Феномен аниме «Атака титанов»: история, отсылки и скрытые смыслы культовой вселенной - Клеман Драпо

им собственную интерпретацию. К этому добавляется неуверенность: действительно ли отсылка присутствует, или интерпретация символа навязана тем, что хотел бы видеть читатель. Поэтому мы предпочитаем проявлять максимальную осторожность и не претендуем на точное выявление истинных отсылок в «Атаке титанов». Это лишь предположения, но мы смиренно признаем, что интерпретации добавляют манге дополнительный смысл. По словам Ролана Барта, произведение в определенной степени принадлежит читателю, который, не противореча автору, может добавить еще один смысл, обогащающий его. Не стоит забывать, что, хотя Исаяма в основном черпает вдохновение из западной литературы, он остается японцем с присущим ему культурным взглядом.

Имир, тело мира

В скандинавской космогонии[148] Имир – первая форма жизни, появившаяся в Гиннунгагапе, зияющей бездне, существовавшей в начале времен между Муспельхеймом (миром огня) и Нифльхеймом (миром льда). Это гермафродитное существо, величайшее из всех, питалось молоком гигантской коровы Аудхумлы. Лакая соленый лед, плавающий в пустоте бездны, Аудхумла породила Бури, предка богов. Во сне Имир также производил потомство. Из его левой подмышки родилась первая пара великанов, давшая начало остальным. Из его ног появился шестиголовый великан. Бури взял в жены великаншу, и у них родился сын Борр. Борр, в свою очередь, женился на дочери великанши, и у них было трое детей: Один, Вили и Ве. Повзрослев, они начали размышлять о мире и жизни. Оказавшись в невыразимой пустоте, они решились на необходимое преступление: убили Имира и расчленили, чтобы заложить основы мира. Кровь, хлынувшая, когда боги обрушили свои удары на великана, вызвала невероятный потоп, утопивший всех великанов, кроме Бергельмира и его жены, которые выжили, забравшись на деревянный сундук. От их союза произошли все остальные великаны. Кровь и пот Имира стали морями, окружающими миры. Один и его братья использовали плоть Имира для создания земли и гор. Зубы и раздробленные кости превратились в песок и гравий. Внутренняя часть черепа послужила основой для небесного свода, а мозг – облаков. Так началось все сущее.

Подобно своему нордическому тезке, Имир, великая прародительница, будет расчленена, заложив основы мира, где дочери пожирают свою мать. Кадр, где Мария, Роза и Сина с отцовского одобрения пожирают останки своей матери, остается одной из самых ужасающих сцен произведения. В скандинавском мифе убийство Имира приводит к полной инструментализации его тела в буквальном смысле. Каждая часть используется богами для создания нового мира. Хотя Имир Фриц не была убита, ее тело постигает еще более ужасная участь. Для короля она – лишь тело, которым можно распоряжаться по своему усмотрению.

Изначально она рабыня, а значит, по словам Аристотеля, – действующий сам по себе инструмент, живая собственность господина, приобретенная силой и лишенная правового статуса. Когда ее наказывают за освобождение свиней, она низводится до тела, на которое охотятся ради удовольствия. Можно подумать, что обретение новой силы позволит ей освободиться. Увы, она возвращается к Фрицу. Теперь Имир ценят как оружие, обладающее неумолимой мощью, а затем сводят к репродуктивной функции – воспроизводству наследников короля, который, вероятно, надеялся, что его дочери и сыновья унаследуют силу матери. Наконец, после смерти ее тело становится лишь мясом, которое отдают на съедение. Тело Имир – всего лишь инструмент, с той лишь разницей, что расчленение физической оболочки завершает ее эксплуатацию, тогда как для скандинавского великана это стало отправной точкой.

Акт ррасчленения и антропофагии – краеугольный камень мира «Атаки титанов». Разница лишь в том, что мы имеем дело не с космогоническим, а с политическим и антропологическим измерением. Из этого рождается империя Элдии, которая будет править миром, род Имир и проклятие титанов, а также традиция, согласно которой ребенок должен пожирать родителя, чтобы унаследовать его силу. Важно понимать, что это не начало диалектики насилия, пронизывающей произведение. Своим антропологическим пессимизмом Исаяма ясно показывает, что человеческая история насильственна по своей сути. Элдийцы не ждали Имир, чтобы истреблять соседние племена. Когда в конце манги проклятие исчезнет, люди продолжат воевать. Однако именно через тело Имир эта диалектика принимает знакомую нам форму, кристаллизуясь в образе титана. Именно так возникает главная политическая сущность, управляющая историей, структура власти и социальная организация. Род Имир – часть элдийской аристократии; проклятие и его передача через пожирание становятся ритуалами в семьях, владеющих первородными титанами, и именно благодаря их мощи империя навязывает миру свое господство. Таким образом, на континенте происходит переход от состояния войны между племенами к установлению государства и права. Это создание мира в политическом (империя и ее структуры) и антропологическом («народ Имир») смысле.

Подобно нордической мифологии, политическая космогония манги начинается с преступления – насилия над телом, чья целостность нарушается и которое затем расчленяется. Так рождается закон: съесть или быть съеденным. Мы сталкиваемся с хорошо известным мотивом первородного греха, лежащего в основе социума и задающего структуру его ритуалов. Однако на этом все не заканчивается. За пределами акта пожирания речь идет об эксплуатации тела молодой девушки, лишенной субъектности.

След великанов

Греческое влияние

Невозможно приписать идею антропофагических великанов одному-единственному источнику, поскольку она исходит из множества воображаемых миров. К тому же мы сталкиваемся с проблемой перевода. Термин «титан» наводит на мысль о греческой мифологии, где встречаются эти существа.

Титаны, рожденные от союза Урана (Неба) и Геи (Земли), – божества первого поколения, воплощение изначальных сил. Это гиганты невероятной мощи, младший из которых, Кронос, свергает своего отца, чтобы захватить власть и отомстить за обиды, нанесенные его матери Гее и братьям с сестрами. Уран заточал своих ужасных детей в недрах земли. Желая отомстить за страдания своей семьи и насилие со стороны возлюбленного, Гея создала из металлов в своих недрах серп и вручила Кроносу. Тот, спрятавшись, дождался, пока его отец спустится к матери, и одним ударом отсек ему гениталии. Разделив Землю и Небо, Кронос стал царем титанов, взял в жены Рею и правил первым пантеоном богов. Однако в порыве злобы отец предупредил, что его ждет та же судьба. Опасаясь быть свергнутым своими детьми, Кронос начал пожирать их. Ужаснувшись, Рея подменила своего младшего сына Зевса камнем, завернутым в пеленки. Кронос проглотил его, не заметив подмены, а младенца спрятали на Крите. Повзрослев, Зевс вернулся, чтобы бросить вызов отцу. Он разрезал ему живот и освободил своих братьев и сестер. Вместе с ними он развязал грандиозную войну против титанов, верных Кроносу, – титаномахию. После эпических битв гигантов заточили в Тартаре, а некоторых, как Атласа[149], обрекли на вечный труд в заточении. Так началась эра богов Олимпа.

Мы видим, что у мифических титанов мало общего с монстрами Исаямы, кроме их размера и силы.