Пять Пророчеств - Эйрик Годвирдсон

– Потому что в тебе что-то определенно есть, я же говорил. Я не удивлюсь, что рогатого демона видел только ты – и некоторые маги. А остальным предстал все тот же Завоеватель в панцире и короне. С неразличимым, ускользающим от прямого взгляда даже при открытом шлеме лицом.

– А вы откуда знаете?

Манридий засмеялся.

– Ну, наверное, знаю оттого, что умею слышать и слушать, когда рассказывают. А еще потому, что несколько дюжин лет борюсь с этой напастью! Не всегда же я заседаю на вершине башни, как облезлый старый орел в своем гнезде!

Мои уши вспыхнули мучительно-горячо. «Боги, что я, в самом деле, несу», – я досадливо тряхнул головой, скрывая смущение.

– А где сейчас… эта книга?

– Не в этом мире, и хвала богам, – отрезал Манридий, резко прекратив веселиться.

Я вздохнул с облегчением. Хотел было кое-что еще спросить, но раздумал.

– Нам с товарищами надо решить, как жить дальше, – произнес я вместо этого.

– Все, что я сказал ранее, в силе. Можете оставаться на правах гвардии Оплота. Можете выбрать любое место в Кортуанске и жить в нем, окруженные почетом – нам придется много трудиться, чтобы восстановить страну, нам будут всегда нужны свободные руки и смелые сердца, к тому же кортуанцы обычно помнят своих героев. Мы сейчас бедны, как никто в мире —но после, когда страна поднимется…

– Это все прекрасно, но домой бы, – вздохнул я.

– Домой?

– В Этен.

– Для тебя Этен никогда не был домом, Рудольф. Ты говоришь иначе, движешься иначе, ты отличаешься от своих товарищей – я думал, что твоя память будет заботить тебя больше всего, но сейчас откровенно не понимаю, о чем мы говорим, – маг дал волю до того тщательно маскируемому недоумению.

– Я тоже не очень понимаю. Самого себя тоже, – признался я. – Я хочу вспомнить. Но что-то мне мешает. И я тогда выбираю настоящее вместо прошлого. А потом все равно спотыкаюсь об это прошлое. Как об невидимое бревно на тропинке. А еще у меня есть друзья и обязательства перед ними.

– А я бы настоял, чтобы ты остался здесь, Рудольф, и разобрался со своими… бревнами на тропинке. Так и будешь спотыкаться, пока не решишь, куда это бревно деть!

– Может быть, – я пожал плечами. Но не теперь. Так что там? Может ли мне повредить внимание изгнанного уже демона?

Манридий встал, обошел стол, водрузил широкую ладонь мне на голову. Какое-то время молчал.

Я чувствовал, как от мага тянет сильным ветром, как из открытого окна высокой башни, а ладонь его то нагревается, то становится ледяной.

– Нет, я не чувствую ничего особенного, – наконец изрек он. – И это мне скорее нравится.

– А что там с моей памятью? Меня можно расколдовать или нет?

– Ты не заколдован, Рудольф. Я подумаю, можно ли что-то сделать, но заклятий на тебе нет, по счастью.

– Может, лучше правда вернуться со всеми…

– Мы не врали, Рудольф. Перенести такое количество народу в Новый Мир мы просто не сможем.

– А куда сможете?

– В порт на северном побережье. Там война задела землю меньше всего, оттуда можно отплыть куда угодно – Торросс, Краймор, Эквандрия… да хоть Арват, Земля Драконов!

– Никогда о таком месте не слышал, – завороженно выдохнул я

– Ясное дело, – Маг улыбнулся. – Там не живут люди. Элфрэ и гномы, впрочем, тоже не живут. Только драконы. В основном дикари, не желающие знаться с другими разумными, замечу.

– Значит, этого Арвата или вовсе не существует, или мне там попросту нечего делать, – я чуть разочарованно развел руками. – Какой мне с него толк? Да и всем нашим тоже. И, по-моему, мне нужно обговорить с товарищами о том, что мы будем делать.

– Я уже говорил с Менгором, – заметил чародей.

– И?

– Он сказал, что они подумают, и хотел дождаться решения твоего вопроса.

– Его, вероятно, попросту не существует. Но я пойду тогда к этенцам. Надо что-то выбирать уже.

