Князь реки - Юлия Викторовна Давыдова

Оборотень согласно наклонил голову:

— Обо всём тебе расскажу. Сегодня после праздника будет у нас время, поговорим.

— Поговорим, — с готовностью кивнул Иван.

Дивей, с улыбкой наблюдавший за такой долгожданной для брата встречей, спросил Вурду:

— А ты, ворлак, случайно не знаешь, что с Мишей такое? Почему на нас нападал?

Ланита подумал, что раз алавийский оборотень — приближённый верховной берегини, он явно знает что к чему.

Вурда ответил честно:

— Миша наш — добрый медведь, хочет позаботиться о людях Рилевы и не верит, что вы — мальчишки несмышлёные, можете это сделать.

— Он ошибается, — твёрдо сказал Иван.

— Доказать это Мише будет трудно, — усмехнулся Вурда, — по опыту знаю. Но совет вы простояли и устояли. Победу свою первую одержали. Так что отдохните и ни о чём не думайте. Сегодня в Риправе праздник. Будем до утра гулять.

— Это дело несложное, — наконец с облегчением вздохнул Иван.

Уходя из зала совета, он взял со стола кошку, обнял её крепко-крепко, и целуя в чёрный носик, прошептал:

— Подружка моя, какая ты у меня умница. Спасибо тебе.

Кошка разлеглась на его руках, томно глядя чародейскими глазами, но надолго не задержалась. Едва Иван вышел из зала, как она покинула его объятия и, муркнув напоследок, быстро исчезла из виду.

Князь вздохнул:

— И опять ушла. Ну за что ты так со мной?

Дивей и Вурда только посмеялись. Последний, провожая уходящую кошку глазами, покачал головой, но видя, что Иван не знает, что это за зверь, чужие тайны раскрывать не стал.

***

До утреннего парада весь город жил сомнениями. Странные слухи о том, что на совет прибудет князь Рилевы не давали никому покоя. Как такое может быть? Всё равно что зимой на деревьях листья начнут расти. Перед самым парадом стало ещё интереснее: кто-то видел ночью группу всадников в зелёных плащах, проехавших по городу в гостевой двор.

С утра кто кричал: быть не может, кто удивлялся, кто сомневался, но никто не верил. И потому, уже днём на празднике, заполненные до отказа трибуны с нетерпением ждали и дождались — в парадной колонне показались зелёные стяги с изображением скрещённых топоров, и на площадь въехали молодые воины в плащах цвета своего знамени. В тот момент ещё было сомнение, но уже в своих собственных глазах: правда ли такое видят или обманывают?

Только с каждым шагом воинов, люди верили всё больше. Значит, смерть обошла великое княжество! Значит, не дано его славе стать забвением! Рилева вернулась, победив самого страшного своего врага — полное разорение.

Люди на трибунах поднимали повыше детей, нашёптывая на ухо:

— Видишь зелёное знамя? Это Рилева. Княжество, победившее в великой войне.

И до самого вечера после парада, уже с наступлением темноты, на улицах не стихал стук кружек и весёлые голоса:

— За Рилеву! За её молодых князей!

А молодые князья, покинув зал совета, попрощались с Данилой, который ждал их вместе с Байбортом, и пожелали друг другу скорой встречи. Потом с Вурдой и словачом отправились в большой зал княжеского дома, где уже были накрыты праздничные столы и звучала музыка.

Гости Риправы знали порядок ежегодной встречи, так что прямо из зала совета отправились на застолье. Иван и Дивей из-за разговора с ворлаком чуть опоздали на него.

К моменту, как они пришли, риправский князь сидел на своём месте, рядом с ним расположились Брада и Мариамьяна, а вот место второй княжны снова пустовало. Зато рядом с ним сидел Милояр. Иван задержался взглядом на молодом князе Сиевы. Его дед Добир о чём-то разговаривал с Мишей.

Вурда оставил Рилевичей и направился к берегине, а Ивана, Дивея и Байборта увидел пятисотник Глеб. Он сразу усадил их рядом с собой.

Иван почувствовал себя неуютно, уж больно близко оказались к Мише. Но сейчас от суровости риправского князя ничего не осталось. За огромным столом, собравшим весь состав совета и множество гостей, ей не было место. Миша заметив, что все наконец в сборе, поднялся с кубком в руках и весело произнёс:

— Гости мои дорогие, друзья, князья, воеводы, помощники! Поднимаю первый кубок за вас! За то, что приехали, совет наш держали, и за то, чтобы так тому быть и впредь!

Застолье пошло полным ходом. Князья один за другим говорили речи, благодарили Мишу, хвалили друг друга. А Иван всё думал над тем, почему же златовласая княжна не приходит, и что Милояр делает за княжеским столом рядом с её местом?

Прам поднял кубок за Рилеву, и на это Ивану пришлось отвлечься. Воевода поднялся под самый шум, но его быстро увидели и затихли.

— Вот что я вам скажу, — начал он, — видел я много побед и поражений, слышал о многих. Слышал и о том, как пала Рилева.

Наступила тишина, и Прам посмотрел на Ивана.

— Но вот чего я не знал — того, что своими глазами увижу, как в солнечных лучах развернётся под небом зелёное знамя, и как прежде ударит в бою боевой топор. Не знал и не думал, что увижу как вернётся Рилева, и какие сыновья будут у великой Реки! За Рилеву! За князя Ивана!

Зал содрогнулся от множества голосов:

— Молодец, Прам! За Рилеву! За князя!

Поднимали кубки стоя, устремив взгляды на двух молодых парней. Глеб поклонился им. Байборт от переизбытка чувств обнял обоих.

Праздник после продолжился, а Иван, едва отойдя от впечатления после слов Прама, вернулся к вопросу о том, что Милояр делает рядом с местом Софьи? И о чём там его дед с Мишей шепчется?

В зале, наконец, появилась вторая княжна. Вошла одна через боковую дверь и направилась к столу. Была в зелёном платье с малахитовым рисунком, расшитом драгоценными камнями, длинные волосы заплела в толстые косы и украсила их белыми цветами. На руках, под тканью длинных рукавов, поблёскивали тонкие нитки браслетов. Она села рядом с отцом и обвела зелёным взглядом гостей.

Иван смотрел на девушку не моргая. Откуда ни возьмись появилось чувство, что вот закрой он сейчас глаза хоть на миг — и что-то нарушится. Впервые Софья оказалась так близко. Златокудрая девушка с чистым, как луна лицом, и чёрными ресницами, густыми и пушистыми.

Милояр вдруг потянулся к ней и что-то сказал. Иван вздрогнул, перевёл взгляд на молодого князя Сиевы. Тот наклонился к