Остров тысячи маяков - Вальтер Моэрс

причинам он отказывается летать. Да, ты правильно прочёл, Хахмед: эта чокнутая птица отказывается делать то, о чём большинство живых существ могут лишь мечтать. Ведь пляжебег вполне способен летать и даже доказывает это — но лишь один-единственный раз в жизни. А именно когда покидает родительское гнездо на высоких утёсах северного побережья, где пляжебеги исключительно и гнездятся. Тогда молодой птенец описывает несколько широких кругов, кружа в воздухе, и наконец садится на пляж, чтобы больше никогда — даже в минуты величайшей опасности — не подняться в воздух. Можно ли это постичь? Какая ошибка биологической эволюции! Как рыба, которая не желает плавать.

Подобный отказ от работы, вероятно, не имеет равных во всём птичьем мире. Остаток жизни птица проводит на двух крепких ногах по пляжам (а теперь и по городам) Эйдернорна, где своей пьяной походкой повсюду лёпает, как говорят местные, питается падалью и мусором и своим назойливым визгом ужасно действует всем на нервы. Знаешь этих жалких душевнобольных, которые бесцельно бродят по любому большому городу, роются в отбросах и осыпают прохожих проклятиями? Вот таким представляется мне пляжебег в птичьем обличье. Когда он становится способным к размножению, он пешком поднимается к Северным утёсам, находит там партнёра, строит с ним гнездо в скальной стене, производит на свет ещё несколько пляжебегов, растит их, пока они не оперятся, и умирает, так ни разу больше и не полетев. Замонийский союз орнитологов уже семь раз избирал пляжебега «Комической птицей года», что является непревзойдённым рекордом в этой категории, дорогой мой Хахмед! Стало быть, перед нами подлинный чемпион орнитологического мира. Этим статусом чокнутый крикун, несомненно, обязан также своему умению — подобно попугаю, какаду или гомогомо — обманчиво точно подражать голосам других живых существ. Когда я шёл по Эйдернорну в САФЮАТ, за мной упорно ковылял пляжебег и снова и снова хриплым голосом алкоголика кричал: «Мелкорубленого не найдётся для слабовидящего моряка, старина?» — пока мне наконец не пришлось прогнать его пинком, потому что я больше не мог этого выносить.

Пляжебег

Эти безумные птицы бегают (лёпают) здесь светлыми стаями, визжат, дико машут крыльями, словно вот-вот взлетят. Их тут многие тысячи. Когда пляжебеги не лёпают стаями, они, сбившись в кучки, как сытые утки, покачиваются на теперь большей частью спокойной воде гавани или целыми флотилиями дрейфуют на лёгких волнах у побережья. Очевидно, они мореходны: тонущего я ещё не видел. Эти несимпатичные твари не пользуются особой любовью ни у курортников, ни у местных, ибо они всего лишь нарушители спокойствия, производящие бессмысленный шум, вредный для здоровья птичий помёт и новых пляжебегов и не вносящие, кроме того, никакого полезного вклада в экологическое равновесие. Даже их пожирание падали считается негигиеничным и антиобщественным, потому что они никогда не уничтожают труп полностью, а лишь привередливо выклёвывают самое лучшее, на их взгляд. Изуродованные части туши при этом только разбрасываются дальше и затем остаются лежать. Омерзительно! Даже их помёт никуда не годится, поскольку в нём отсутствуют связывающие химические вещества, благодаря которым эйдернорнский чайчий помёт так образцово пригоден в качестве строительного материала. Помёт же пляжебегов приходится с трудом собирать и сжигать, поскольку он несёт опасность заражения.

И всё же эти нептицы, поскольку обитают исключительно на Эйдернорне и относятся к исчезающим видам, находятся под строжайшей охраной наттифттофского ведомства. Наттифттофские чиновники с материка раз в год пересчитывают их; охота на них и поедание их яиц запрещены законом. Таким образом, визитной карточкой острова они стали вовсе не за какие-то заслуги, а по сути лишь благодаря бюрократическому произволу и вынужденному, скрежеща зубами, терпению. Наглость побеждает! Единственная польза, какую из них можно извлечь, — писать их маслом или акварелью, вышивать их силуэты на наволочках, стилизованно обжигать на чайных чашках или кафельных плитках, вывязывать как узор на свитерах и так далее. В таком размноженном виде их затем сбывают туристам. В переработанном состоянии пляжебеги даже приносят деньги, и немалые! Весьма доходно бывает также назвать в их честь гостиницу или ларёк с рыбными булочками. Во всяком случае, эйдернорнцы явно так считают, потому что здесь каждое второе заведение зовётся «Пляжебег-такой» или «Пляжебег-сякой». Во время этой утренней прогулки я миновал не меньше двух дюжин лавок или предприятий, носивших в названии пляжебега: винный дом «Пляжебег», театр «Пляжебег», кондитерская «Пляжебег», пекарня «Пляжебег», «У пьяного пляжебега» (матросская таверна), «Маленький пляжебег» (пляжная одежда для детей) — пляжебег повсюду. В кафе есть пляжебежные пироги, в портовых забегаловках — пляжебежное пиво, в сувенирных лавках — чучела пляжебегов. А в упомянутом театре «Пляжебег» уже десятилетиями ставят лишь две разные пьесы, одна из которых называется «Кто разбудит пляжебега». Есть «Пляжебежная газета», которая всюду лежит бесплатно, а на каждой табличке с названием улицы сидит вырезанный из плавника пляжебег.

Поначалу я даже находил это довольно забавным. Спустя некоторое время — ещё по меньшей мере занятным, но затем в какой-то момент — просто раздражающим. А под конец поклялся свернуть шею первому попавшемуся пляжебегу, если мне ещё хоть раз придётся услышать его издевательское карканье! Но этого ведь нельзя. И потому в конце концов торжествует эффект изнурения: покоряешься неизбежному, обычно заходя в ближайшую лавку, покупая пляжебежную шапку и пакет пляжебежного корма, чтобы кормить пляжебегов.

Из брошюры «Эйдернорн для начинающих» я узнал, что несколько лет назад загадочный птичий грипп уже был готов избавить остров от пляжебежного бедствия. Тогда жителям следовало бы порадоваться и позволить делу идти своим естественным путём. Но вместо этого они сделали всё, чтобы выходить больных птиц и изолировать здоровых животных на всё время эпидемии. С тех пор популяция пляжебегов умножилась. Трижды в год проводится так называемый «Пляжебежный буденфист» — ярмарка в гавани Эйдергарда, которую, естественно, особенно охотно посещают пляжебеги. Они тогда важно расхаживают между лотками, неприкосновенные благодаря своему охранному статусу, привередливо роются в пищевых отбросах, клюют маленьких детей и совершенно естественно живописно засирают всё вокруг.

Я знаю, дорогой Хахмед, ты предпочёл бы сейчас узнать, как устроена вегетативная нервная система пляжебега и не ответственна ли за его отказ летать какая-нибудь аномалия мозговой доли. Но у меня пока не было случая присутствовать при вскрытии пляжебега, и я от всей души надеюсь, что такого случая больше не представится.

Незадолго до того, как я достиг Лёгочного холма, над которым возвышался САФЮАТ, по улицам вдруг пронеслись сильные порывы ветра. Немногие эйдернорнцы, оказавшиеся в этот неурочный час на