дверь».

«Тогда с чего вы взяли, что именно меня они могли бы впустить?» — спросил я.

«Потому что вы нечто совершенно особенное», — ответил доктор и посмотрел на меня так, что я не сумел истолковать этот взгляд.

«Что вы этим хотите сказать?»

Доктор де Бонг снова что-то нацарапал на бумажке и протянул её мне. «Тогда и узнаете! Просто не торопите события. Вот! Это адрес одного совершенно определённого маяка. Если будете проходить мимо, не упустите случая позвонить в дверь. А если кто-нибудь окажется дома — вас непременно ждёт сюрприз». Он загадочно улыбнулся.

Я сунул бумажку в карман. «Понимаю, — сказал я. — Если бы вы рассказали мне, что это такое, сюрприза бы уже не было. Этот остров полон тайн. Большое спасибо! Я непременно попробую. Когда нужно, я умею быть очень настойчивым».

«Тогда на Эйдернорне вы по адресу!» Он снова ухмыльнулся. «Упрямство изобрели здесь, а смотрители маяков возвели его в ранг искусства. Но за своим культурным заданием не забывайте и о медицинских процедурах! Побольше движения на свежем воздухе — у нас это процедура номер один. Вам следует как можно чаще гулять и при этом…» Он запнулся. На миг задумался. А затем снова принялся что-то царапать на бумажке.

«Знаете что? — сказал он. — Сегодня ваш счастливый день! Вдобавок к лечению я пропишу вам начальный курс кракенфика — движение на свежем воздухе в него уже включено. Это совершенно официально, если выдать справку с диагнозом острого недостатка движения».

Я намеренно пропустил мимо ушей его очевидный выпад против моего лёгкого избыточного веса. Он поставил на бланке печать и вручил его мне вместе с визитной карточкой. «Мой брат, по какому-то курьёзному совпадению, держит превосходную школу кракенфика. Быть может, лучшую на всём Эйдернорне. Предъявите там эту справку — и сможете провести счёт через медицинскую страховку. А ещё вычесть из налогов десять процентов стоимости клёпера, если купите его в лицензированной клёперной мастерской. Мой другой брат, — он протянул мне новую визитную карточку, — по ещё одному курьёзному совпадению считается одним из самых талантливых резчиков клёперов во всём Эйдернорне. Его мастерская на портовой набережной. Не заметить невозможно. Просто совет. Разумеется, можете обратиться и к любому другому резчику клёперов». Он лукаво улыбнулся.

Вот как тут всё устроено, дорогой Хахмед! Одна кракенфикерская рука моет другую. Я едва прибыл, а уже стал частью организованной преступности, отдела кумовства. Благодаря моей известности. Мне было немного совестно уже в первый день на острове извлекать выгоду из его общественных связей. Но что мне оставалось делать? Отказаться? Партия-другая в кракенфик с Крааком и клёпером мне не повредит и наверняка поможет немного убить кракенфиком уйму времени между процедурами. А если это ещё и бесплатно, и полезно для здоровья, то…

«Приходите ко мне каждые три дня! — строго приказал де Бонг. — Я буду внимательно следить за вашими медицинскими успехами. А потом мы сможем поговорить как специалисты. О поэзии. И о кракенфике».

Я заглянул ему глубоко в глаза. «Разве это не одно и то же? — спросил я. — Удачное стихотворение? Хорошая партия в кракенфик? В чём разница?»

Мы оба несколько деревянно рассмеялись, затем я встал и убрал бумаги и визитные карточки. А всё прошло не так уж плохо! Мы встретились врагами, а расстались друзьями. Он проводил меня до двери, и мы попрощались рукопожатием. Затем я пропитал носовой платок дезинфицирующим средством из дозатора, висевшего