Побег в Город ведьм - Эрин Латимер

Хорош для поставки апельсинов – только и всего. Теперь это оскорбительное описание звучало крайне иронично.

– Нечего было недооценивать другую страну, – проворчала бабуля Эл. – Эта глупая королева не видит дальше собственного носа.

Раздался громкий хлопок, и рядом с Мэдди внезапно возникла Ленора. Девочка пискнула от испуга и выронила кусок жареного хлеба.

– Смотрите, кто со мной, – объявила Ленора и шагнула в сторону.

Эдгар, весь красный и лохматый, смотрел на девочек с непривычной искоркой в глазах. Эмма ещё никогда его таким не видела. Он широко улыбнулся и сказал:

– Ну конечно, самый последний… но всё-таки я здесь!

Эмма улыбнулась ему в ответ и, неожиданно даже для самой себя, бросилась заключить его в объятия.

– Я так рада, что ты наконец сюда добрался!

Элиза с Мэдди тут же к ней присоединились, и они втроём обняли своего друга. Эдгар весь зарделся от смущения, а потом возмущённо крякнул, когда Мэдди воскликнула со слезами на глазах:

– А я думала, ты там погибнешь!

– Вот спасибо, – проворчал Эдгар.

Они отпустили его, теперь ещё более лохматого, чем раньше, и Элиза спросила:

– Как всё прошло?

Эдгар обвёл их сияющим взглядом.

– Я вспомнил твои слова, Эм.

Эмма удивлённо вскинула брови.

– Что? Какие?

– Ты спросила, чего хотят во́роны, – ответил Эдгар и закусил губу. – Честно говоря, я сам раньше над этим не задумывался. А вот потом, когда ты исчезла, вспомнил про это и… ну, спросил. – Тут он снова залился краской и почесал затылок. – Ну, если честно, скорее накричал на них.

– А они что? – ахнула Мэдди. Глаза у неё сверкали от любопытства.

– Все разом затихли. Это было просто невероятно. А потом один из них ко мне спустился, и я даже разрешил ему сесть мне на руку.

Девчонки разинули рты от изумления, и Эдгар ухмыльнулся.

– Знаю, мне самому было очень страшно, но… он со мной заговорил!

– Не может быть! – ахнула Мэдди. – Как здорово!

– Точно, – согласился Эдгар, улыбаясь всё шире. – Я могу общаться с птицами! Ну, по крайней мере, с во́ронами. А они просто хотели мне помочь. И после того, как я всё объяснил, сразу отвели меня к Леноре. Невероятно, правда?

– И ты раньше не пробовал с ними поговорить? – спросила Мэдди, которую явно позабавила вся эта история.

Эдгар негодующе на неё взглянул и занял своё место за столом рядом с остальными.

– Нет, конечно. Я их боялся. И надеялся, что они сами улетят, если не буду обращать на них внимания.

– Магия загадочна сама по себе, – с улыбкой объяснила Ленора. – И ты, похоже, нашёл ключ к раскрытию своих сил.

Эмма вспомнила, как наконец доверилась своей магии в Междумирье. Как сама обратилась к ней, поборола свой страх – и магия ей подчинилась.

– Ленора, кхм, то есть мисс Блэк, – неуверенно начала Мэдди. – Мы прошли через Междумирье, но, наверное, это удалось не всем ведьмам? Кажется, мы встретили одну такую…

Эмма переглянулась с подругой и поёжилась, вспоминая жуткую тварь из Лесного Лондона, меняющую лица.

– А, догадываюсь, о ком ты, – мрачно произнесла Ленора. – Разумеется, Александрия хочет создать у своих подданных впечатление, будто все ведьмы плохие, и вы сами знаете, что это не так. Однако некоторых нам всё же пришлось изгнать из города.

У Эммы пересохло во рту.

– Её лицо постоянно менялось… на наши. И она нас преследовала.

Ленора вздохнула.

– Вам встретилась Ведьма Тысячи Лиц. – Заметив озадаченное выражение на лице Эммы, она покачала головой. – Это всего лишь прозвище, которое дали ей новые поселенцы. Ей воспрещён вход в наш город, но она, вероятно, надеется… избавиться от кого-нибудь, чтобы обратиться и занять его место.

Эмма поёжилась и поспешно сменила тему:

– А что вообще такое это Междумирье? Для чего оно нужно?

– Что ж, раньше оно было Городом ведьм, но это измерение параллельно Лондону, вот в чём беда, – объяснила Ленора и печально улыбнулась. – Сотни лет назад основательницу Нового Лондиниума предал один из тех, кого она считала друзьями, и раскрыл тайну нахождения города. За ведьмами явилась целая армия, и им пришлось спасаться бегством. Поэтому они усилили защиту нового поселения и наложили особые заклинания на заброшенный Лондиниум, чтобы сюда не могли проникнуть те, в ком нет волшебной крови.

Целая армия… От одной мысли об этом по спине Эммы пробежал холодок. Неудивительно, что Лесной Лондон так хорошо сохранился, словно жители бросили всё и сбежали. Потому что так оно и было.

– И ещё треклятые улицы вечно передвигаются, – проворчал Тобиас Маккроу. Эмма отвлеклась от воспоминаний о Междумирье и взглянула на него исподлобья.

– Наверное, чтобы отваживать таких, как вы! Мать охотника пригрозила ей пальцем.

– Не трогайте моего сына. У него доброе сердце, и он на нашей стороне.

Эмма прикусила язык, чтобы сдержаться и не повторить, что Маккроу – лжец. Она точно слышала его в лесу. Он следил за ними.

Неловкую тишину нарушила Ленора.

– Ешь, Эдгар, не стесняйся. А потом я проведу вам всем экскурсию по городу. Правда, пока что только пешком, – добавила она, коснувшись своего ожерелья из кристаллов, и подмигнула ребятам. – Кажется, Эдгару не особо понравилось заклинание перемещения.

– Да уж, – пробормотал Эдгар, когда Эмма вопросительно на него покосилась. – Меня очень сильно мутило.

– А по-моему, это весело. Вжух – и ты здесь! – бодро заявила Мэдди.

Эдгар уныло на неё взглянул.

– Я бы предпочёл воздержаться, спасибо.

Бабуля Эл слушала их разговор с явным неодобрением. Она ткнула вилкой варёную картофелину у себя на тарелке, приложив куда больше силы, чем требовалось, и пробурчала:

– Ох уж эти новомодные штучки! В наше время ведьмы всё делали сами, а не полагались на кристаллы.

– Бабуль, с кристаллами проще освоить могущественные заклинания, даже тем, у кого магии в крови не очень много, – примирительно произнесла Элиза, ласково касаясь её плеча. – Благодаря им волшебство доступно всем, и никто никого не превосходит.

Вилка бабули Эл замерла над тарелкой, и старушка расплылась в улыбке.

– Дитя моё, как я умудрилась так хорошо тебя воспитать?

– Это настоящая загадка, бабуль.

Эмма опустила взгляд в тарелку, улыбаясь про себя. Если честно, она немножко завидовала Элизе. Они с бабушкой так легко общались и явно очень любили друг друга. Сердце девочки защемило от воспоминаний о доме. О том, как с ней разговаривала мать – или, точнее сказать, кричала. Это ведь совсем не то.

Эмма постаралась отвлечься от этих мыслей и сосредоточиться на завтраке. Какой смысл