Моя! И это не обсуждается - Мила Гейбатова

меня большой практический опыт по предмету, и руководство вашего университета

пригласило меня в качестве консультанта. Давайте знакомиться, меня зовут Эдгар

Аминович, – заканчивает свою приветственную речь мужчина, его губы замирают в

улыбке, а глаза отчетливо отдают желтым.

Это неудивительно, ведь он оборотень, Альфа, тот самый, от которого я бежала в этот

город…

48

48

Испуганно замираю, даже практически не дышу. А еще никак не могу отвести взгляд от

этих глаз. Этих поглощающих и подавляющих волю желтых глаз хищника…

«Какое счастье, что к этому оборотню меня не тянуло, ведь он точно не потакал бы моим

тараканам. Да, собственно, он почти смог «перекинуть меня через плечо и унести в

свою личную пещеру без окон». У этого оборотня явно припасено подвальное помещение

для такой, как я, никаких поблажек, – думаю отстраненно, постепенно возвращая себе

самообладание. – Но я уехала, а в эти выходные соединилась с другим. Этому Альфе

ничего не светит, – расправляю плечи и откидываю волосы назад, – я насквозь

пропитана ароматом Адама, этого напыщенного индюка Эдгара стошнит».

Проходит несколько секунд, его не тошнит, а жаль. Но свой прямой аристократический

нос Эдгар едва заметно морщит, а в глазах вместо превосходства появляется

брезгливость. Я чувствую себя победительницей, не меньше.

– Эдгар Аминович, скажите, а вы к нам надолго? – подает голос Ксения, кокетливо

наматывая прядь волос себе на пальчик.

«Куда ты метишь, дурочка, он сожрет тебя и не подавится», – хочется сказать мне. Но,

естественно, я молчу.

Хочется девке найти приключения на свою задницу, пусть. Я уже один раз пыталась

направить ее внутренний компас в нужную сторону, она не послушала. Не мои проблемы,

если она попадет в неприятности.

Не думаю, что Эдгар поступает как маньяк с такими дурочками, как Ксения, все–таки он

живет в человеческом обществе, зарабатывает деньги преимущественно на людях и

репутацией своей дорожит. Но уж точно он не мил и не ласков со своими поклонницами,

как Милославский.

Впрочем, многие девицы довлеют к плохому отношению со стороны мужского пола, я им не

доктор всех спасать. Перевожу свой взгляд на стол и открываю тетрадь, команды что–то

записывать не было, но я сюда пришла учиться, а не развивать в себе талант к

психологии.

Очень бы мне хотелось, чтобы появление в институте Эдгара оказалось случайным

стечением обстоятельств. Но я, как никто другой, знаю, что случайности не случайны.

Этот Альфа даже не тешил себя мыслями об истинной, которая еще неизвестно встретится

на его пути или нет, он всегда был практичным и, когда я попала под подозрение,

мигом понял, что лучше брать меня, чем ждать неизвестно кого.

Да и если Эдгару Аминовичу настолько сильно захотелось попробовать себя в роли

преподавателя, он мог это сделать в своем родном городе, никто бы ему не отказал.

– Может быть, кто–нибудь поделится с нами теорией бесконечности Вселенной и

множественности миров? – достигает моих ушей бархатный голос. Природа слишком щедра

к Альфам, делая их совершенными, у простых мужчин просто нет шанса на их фоне, да

даже простые оборотни им проигрывают. – Айлин Иванова, может быть, вы поделитесь?

Закрываю тетрадь и поднимаю глаза на Эдгара. Предполагается, что я должна встать, я

это делаю, но максимально медленно, это мой молчаливый протест ему.

– Насколько я помню, у нас сейчас другой предмет, но, если вы настаиваете. Теория

предполагает существование так называемых «параллельных вселенных», законы природы в

этих вселенных одинаковые, но сами вселенные находятся в различных состояниях.

Первым теорию озвучил Хью Эверетт в тысяча девятьсот пятьдесят седьмом году. Идея в

том, что вся Вселенная описывается одной волновой функцией. А разные «миры»

возникают каждый раз, когда происходит взаимодействие системы с окружением. В итоге

один мир делится на несколько, и далее эти миры не взаимодействуют.

Все это я произношу ровно, смотря на преподавателя, не знаю, к чему он, можно ли

рассматривать его вопрос, как намек?

– Все верно, – кивает Эдгар, – присаживайтесь, – произносит он, добавляя рычащие

нотки в голос, от чего вся женская половина группы начинает млеть от восторга. На

меня не действует, я раздражаюсь. – Давайте сегодня побудем с вами фантастами и

попробуем смоделировать ситуацию из вашей жизни, которая могла бы создать

«параллельный мир» в следствии вашего взаимодействия с кем–то реальным.

«Его позвали практический опыт нам передавать, а он предлагает нам стать

писателями–фантастами, – укоризненно качаю головой, пряча взгляд. – И как это должно

убедить меня в том, что я приняла неправильное решение?»

49

49

Но я получила ответ на свой вопрос, задание было намеком. Очевидно, я должна подумать

о том, что где–то в параллельной вселенной я осталась в городе и отдалась Эдгару.

Перед глазами не возникает ни одной положительной картинки, сплошь депрессия и

безысходность. Просто отличный вариант альтернативной жизни, именно тот, от которого

я бежала ото всех.

Но все–таки к чему столь странное задание? Это ведь на идиотизм похоже. Абсолютно

никакой компетенции в теоретической части у этого Эдгара, это точно, так еще и не

историями с производства пичкает нас.

– Госпожа Иванова, почему вы не пишите? – надо мной нависает мой новоявленный

«профессор». – Отказываетесь выполнять задание преподавателя, поскольку считаете,

что оно не по теме? Хотите нарваться на отработку?

И так этот Эдгар произносит слово «отработка», что вся женская половина группы тут же

вспыхивает интересом. Честное слово, даже скромница Настя дергается. Местный Альфа

их щадил, да и молодой он, Милославский, не циничен, не старается всех вокруг

очаровать и подмять под себя. Этот Альфа не такой, этот матерый волчара.

– Никак нет, Эдгар Аминович, – отвечаю подчеркнуто вежливо нейтральным тоном, меня–то

его ухищрения ни капли не задевают, – всего лишь думаю. Предпочитаю сначала хорошо

обмозговать задание, а потом его делать. И отработки у нас не приняты, разве что

дополнительные задания.

– Никогда не поздно внести новые порядки, Иванова, – парирует Эдгар, слегка

принюхивается и чуть ли не отпрыгивает от меня, но в последний момент усилием воли

сдерживается и чинно отходит. – Что ж, не буду вам мешать, Иванова, обмозговывайте

свой ответ.

«Неужто распознал чужую метку? В первый раз он явно почуял только запах Адама, –

рассуждаю про себя, рисуя завитушки на полях. – Или метку по запаху не определяют?

Как они вообще это