Невеста в бегах. Хозяйка Запретных пустошей - Мария Минц

Прекрасно понимаю его вопрос. Видок у меня, конечно, такой себе: волосы растрёпанные, кожа бледная, под глазами — глубокие тени.

— Скажи ему, — волнуется Тиб, — уверен, он точно сможет что-то подсказать!

— О чём речь? — хмурится Седрик. Нехотя выкладываю ему всю историю о ночных шорохах и заранее сжимаюсь, приготовившись к порции ехидства и насмешек.

По крайней мере, Эван всегда так реагировал, когда я делилась с ним своими страхами. “Тебе вечно что-то мерещится!” — был его привычный ответ.

Но Седрик меня удивил. На его лице не мелькнуло ни тени улыбки; напротив, он нахмурился и скрестил руки на груди, настороженно глядя на меня.

— Похоже, ситуация серьёзнее, чем я думал, — медленно проговорил он и вдруг ударил кулаком об ладонь, отчего я невольно подпрыгнула на месте, — ладно. Я немного переделаю изначальный план. Прежде всего наложу первичные охранные заклинания. Они не спаиваются с фундаментом, а накладываются поверх него, но где-то неделю спокойной жизни я тебе гарантирую. Кстати, это не может быть тот неприятный тип, от которого ты сбежала?

— Эван? — давлюсь нервным смехом, — Нет, конечно! Да и, судя по звукам, ему бы пришлось ползком пробираться вокруг Гленвуда. К чему такие сложности? Он на них точно не пойдет.

Седрик кивает головой в такт моей тираде, но по его лицу я вижу, что мысли у него витают далеко.

И вдруг он резко оборачивается в сторону двери. Лицо у него меняется: теперь на нём выражение неподдельной тревоги.

— Кажется, я знаю, что это такое… — выдыхает он.

Глава 32

— Что? — от его серьёзного вида сердце у меня падает.

— Змей-волокун, — поясняет Седрик, и мне становится ещё хуже. Тиб замирает, поднимает голову и утробно рычит.

— Змей-кто… — мне становится совсем нехорошо. Никогда не слышала про подобную тварь.

— Волокун, — повторяет Драгган, — сама по себе тварь небольшая, где-то размером с ногу. Но прожорливая. У него на хвосте есть специальный мешок, который он набивает всем, что посчитает съедобным. Он иногда выползает с Пустошей, чтобы найти то, что можно туда сложить. Когда мешок набивается, змей уползает обратно — переваривать.

С каждым новым словом в описании этого волокуна мне становится всё более не по себе. Если это он — а судя по звукам, это вполне может быть он — то что именно он считает съедобным? Ладно, всякий мусор, а если бы ему попалась я?!

— А этот самый волокун, — говорю я и замечаю, что мой голос дрожит, — он и людей тоже может… себе в мешок?

Драгган вздёргивает бровь.

— Люди там не поместятся. Но вот мелким животным стоит быть начеку.

И выразительно смотрит на Тиба. Тот вновь недовольно урчит и хлещет себя хвостом по лапам.

Видимо, я сильно бледнею, потому что Седрик надо мной сжаливается.

— А вообще, — ободряюще заявляет он, — я уверен, что никакой это не волокун. Да, сначала мне так показалось, но чем больше я сейчас об этом думаю, тем маловероятнее это кажется.

Его голос вселяет в меня робкий оптимизм.

— Ну хорошо, — сердито говорю я. Сердито — потому что самой становится стыдно за внезапный испуг, — и что же это тогда такое?

Драгган внимательно смотрит на меня и вдруг огорошивает:

— Ёж. Это вполне может быть он.

— Что… чего? — аж давлюсь я от неожиданности, — какой ещё ёж?

— Самый обыкновенный, — пожимает плечами Седрик, — много иголок, глаза и нос.

— Я знаю, как выглядят ежи, — ворчу я, а Тиб только фыркает внизу, — не понимаю только, причём тут он!

— А ты знаешь, сколько шума может произвести обычный ёж? — пожимает могучими плечами Драгган, — Когда тащит себе в нору сухую траву или листья. Или идёт охотиться на мышей или жуков. Всё просто.

“Может, Седрик — охотник?” — вдруг осеняет меня, — “Раз так много про зверей знает?”

“Ага, охотник на ежей,” — сварливо ворчит внутренний голос, и я хмыкаю.

— Ладно, — решительно машу рукой я, — ёж или волокун, главное, что он ушёл.

Драгган кивает.

— Но охранные заклинания я всё равно наложу, — назидательно говорит Седрик, — мало ли что.

Я киваю. Драгган разворачивается к двери и вдруг, замерев на пороге, вновь оборачивается ко мне.

— Кстати, Джина, — говорит он, — не хочешь прогуляться в Запретные Пустоши?

Непонимающе смотрю на него.

— Может, и хочу, — скептически протягиваю я, — но не ты ли вчера пугал меня всякими ужасами про Пустоши? Говорил, чтобы я одна туда не совалась, а теперь предлагаешь мне туда отправиться?

Драгган сплетает руки на груди и кидает на меня насмешливый взгляд.

— А кто сказал, что я отпущу тебя одну? — хмыкает он, — Если тебе туда и захочется пойти, то только вместе со мной.

Я кашляю от неожиданности.

— Ты меня на свидание зовёшь, что ли? — брякает мой язык прежде, чем я вообще успеваю что-то сообразить. Услышав же эту фразу со стороны, заливаюсь краской.

Но Драгган по-прежнему остаётся невозмутимым.

— На прогулку, — поправляет он меня, — ты же наверняка всё равно захочешь пойти туда, проверить правдивость слухов о Пустошах. А так я тебе их сам покажу, и со мной тебя там никто не тронет.

Предложение звучит неожиданно, но заманчиво. В одном Седрик прав — Пустоши мне действительно посмотреть хочется.

Но одно меня смущает.

— Ты настолько хорошо знаешь Пустоши? — с подозрением спрашиваю я.

Драгган пожимает плечами:

— Не досконально, но моих знаний хватит, чтобы показать тебе хотя бы их часть. Не бойся, далеко от Гленмура и в самую глубь Пустошей заводить не буду. Ну, что скажешь?

А что я могла сказать?

— Ладно, согласна, — киваю я, — но только не завтра, мне нужно будет в Дорк. Послезавтра — самое то.

Седрик кивает в унисон, мол, договорились. Сердце почему-то ёкает, словно я только что сделала какой-то очень важный шаг, но сосредотачиваться на этом я не стала.

Весь день Драгган проводит в Гленмуре, занимаясь охранными заклинаниями. Этот процесс кажется мне бесхитростным, но настолько завораживающим, что я то и дело отвлекаюсь от варенья, которое варю на завтра, и подбегаю к окну, чтобы понаблюдать за ним. Благо, в этот момент он работает прямо напротив кухни.

Тиб, сидящий на шкафу, прищурившись, наблюдает за мной, но ничего вслух не говорит.

Я и сама не понимаю, что мне так привлекает. То ли чёткие отлаженные движения Седрика, которыми он накладывает заклинания. То ли то, что в какой-то момент, увлёкшись, он сердито скинул рубашку, как будто она сковывает ему руки, и остался в одних только штанах…

Да, я впервые вижу мужчину в таком