Книжный дракон - Вальтер Моэрс

«Он и это тебе рассказал? — спросил Стераф.

«Именно. Смятение, боль, ухудшенное зрение: всё это сплошные преимущества для нас. Он будет совершенно не в себе.»

По Ормову болоту прокатился грохот. Мы все в панике огляделись и тут поняли, что это дракон во сне издавал пищеварительные звуки.

«Надо поторопиться», — поторопил Эстра, осознавший всю срочность положения и вспомнивший о своей руководящей роли. «Идём, ребята!»

Шестеро «классиков» ещё раз переглянулись и решительно кивнули. Затем все вместе отвернулись от меня и зашлёпали прочь через болото. Я остался один в своей клетке из драконьих зубов и на миг подумал пожелать им «Удачи!» или что-нибудь в этом роде, но передумал. Вскоре я слышал только ровное сопение дракона да изредка какие-то звериные звуки из болота. Мне это мерещилось или звуки становились всё разнообразнее и громче? Неужели фауна Ормова болота снова пробуждалась к жизни? Трудно было сказать, сколько я проспал — несколько минут или несколько часов. Если верно последнее, то возрастала и опасность, что дракон проснётся сам собой. Во мне поднималась паника и запускала целую цепочку мыслей о катастрофах: достаточно ли гибок хвост книжного дракона, чтобы его можно было засунуть ему в собственную пасть? Достаточно ли сильны мои низкорослые друзья, чтобы поднять и передвинуть драконий хвост? И что, собственно, если дракон вот-вот проснётся? Что я тогда стану делать? Кричать? Наступать ему на язык? Или даже укусить его, чтобы он меня выплюнул?

Когда я был ещё меньше, мне однажды случайно попал в рот светлячок. Насекомое так неистовствовало у меня во рту, так жужжало, билось крыльями и царапало мне язык лапками, что я запаниковал ещё сильнее, чем сам крошечный зверёк. Поэтому я тотчас его выплюнул, и он, злобно жужжа и насмехаясь, улетел прочь. Долгое время я всякий раз плакал, стоило мне вспомнить эту историю: до того устрашил меня воинственный светящийся жук своей волей к жизни. Значит, в такой ситуации вполне можно сопротивляться, даже если ты меньше. Притворись светлячок мёртвым и лежи он смирно, я по своей детской наивности и любопытству, возможно, даже проглотил бы его. Но не проглотишь того, кто живёт, брыкается и яростно сопротивляется. И вот я решил как можно яснее показать свою волю к жизни, если дракон проснётся. А если для этого понадобится, то я укушу его и за язык, вот так!

Но он не просыпался. В сущности, за всё время ожидания, кроме моих фантазий о катастрофах, не произошло ровным счётом ничего. Мне оставалось только ждать и нервно мять пальцы, пока Эстра, Элиас, Арка, Айдеп, Стераф и Клосо наконец снова не показались из тумана — к моему неописуемому облегчению. Зрелище было нереальное: сквозь решётку желтовато обложенных драконьих зубов я видел шестерых книжнецов, которые, облепленные цветными светлячками, взвалили на плечи хвост гигантской ящерицы и несли его через Ормово болото, словно ствол дерева. Такое не каждый день увидишь. В их светящихся глазах пульсировал неприкрытый страх, и они ступали так осмотрительно и медленно, словно пробирались через поле, усеянное ловушками и капканами. Ни один из них не издал ни единого звука, что показалось мне чрезвычайно дисциплинированным и достойным восхищения. Подбадривать их в их отважном деле было бы неразумно, поэтому мне едва ли оставалось что-то другое, кроме как с крайним напряжением смотреть, пока они наконец не добрались с концом дракона к его голове.

Тут вдруг раздалось: «Бульк!» — и Клосо, находившийся посередине группы, исчез. Просто пропал, целиком погрузившись в чёрную жижу. Там, где он только что стоял, взвалив на плечи драконий хвост, теперь вздувался толстый пузырь воздуха, который наконец лопнул. Остальные замерли на месте и изумлённо переглянулись. Казалось, Клосо растворился в рое светлячков, как в фокусе. Я тоже застыл от ужаса. Несколько бешеных ударов сердца мы все оставались неподвижны и прислушивались, не подаст ли признака жизни наш товарищ, проглоченный болотом. В это мгновение я снова с особой отчётливостью различил неиссякаемые звуковые порождения Ормова болота: бульканье и шипение, бурление и чавканье, кваканье лягушек и стрекот насекомых. Но ни звука, ни знака от Клосо. Ничего.

А потом — со вторым громким «Бульк!» — Клосо так же внезапно снова вынырнул из грязи! Сначала показался его глаз, затем длинная шея. Наконец он весь поднялся из маслянистой болотной ямы, в которую провалился, с головы до ног покрытый зеленовато-бурой грязью и водорослями. «Бва-а-а…» — задыхаясь, выдохнул он. «Осторо…жно! Здесь… ха-а… ямы!»

Словно ничего важного не случилось, он снова занял своё место. Пятеро остальных книжнецов издали сдавленные вздохи облегчения, а я обмяк за своей решёткой из зубов. Дракон же не шевелился и продолжал в совершенно расслабленном ритме сна качать своё тёплое дыхание через глотку и пасть.

«Вперёд, ребята!» — шёпотом приказал Эстра. «Мы почти пришли.»

«Классики», тяжело дыша, дотащили ящерицын хвост к голове дракона и просунули его кончик в промежуток между гигантскими зубами. Я храбро схватил конец хвоста обеими руками и втянул его внутрь насколько мог. Кожный покров из книг-чешуй был тёплым и липким на ощупь. Затем я зажал хвост в щели между двумя зубами. Больше я ничего сделать не мог.

«Вот и всё», — прошептал я сквозь решётку зубов. «Теперь вам надо его разбудить!»

Эстра, Арка, Элиас, Айдеп, Стераф и Клосо стояли как громом поражённые. Настал миг истины. Но они просто не двигались, словно насекомые, оцепеневшие от паники. Наконец Эстра шёпотом скомандовал: «Пошли!» — и они механически снова пришли в движение.

Всё дальнейшее происходило вне поля моего зрения. Мне оставалось только, дрожа от страха, сидеть за гигантскими зубами, как зверь в клетке, и надеяться, чтобы всё шло по плану.

Вдруг дракон пошевелил языком. Впервые с тех пор, как я оказался пленником в его пасти, язык ощутимо приподнялся. До сих пор он лишь изредка дёргался или дрожал.

«Раа-а…» — прогрохотало изнутри ящерицы. Но это случилось в самый неподходящий момент! Это ведь ещё не могло быть реакцией на действия моих товарищей? Нет, он и вправду просыпался сам собой. Слишком рано!

«Гра-а-а…» — произнёс Натавиел. Его язык с чавканьем плескался туда-сюда в слизистой полости глотки, и мне пришлось ухватиться за зубы, чтобы меня не сбило с ног. Тёплый поток его дыхания на мгновение прервался — а затем дракон с хрипом втянул воздух. Сомнений не оставалось: это были