Тени Овидии - Нилоа Грэй

– Ноам… – слабо проговорила она.

Клинхарт мягко отстранил ее от себя и внимательно посмотрев в глаза, спросил:

– Что тебе приснилось?

– Там было темно, – начала бормотать Овидия, не зная, с чего начать. Тени-змейки, которые укрывали тело Ноама, теперь все переползли к ней. – Темно и страшно. Еще там был красный свет, и мертвый Элиа, который полз по мне, и башня, которая разрушилась, и…

– Достаточно. Хватит, – Овидию затрясло, и Ноам снова крепко обнял ее. – Это был просто кошмар. Это было не по-настоящему.

– Фесте, Альбион, Вейн, – с беспокойством продолжала Овидия. – Их там не было. Моих теней там не было. Где они сейчас?

Волнение, с которым говорила Овидия, даже Ноама заставило беспокоиться.

– Вот же они, – показал он на дальний угол комнаты, где, внимательно наблюдая за происходящим, сидела верная троица.

– Я знал, что-то идет не так, когда они ночью оставили тебя. Они хотели предупредить меня, что что-то происходит, но я плохо понимаю язык теней, – сказал Ноам и внимательно посмотрел на Овидию уставшими глазами, под которыми проступала синева. – Предлагаю немного пройтись. Это пойдет на пользу нам обоим.

Овидия хотела было возразить, что это опасно. Но сил на возражения не было совсем.

В этот момент к Овидии подплыла Фесте и с любопытством взглянула на нее.

Я все видела, – прошептала тень.

Овидия странно посмотрела на сестру.

– Что ты видела? – спросила она с некоторой неохотой.

Ноам, который все еще продолжал держать Овидию в объятиях, прислушался, внимательно глядя на девушку и ее тень.

Тьму, – просто ответила Фесте.

– Я сделаю тебе успокаивающий настой, – сказал Ноам, поднимаясь с кровати. – А ты, Овидия Уинтерсон, пока лежи. И не думай подниматься, пока я не скажу.

Серая Ведьма послушно кивнула, расправляя одеяла и одергивая сорочку, которая все это время, оказывается, была задранной до колен. К счастью, Ноам, полностью сосредоточенный на приготовлении успокоительного, кажется, не заметил этого.

Сестра, – послышался голос Вейн. – Все будет хорошо.

– Позволь мне усомниться в этом, Вейн, – ответила Овидия. – Тебя там не было.

Ты не знаешь, – прошептала тень.

И в тот же момент исчезла вместе с остальными двумя, не оставив Овидии возможности сказать что-то еще.

Впрочем, она была слишком измотана, чтобы просить объяснений. Она потребует их, когда отдохнет.

Утренний ветерок ворвался в комнату, и одновременно с ним послышалось бульканье воды. Это Ноам согрел воду.

– Я приготовил тебе кувшин теплой воды, чтобы умыться. И если хочешь, я видел тут ширму.

Ширма, сложенная за дверью, была простой, но достаточно большой, чтобы создать интимное пространство для умывания. Овидия кивнула и встала с кровати, чувствуя, как плохо слушаются ее ноги. Взяла сумку с туалетными принадлежностями, которую приготовила для нее Шарлотта, и маленькое полотенце. Когда девушка вернулась к кровати, ширма уже была разложена. Ноам помог ей войти внутрь, закрыл створки и вернулся к камину.

Вода в кувшине была прозрачная, как из родника. Овидии захотелось спросить, откуда она взялась, такая чистая и свежая, но, зная, с какой неохотой Ноам отвечает на подобные вопросы, девушка сдержалась. Вымыла лицо, шею, руки и подмышки. Вытерлась полотенцем, быстро расчесалась и заплела косичку – достаточно плотную для того, чтобы потом, когда она распустит волосы, образовались красивые волны. С той стороны ширмы слышалось, как Ноам разливает по чашкам чай. Овидия посмотрела, не осталось ли чего-нибудь еще в сумке с принадлежностями, и достала стеклянную склянку с этикеткой, на которой мелким почерком было написано: «Это мой эксперимент. Крем для подмышек. Ты же знаешь мою одержимость запахами». Овидия представила подругу. Как она быстро-быстро строчит на этикетке эту надпись, сверяясь со справочником и проверяя, не забыла ли чего, как непослушные темно-каштановые локоны падают ей на лицо, и как она злится, поправляя их тыльной стороной ладони, и улыбнулась. Осторожно открыла баночку. Смесь была светло-фиолетового цвета и пахла лавандой и льном. Овидия нанесла немного средства на подмышки, и почувствовала свежесть. Закрыла склянку, положила ее обратно в сумку и мысленно поздравила подругу с удачным экспериментом. После чего вышла из-за ширмы. На полу у камина стояли две чашки с чаем, рядом с которыми сидел Ноам. Овидия бросила полотенце и сумку с принадлежностями на кровать и села рядом, еще раз поблагодарив Клинхарта за то, что втянулся из-за нее в такие трудности и неприятности.

– Я знаю, что ты не одобришь эту идею, но я не передумаю, – объявил Ноам, воспользовавшись моментом, пока Овидия делала глоток чая.

Серая Ведьма закрыла глаза, чувствуя, как тепло напитка разливается по всему телу.

– Вчера вечером ты сказал, что хочешь отвезти меня куда-то. Ты об этом?

– Да. Но сначала я с твоего позволения отойду за ширму и переоденусь. Не хочу тебя смущать видом молодого красивого тела.

– Не преувеличивай, Клинхарт, – смущенно хохотнула Овидия и отвернулась.

– Тебе нужно выйти, – настаивал Ноам. – Да, это небезопасно, но ты сама не понимаешь, насколько полезной для тебя может оказаться прогулка. Два. Максимум три часа, и еще до обеда мы освободимся.

– Честно говоря, я думала, что мы приехали расследовать убийство Элии, а не прогуливаться по Лондону, как заправская…

Овидия вовремя остановилась. А может быть, и не совсем вовремя. Потому что в следующую секунду Ноам поднял бровь и, наклонившись к ней, прошептал, заканчивая фразу:

– …как заправская супружеская пара?

Овидия помнила, что в глазах лондонцев они и должны были выглядеть как пара. И была не против играть в эту игру. Только кто же знал, что это окажется так непросто.

Ноам отстранился от Овидии, и девушка облегченно вздохнула, чувствуя, как легкое головокружение от дыхания Ноама, которое было так близко, и от тепла его тела, постепенно отступает.

– А потом, – сказал Ноам, заходя за ширму, – потом сразу займемся расследованием.

Сброшенная Клинхартом пижама повисла на ширме, и Овидия, немного смутившись, отвернулась, сосредоточив свое внимание на чашке с чаем.

– Очень на это надеюсь, – сказала она, глядя на дрова в камине, которых осталось совсем мало. – Возможно, прогулка действительно могла бы помочь мне прояснить свои мысли.

– Наконец-то мы поняли друг друга, миссис Роджерс, – крикнул из-за ширмы Ноам, и Овидия не смогла сдержать смеха.

– А кстати, почему Роджерс? Откуда ты взял эту фамилию? – полюбопытствовала она.