И сгустился туман - Джули Си Дао

– Мама, в самом деле, довольно изводить бедную миссис Эджертон, пойдем уже домой. Мне нужно прилечь – недавно у меня кружилась голова.

– О да, именно так мы с графом и познакомились, – вставляет Мина. – Он галантно уступил Люси свой стул.

– Бедная Люси. Мы немедленно уходим. – Мама улыбается вдове: – Миссис Эджертон, надеюсь, вы скоро нас навестите. Приходите в любое время, нельзя постоянно сидеть одной.

– Да-да, спасибо, как-нибудь зайду, – тихо отвечает миссис Эджертон.

Мы с мама и Миной идем домой, и в какой-то момент последняя, еще не рассеявшаяся туча наползает на небо со стороны океана и закрывает солнце. Внезапная тьма, поглотившая солнечный свет, раздражает, как фальшивая нота в музыкальной пьесе, и только усиливает мое дурное настроение. Я шагаю молча, а мама и Мина обсуждают вдову.

– Миссис Эджертон так молчалива, – высказывается Мина. – Мне кажется, она одинока. Очень ей сочувствую.

Мама кивает.

– Диана у нас стыдливая мимоза. Мы с Люси не оставляем попыток с ней подружиться, но она всякий раз отказывается от наших приглашений под какими-то надуманными предлогами. Будет только лучше, если она снова выйдет замуж, притом за кого-нибудь столь же общительного, как граф.

– И все-таки он еще чужак, – мягко возражает Мина. – Мы почти ничего о нем не знаем.

– Что ж, тогда нужно почаще сводить этих двоих вместе, – ослепительно улыбаясь, делает вывод мама. – Если у нас под боком будет высокий, темноволосый, красивый граф, может, нам и удастся заманить миссис Эджертон на чай. Что скажешь, Люси?

– Ах, мама, оставь бедняжку в покое, – с досадой говорю я. – Она всегда мне нравилась, несмотря на замкнутость. Миссис Эджертон определенно наслаждается своим одиночеством, и я считаю ее храброй женщиной, ведь она сознательно остается незамужней. Честно говоря, я даже завидую той свободе, которую она имеет, будучи вдовой.

– Люси! – изумляется Мина.

Я пожимаю плечами.

– Ясно же, что жизнь у миссис Эджертон была несладкой, к тому же она вышла замуж за старика. Не будем к ней придираться, не хочет вступать в повторный брак – значит, не хочет.

– Возможно, она не желает этого только потому, что ей не подвернулся подходящий мужчина, – с озорным огоньком в глазах настаивает мама, ничуть не смущенная моими доводами. Она обращает внимание на мою руку, продетую под ее локоть. – Люси, ты что, потеряла сумочку?

– Должно быть, оставила на столике, – вздыхаю я. – Придется вернуться.

– Давай я схожу, тебе нужно поскорее домой, – предлагает Мина, но я мотаю головой и спешу прочь.

Мне не терпится побыть одной. Хватит с меня на сегодня женщин, охающих, суетящихся и краснеющих из-за Влада, после того как месяц с лишним он принадлежал мне одной. Кипя от злости, я спешу обратно в город, размышляя о том, что сегодня он мог бы и удостоить меня хоть одним добрым словом, ведь мы провели наедине столько времени, а вчера по его милости я и вовсе чуть не погибла, продрогнув во время той страшной грозы.

На столике моей сумочки нет. Расстроенная, я нагибаюсь и ищу ее под столом, а когда выпрямляюсь, подле меня стоит Влад. В длинных пальцах он держит мой голубой шелковый ридикюль.

– Нарочно стянул мою сумочку? – негодую я.

Он держит ее на расстоянии вытянутой руки, в глазах пляшут чертики.

– А как еще я мог поговорить с тобой без посторонних?

Под множеством любопытных взглядов Влад благоразумно соблюдает дистанцию. Уверена, мы составляем блестящую пару: я, в васильковом платье, волосы убраны под шляпку, и он – высокий, статный, весь в черном.

– Когда здесь была Мина, ты не очень-то горел желанием говорить со мной, – холодно замечаю я.

– Люси, прошу, не сердись на меня. – Примирительным жестом он протягивает мне сумочку. Голос пронизан сожалением. – Я пытался тебя уберечь. Мы же не хотим, чтобы Мина узнала, что ты для меня – не просто новая знакомая, верно?

Я перекидываю на руку цепочку ридикюля.

– Теперь у тебя масса желающих скрасить твое одиночество, во мне более нет нужды. Может быть, ты найдешь кого-то более достойного, кому расскажешь о своем путешествии.

– Приходи ко мне ночью, и я обо всем тебе поведаю. Клянусь. – Его рука уже тянется к моей, но в последний момент замирает. – Сама знаешь, как ты мне дорога. Ты же не ревнуешь, нет? – Тон его мягкий, ласковый, улещивающий, такой же, как в самые первые наши встречи, однако холодная усмешка, с которой он это произносит, только укрепляет мою решимость.

– Нет. Сегодня я не приду. Всего доброго, граф.

Я разворачиваюсь и ухожу. Влад догоняет меня, пристраивается в ногу.

– Я хотел рассказать тебе, что произошло на «Деметре», но не мог этого сделать при посторонних. Понимаешь?

Я сгораю от любопытства, но Владу это известно, и в своем самодовольстве он считает, что может подзывать и прогонять меня, как собаку. Я резко останавливаюсь и смотрю ему в лицо.

– Влад, я больше не могу с тобой видеться. Ты приехал в город. Ты познакомился с близкими мне людьми. Не представляю, как такое возможно, но точно знаю, что ты больше не сон на вершине утесов. Теперь ты реален, и это становится опасным. Ты опасен.

Влад делает шаг ко мне, оглядывает мое лицо, будто ласкает взором.

– Разве опасность когда-нибудь тебя пугала, моя Люси? – мягко спрашивает он.

– Прошлой ночью ты причинил мне страдания, – говорю я. Губы у меня дрожат, и, не в силах унять дрожь, я отворачиваюсь. – Головная боль, вторжение в мои мысли – не знаю, как ты это делаешь, но друзья так не поступают. А сегодня ты унизил меня, игнорируя мое присутствие.

– Мне искренне жаль, – тихо говорит он. – Я лишь хотел знать, о чем ты думаешь. Я хочу быть для тебя таким же важным, как ты для меня. Позволь мне искупить вину. – Склонившись, Влад заглядывает мне под шляпку. – Приходи этой ночью и все узнаешь. Даю слово.

Я смотрю на него в упор, разрываясь между страхом, отчаянием, любопытством и желанием. Пока я терзаюсь в сомнениях, облака расходятся, и солнце заливает Уитби слепящим светом. Я заслоняю глаза ладонью, а когда убираю руку, Влада рядом нет, я стою посреди улицы одна.

Глава восемнадцатая

Этой ночью во сне я оказываюсь на пустынном берегу перед величественным особняком, уютно прижавшимся к скалам, белым с синими ставнями и видом на море. Он похож на сказочный домик: стены оплетены виноградными лозами, у фасада буйно цветет шиповник.