Из рода Хранителей магии - Гэбриэл М. Нокс

Оборонительный пост представлял собой череду концентрических колец, сужающихся к центру. Внешняя стена, хорошо укреплённая, включала в себя около трёх сотен сторожевых башен. В центре размещались площадки для тренировок и казармы.

Маркус Рат прибыл в Дахар этим утром для проверки состояния армии и своего народа, уже успевшего почувствовать весь гнев кочующих некромантов. Старик никогда не верил советникам и дворцовым прихлебаям, в отчётах которых Империя Нарадвелл постоянно побеждала и находилась в лучшей форме по сравнению с другими годами. Он держал их лишь для того, чтобы соблюсти традиции и не гневить семьи знати. Ещё смолоду император привык быть в гуще событий, привык носить меч на поясе, привык к кольчуге под мужским платьем. Во дворце же был у него лишь один доверенный, он-то сейчас и сдерживал толпу обезумевших политиков.

Маркус отказался от освежающей ванны, завтрака и массажа поражённых подагрой пальцев ног. Прихрамывая, он спешил к опорным точкам, чтобы разузнать обстановку из уст участников событий. За ним тянулись два писаря: один помоложе, второй такой же дряхлый, как и сам Маркус. Советник и личный защитник шли неподалёку, но не приближались: императора раздражало, когда кто-то дышал ему в бок или в спину.

– Живей-живей, ребятки, – подгонял он писарей, – нам ещё двадцать опорных пунктов обойти. Да и к беженцам я заскочить хотел.

– Сир, зачем вам эти хлопоты? – задыхаясь, процедил старый писарь. – Давайте возьмём коляску.

– Ты видел, насколько улицы запружены? Какая коляска? Мы впятером едва протискиваемся в некоторых местах. Не переживай, воспользуемся лифтами и подвесными платформами. Ты сказал, маги на той стороне?

– Да, сир.

– Хорошо. Сначала к беженцам, они по пути, потом к магам. А пока запиши, что воды не хватает на третьем кольце, не хватает масла и дров на шестом. У оружейников беда с материалами. Магам нужны травы, зелья и драгоценные камни для амулетов. А то как мы собрались от некромантов отбиваться? Тут пока меч занесёшь, тебя скрючит три раза!

– Сир, барон Центиус присылал письмо, где утверждал, что на добычу драгоценных камней у него не хватает денег, – заметил младший писарь.

– Центиус? Тот жирный прохвост, у которого совсем недавно отыскался замок на Юге?

– Да, сир, – едва сдерживая улыбку, отозвался мальчишка.

– Напиши ему, что, если ещё раз услышу о недостатке средств, продам его в рабство эхлокам. Там жирдяи ценятся, из них получаются славные свечи. А вырученных денег хватит на армию.

– Сир, так и написать? Знать не одобрит.

– Знати останется недолго жить, если барон не изыщет средств.

Мальчишка кивнул и сделал короткую запись в кожаный блокнот.

– Ах, Акова подагра. Если бы не она, уже бы пришли куда надо.

Скромная делегация императора пересекла запылённую улицу второго кольца. То тут, то там кричали солдаты, гуськом передвигались группы новобранцев, активно жестикулировали распределители провизии. Телеги и повозки стояли в жуткой пробке. Где-то рыдали женщины и дети, в загонах хрюкали и хрипели орпу. Маркуса не узнавали: он больше походил на боевого мага, чем на императора. Простолюдины лишь расступались в почтении перед аристократом, не более того.

Прикрывая лицо от яркого солнечного луча, император шагнул к массивной двери одной из башен, через которую с помощью подвесной платформы можно было быстрее добраться к баракам беженцев.

– Смотрю, в распределении рук не хватает? – заметил Маркус, когда вся пятёрка уже поднималась на лифте к донжону.

– Так точно, сир. Не хватает.

– Предложите в лагере беженцев работу за дополнительный паёк. Желательно, чтобы считать умели.

