Звездный Саммит - Эндрю Гивлер

не было единого мнения. Я хотел, чтобы моим приоритетом была Охота. Орион был моим другом и наставником. Я был обязан ему тем, что нельзя отплатить золотом, только преданностью. Но без благословения Двора Одуванчиков мой шанс выполнить Невыполнимую Задачу стремился к нулю.

Обе стороны остановились в нескольких шагах, глядя друг на друга через черную дорожку асфальта. Как хозяин этого сборища, я шагнул в ничейную зону между ними, мое сердце уже билось быстрее обычного.

"Добро пожаловать, друзья мои", - возвестил я, прибегая к ритуалу переговоров. "Мы собрались вместе как гости, чтобы поговорить для нашей общей выгоды. Поклянитесь, что не будете использовать никакого оружия, кроме слов, не прольете ни капли крови друг друга и защитите это торжественное собрание от всех посторонних".

"Клянусь Троном Одуванчиков", - мгновенно ответила Доун, связывая не только себя, но и всех фейри вместе с ней.

Орион долгое время пристально смотрел на Доун спокойным взглядом черных глаз. У меня на лбу выступила капелька пота. Сейчас мне это было совсем не нужно. "Клянусь своими звездами на небе, - согласился он наконец.

После его клятвы разговор был официально разрешен. Некоторая напряженность исчезла, но еще многое оставалось неясным. У Охоты и фейри была долгая и кровавая история. Одна приятная встреча не могла все это развеять. Но она могла бы стать хорошим началом.

Доун подошла и встала рядом со мной. Орион неторопливо направился ей навстречу, каждое его движение было небрежным и расслабленным, как будто он не считал, что ему угрожает хоть малейшая опасность. Алекс следовал за ним по пятам, изо всех сил стараясь подражать этой позе, как младший брат, копирующий старшего. Я стоял прямо посередине, как поперечная кость, которую можно тянуть в двух разных направлениях, пока она не сломается.

"Драконьи Доны зашли слишком далеко", - без предисловий заявила Королева Всех Фейри. "Змеи забыли свое место, и пришло время научить их снова бояться". Казалось, что Деловая Доун - это маска, которую она надела сегодня. Никакой драмы, никаких игр, только прямо к делу. Я подумал, что это правильный выбор для работы с Охотником. Было заметно, что с ним она гораздо менее требовательна, чем со мной. Как всегда, существовало по крайней мере две Доун, а может, и больше.

"Что ты предлагаешь?"- спросил Орион. Я был потрясен, услышав в его голосе нетерпеливые нотки.

"Ты должен знать, что они планируют", - ответила Доун, надменно выгнув бровь. "Жалоба в Конгрегацию - лишь часть их игры. Даже если Поларис лишит тебя титулов, ты все равно останешься Орионом". В ее голосе звучала неистовая страсть, когда она, не мигая, смотрела ему в глаза.

"Неожиданная позиция для фейри", - заметил Алекс из-за правого плеча Ориона.

"Может, моя мать и была порой твоим врагом, - ухмыльнулась она, заметив слегка удивленное выражение лица Охотника, - но не думай, что она не научилась уважать тебя".

"Драко", - в ужасе выдохнул Орион, его голос был хриплым от едва сдерживаемого гнева. "Они хотят освободить Драко". Алекс заметно побледнел.

"Конечно, хотят! Змеи жаждут только власти, и ты забрал ее у них. Эта Конгрегация - возможность вернуть ее себе". Доун щелкнула пальцем для пущей убедительности.

"Простите, а кто такой Драко?"- вмешался я, переводя взгляд с одного лидера на другого в поисках ответа.

"Созвездие Дракона", - ответила Доун, не отрывая взгляда от глаз Ориона. "Он самый близкий к богу из всех драконов, повелитель, которому подчиняются все Доны. За свои преступления он был заключен в тюрьму и усыплен Конгрегацией".

"В чем заключались его преступления?"- спросил я, хотя что-то подсказывало мне, что я уже знаю ответ.

"Убийство Охоты", - подтвердила Доун, ее голос был необычайно нежным, а выражение лица - мягче, чем я когда-либо видел.

Лицо Ориона, напротив, казалось высеченным из камня. Единственным признаком его гнева был мрачный блеск, пляшущий в темных глазах. Казалось, холод пронизывал все вокруг, и даже Доун скрестила руки на груди, защищаясь от ледяной ярости, исходившей от него.

"Его приговору еще не более трех веков", - прорычал Орион, сжимая руку в кулак. "Поларис никогда бы не позволил..."

"Подумай секунду, Охотник!" Доун прервала его - довольно смелый ход для любого, даже для королевы. "Среди Конгрегации есть немало Созвездий, которые не желают возвращения Охоты. Знаешь, сколь многие праздновали твое падение за закрытыми дверями? Даже сейчас они пытаются помешать твоему возвращению. Думаешь, что твои враги не освободили бы Драко, чтобы остановить тебя? Ты недооцениваешь их страх перед тобой. Ты не первый, кого они бросили на произвол судьбы, когда в нем больше не было необходимости".

Орион был безмолвен, совершенно неподвижен, как будто каждая молекула, из которой состояло его тело, внезапно достигла абсолютного нуля. Это трюк бессмертных; я не знаю, как он работает. Моя любимая теория заключается в том, что, когда остальные части их тела отключаются, они могут направить дополнительную энергию в мозг, но у меня нет абсолютно никаких научных доказательств в поддержку этой теории. Это просто догадка Мэтта Карвера.

"Что ты предлагаешь?" - спросил он наконец.

"Союз против Драконьих Донов", - без колебаний ответила Доун. "Мы напомним звездам, почему следует опасаться Двора Одуванчиков и Охоты. Ни один из нас не заключит с ними мир без другого, и мы будем крушить им головы, пока они не уползут обратно в свои пещеры".

Мурашки поползли по моей спине, когда я услышал предложение Доун. Она определенно привела на эту встречу правильную версию себя, поскольку бегло говорила на языке Охотника. Орион терпеть не мог дым и зеркала, но месть и действие - часть его ДНК.

"Каковы условия?"- спросил Орион, наморщив лоб в раздумье.

"Ты поддерживаешь восстановление Двора Одуванчиков в Конгрегации и не мешаешь Мэтью выступать или действовать от нашего имени на собрании", - без колебаний ответила Доун. "В обмен на это Двор Одуванчиков будет стоять на стороне Охоты, когда вы встретитесь лицом к лицу с драконами".

Мне потребовалось почти все мое самообладание, чтобы не пискнуть от удивления. Не то чтобы у меня вообще был избыток самообладания. Я ожидал чего-то в духе первой части ее просьбы. Именно поэтому по дороге сюда проинформировал Ориона о том, что их возвращение принесет пользу и мне. Все, что нам нужно, - это чтобы он дал добро, и мы стали на шаг ближе.

Но я даже представить себе не мог, о чем мне придется говорить с Конгрегацией. Почему они захотят услышать меня? Я был оруженосцем