На другом берегу - Любовь Абрамова

Махнув рукой Максу, Лика подошла к коту. Тот мяукнул, потянулся и вдруг поднялся на задние лапы, положив передние на Ликины джинсы выше колена, выпустил когти и стал запускать их в ткань, не обходя вниманием Ликину кожу.

– Ты чего творишь! – Лика попыталась отпихнуть кота, но он повторил свой маневр несколько раз. Рыжий был гигантским зверем и дотягивался чуть ли не до бедра. После его лап на джинсах оставались не только изрядные зацепки, но и черные следы, будто Рыжий недавно ошивался у гаражей и вляпался в мазут.

– Вот паршивец, – прокомментировал Макс. Лика была с ним согласна. Хотелось плакать от досады! Пришлось бежать в школу, чтоб переодеться.

Там Лика, конечно, попалась на глаза Профессору и Колесникову: они как раз вышли с группой школьников в сторону Мастерской, сегодня все желающие могли попробовать сделать свою черную керамику.

– Лика, как хорошо, что вы здесь. Мне необходима ваша помощь, – остановил Лику Колесников. Она не хотела снова его расстраивать, но пропустить встречу с Назаром тоже не могла: тогда он решил бы, что Лика испугалась.

На помощь неожиданно пришел Профессор:

– Пускай идет. Оставь ее.

Колесников недоуменно поднял бровь, но ничего не сказал, и Лика поспешила уйти, пока Колесников не передумал. В комнате никого не было. Лика порадовалась: Ксеня наверняка задержала бы разговорами. Лика схватила штаны от спортивного костюма и переоделась с нечеловеческой скоростью. Когда она спустилась вниз, Колесникова уже не было видно, а вот Рыжий негодяй сидел на крыльце. Увидев Лику, он тут же встал и требовательно мяукнул. Лика отступила на шаг. Так до ночи можно было бегать переодеваться, даже всего содержимого Ксениного чемодана не хватило бы. Но кот явно был настроен иначе: он развернулся и с немалой скоростью рванул прочь от школы. Лика побежала за ним, а что было еще делать?

В палисаднике ее уже ждал Назар.

– Ты пришла, Гликерия, – констатировал он.

– Ты думал, не приду? – спросила Лика, пытаясь отдышаться. За утро она набегалась до боли в мышцах.

– Сомневался, – Назар снова постучал по лавочке рядом с собой. Лика села.

Назар не торопил. Когда у Лики перестало колоть в боку, она принялась рассматривать Назара: все те же светлые джинсы с завышенной талией и выцветшая футболка с растянутым воротом, из которого виднелись ключицы. Лика заметила две симметричные родинки на шее Назара и подумала, что вряд ли хоть один из знакомых ей парней мог выглядеть настолько притягательно в таких затрапезных шмотках. Даже красавчик Стрешнев. Хотя в его случае все обаяние исчезало, стоило ему открыть рот.

– Не боишься?

– Я не боюсь. Я хочу знать!

– Так ты пришла из жажды знаний? – Назар лукаво улыбнулся и забавно округлил глаза.

Лика замялась. Происходившее будоражило воображение. И окончательно, бесповоротно меняло жизнь, размывало границы реальности. Открывало новые смыслы взамен старых – так горько разочаровавших. Это было важно. Но еще более важным казалось Ликино странное волнение, которое она испытывала при виде Назара.

– Скажи, почему моя подруга не видит сирень? Ей кажется, это просто безделушка.

– Для нее это и есть безделушка. Ее восприятие убого. Твое – нет.

Назар провел рукой вдоль Ликиных волос, запах сирени расплылся в горячем воздухе, поглотив собой горьковатый аромат, который неизменно сопровождал Назара.

– А Майя? – спросила Лика, с трудом вспоминая, о чем так хотела расспросить.

– Художница видит. Но она не готова. И ее запугивают другие.

– Кто? Бабушка? Антонина Николаевна?

Назар сжал губы. Презрительно вскинул голову, встал. Лика тоже поднялась на ноги, подошла к нему ближе. Тогда Назар сказал:

– Бабка пакостит. Не верь ей. Она служит Привратнику.

Лика вспомнила щучью голову, и ее замутило. Что это было? Жертвоприношение? Или знак отличия? Антонина Николаевна призывала то существо, которое жило в зеленом доме? Назар сделал шаг навстречу, теперь он стоял совсем рядом. Лика ощутила густую тяжесть в макушке.

– Не бойся, я не дам тебя в обиду, – проговорил он и коснулся сухими губами Ликиного лба.

– Кто такой Привратник? – мысли в голове путались, казалось, мозг вязко закипал, как густая овсяная каша, поставленная на медленный огонь.

– Мне трудно рассказывать о нем. И о себе. Но я могу показать тебе кое-что, и ты поймешь.

– Хорошо, – без колебаний согласилась Лика, – показывай.

– Мне нравится твоя решимость. Идем.

Назар протянул ладонь и выжидающе уставился на Лику. Лика дала ему руку. Назар поднял подбородок и посмотрел на Лику сверху вниз, вид у него был довольный.

У Лики гудело в ушах. Они прошли мимо гаражей, мимо Мастерской, мимо школы. На них никто не обращал внимания. Лика увидела Колесникова и Ксеню с Лебедь. Но будто сквозь прочное стекло. Или толщу воды. Назар крепко держал Лику и вел за собой.

– Ксень! – нерешительно пискнула Лика, но Ксеня не обратила внимания, хотя должна была услышать: они же были совсем рядом. Назар обернулся.

– Зачем она тебе? Она не услышит. Может, она вовсе никогда тебя не слышала?

Лике стало тоскливо, но она решила, что Назар был прав.

У пристани никого не было. Иваныч куда-то ушел, забыв свой стул, Лике показалось, будто запах табака все еще висел в воздухе. Вместо прогнившего пирса Лика увидела новый деревянный настил, покрытый лаком. Иваныч при всем желании не сумел бы склепать такой за пятнадцать минут. А может, ход времени снова исказился, как в прошлый раз, когда рядом был Назар? И уже прошло несколько дней, Колесников сбился с ног, разыскивая Лику, а Ксеня позвонила ее отцу?

На воде слегка покачивалась лодочка. Веревка была крепко обмотана вокруг одной из толстых опор причала. По озерной поверхности шла мелкая рябь, и у Лики сразу же закружилась голова. Лика сделала несколько шагов к лодке и оступилась на ровном месте. Но Назар был настороже: не дал упасть, подхватил под локоть, потом крепко взял Лику за талию и помог перебраться в лодку.

– Умеешь править? – спросил он.

– Нет, конечно. Я всю жизнь прожила в городе.

– Научить?

– Я думала, лодка поедет сама, – сказала Лика.

– Не сегодня, – загадочно усмехнулся Назар.

– Мне браться за весла?

Назар рассмеялся. Лика тоже невольно улыбнулась.

– Глупенькая. Тут мотор. Надо только немного отплыть от берега.

Лика смутилась: совсем уже забыла о достижениях цивилизации. Но это было и немудрено. Назар взял весло, оттолкнулся им от пирса. Назар спокойно стоял в лодке, не пошатываясь, уверенными гребками отводил лодку подальше от зарослей и коряг. Лика уселась около мотора и вцепилась руками в банку: голова все еще кружилась. Назар очень ловко управлялся