– Понял. – Молодой писарь снова сделал заметку.

– А что там с животными?

– Вы об орпу? – спросил старик.

– Да-да, о них.

– Осты передали почти весь выводок в наше распоряжение. Им всё равно не удалось бы их сохранить на родине, там кочевники сейчас.

– То есть у нас есть обученные орпу в паре с реллийскими штурмовиками?

Старик замялся.

– Животных обучают, но довольно успешно.

– Я понял, – хмуро ответил Маркус, бросив укоризненный взгляд на советника, стоящего позади.

Бараки беженцев, наскоро сколоченные местными, занимали широкую площадь второго кольца, где раньше проводились строевые марши.

– Мы не планировали такой наплыв… – начал было оправдываться советник, но Маркус прервал его, небрежно махнув рукой:

– Тут яблоку негде упасть. Где купальни? Где столовые? Как живут эти люди? Вы должны были направить их вглубь страны, а не сажать здесь друг другу на голову.

– Повозок не хватает, сир.

– Так соберите бригаду плотников. Женщин, детей, стариков и калек нужно отсюда увезти до решающего сражения. Тут я не только о населении пекусь. Чем дольше беженцы будут здесь находиться, тем больше выжрут провизии, полагающейся военным. Им нужно дать возможность работать на земле и в городах, чтобы кормиться самостоятельно.

Советник сокрушённо опустил голову.

– Да не переживайте вы так, господин Гидус, я вас не разжалую. Пожурил немного, да и ладно. Но то, что я сказал, – срочно выполнить.

– Как прикажете, сир. – Советник кивнул молодому писарю.

Пока они переходили по стене к следующей платформе, Маркус окинул взглядом временное поселение. Бараки, разделённые высоким деревянным забором, тянулись от прачечной до стены следующего кольца. У забора дежурили люди крестьянской одежде, что показалось императору странным.

– А это ещё что? – указал он пальцем на «охранников».

– Так это же осты и приморцы, сир. Они враждуют уже более тридцати лет. Вот и здесь решили отделиться, чтобы не мозолить друг другу глаза.

Маркус недовольно крякнул.

– С ума сошли, что ли? Такая жуткая война, а они думают про старые обиды.

– Тридцать лет, сир.

– Почему мы не отправляли миротворцев? – Теперь вопрос снова был адресован советнику.

– Отправляли, сир. Урегулировать ничего не получилось. Осты хотели урвать немного приморской земли, так как их земли давно перестали давать урожай. Приморцы же рьяно защищали каждый клочок.

– Когда узнаю, что за сволочь замяла эту проблему, прикажу повесить или на кол посадить, – зло сплюнул Маркус.

Советник промолчал, вероятно, прикидывая, чья же голова полетит.

– У меня в государстве народы враждуют, а я ни сном ни духом. Вот поэтому и нужно свой зад из кресла вытаскивать и мчаться в такую даль.

Платформа подъёмника, на которую они взошли, гудела и скрипела, пока два солдата, натужно кряхтя, вращали рукоятки лебёдок.

У выхода их ждал часовой в потасканном мундире. Под глазами у него пролегли огромные тёмные круги, да и весь вид выдавал крайнюю степень истощения.

– Ты чего, боец? Небось хлестал настойку аркопа всю ночь? – сверкнул глазами Маркус, проходя мимо.

– Если бы, уважаемый! С самой ночи не утихают разборки между беженцами. Осты и приморцы…

– Уважаемый? – влез советник. – Ты как с государем говоришь?

– Заткнись, – беззлобно бросил император. – Пусть мужик говорит. Я хочу побольше узнать о сути конфликта.

Часовой покраснел, потом побелел, собирая оставшиеся силы в кулак и вытягиваясь по стойке смирно.

– Прошу прощения, ваше императорское…

– Да хватит уже. Говори, что там они опять не поделили, кроме земли.

– Так это… землю и не поделили.

– Опять? – Глаза Маркуса округлились.