Разговор с товарищами, впрочем, долго не приходился к месту. Мы еще несколько дней болтались по Оплоту, ели, пили, отсыпались, привыкали к мысли, что дальше сами хозяева своей судьбы. Оттягивай, впрочем, или нет, а общий совет этенской стражи наконец состоялся – пока все сидели в трапезной после ужина.

Я пересказал слова мага. Поделился частью своих сомнений. Слушал других. Говорил больше всего Менгор – его слушали вообще все.

– У нас есть выбор, но он не так уж велик. Можно отыскать Эллераль – в конце концов, это наши родичи. Давние, дальние, но все же.

– Те, кто не пожелал строить с нами Новый Этен! – хохотнул Ронан.

– Это было давно, – Менгор пожал плечами. – Да и было бы в чем обвинять – земли-то, говорят, там, на юго-западной оконечности Краймора, были неплохи. Второй вариант – о нем как-то вскользь говорил Руд. Мы можем стать вольной дружиной.

– Наемничать?

– Ну да. Краймор и Кортуанск к нашим услугам, люд не так богат, зато воины нужны всегда. Чужаками без угла точно не останемся. Можно остаться здесь, но, – Менгор переждал поднявшийся гомон – этот вариант всем нравится меньше всего, я помню.

– А я домой хочу, – тихо сказал кто-то.

– Все хотят. Может, мы когда-нибудь и найдем моряка, что знает, как преодолеть Завесу. Рассказывают, такие бывают! Но до этой поры пройдет не одна луна, это тоже факт.

– Менгор, а может, в Торросс подадимся? Там все, что ты назвал до этого, есть! – вмешался Тезвин. – Торроссцы тоже элфрэ, и они почти все искусные мореходы, и к тому же и там не лишними будут вольные воины, готовые помогать оборонять землю от чужаков. Если и искать где-то ловкача, что минует границу между ликами мира, так уж в бывшей Аквитопии или Эквандрии.

– И то верно!

– Точно

– А это мысль!

– Мне тоже нравится, – подытожил Менгор. – Рудольф, что скажешь?

– Манридий просил меня остаться. И… я не знаю, что ответить.

– О, Манридий! Манридий, Руд, старый хитрец, – пробурчал Тезвин. – Смотрел на нас, когда мы сказали, что предпочтем покинуть эти стены, словно мы его освободили от выполнения тяжкой повинности.

– Не преувеличивай, Тез. Нормально он смотрел. Ему просто не хочется быть вечным должником. И это понятное желание. А еще он меня просил попытаться уговорить Рудольфа остаться. Зачем? Да я так понял, хотел его в ученики к себе, что ли. Рудольф же и правда Айтиром отмеченный9.

– Угу. И Аймирой заодно. Вздорной и коварной – и чему вы так радуетесь все, непонятно, – буркнул я, глядя на улыбки приятелей.

– Ты же хотел вернуть себе память, – заметил Мен. – Это шанс.

– А если там нечто, о чем я пожалею, вспомнив? Может это только хорошо, что я забыл?

– Может, – фыркнул Менгор. – Только я думаю, хватит бегать от своего прошлого и судьбы. Ясно, что Аймира выкинула тебя на берег не по своей прихоти, и жизнь сохранила тоже не по прихоти, и возможно, что она дала тебе шанс не начинать жизнь сначала, а исправить ошибки прошлого.

– Раньше ты так не говорил, – меня было трудно удивить, но Менгору в этот раз удалось

– Ну, если хочешь, я могу приказать тебе остаться тут и помогать магу воскрешать твою память, если тебе так трудно самому принять решение, – Мен смотрел на меня с пониманием, но непреклонно-твердо. – Раньше я не говорил ничего такого, потому что решения никакого не существовало. А сейчас… если я тебе друг, я должен не дать тебе сбежать от самого себя. И я не дам.

– Нет-нет, я все понял, приказа не требуется, – поспешил согласиться я. – И… спасибо, капитан.

Менгор лишь покачал головой. Похожий на меня с лица, как старший брат, он сейчас в самом деле был мне как родственник, наставляющий на нужный путь молодого растяпу.

Растяпой мне быть не нравилось, но заботу друга я очень ценил.

– Раз так, то остаются только сборы. Я поговорю с Манридием. Как он там все организует, мы отбудем. Торросс, да. Если что, Рудольф, ты