Если б эльфы были пчелами... - Виктория Кравцова

каким-то своим мыслям. Затем тряхнул тотемом, так что перестук костей и камней заглушил на мгновение окружающий шум и обратился ко мне, без злобы, даже как-то по-отечески:

— Грок молод и глуп, но честен. Он хочет проверить, выдержишь ли ты опасность, Пчела. Бой не должен стать убийством. Постарайся и победишь.

— Да я просто выбью из него трусость! — Грок непочтительно влез в монолог шамана, получил подзатыльник от Зарки, но упорно продолжил: — Если вместе с трусостью выбьется пара зубов, духи нас рассудят.

Тут уже вмешался Боромир, что все больше свирепел от наглости знаменосца:

— Я первый вассал Великого Пчеловода, и готов принять удар на себя!

Тут уже Грок внимательно осмотрел медведя, который был выше и шире его раза в полтора, да еще и в доспехах. И это еще Боромир не в полной боевой форме. Кажется, орк это понял и с сомнением пробормотал:

— Ты большой.

— Да, это обычно замечают.

— Но не настолько, чтобы я отказался от боя с тобой.

— Так, хватит, разошлись! — Тут уже вмешалась Хельга, оттаскивая брата за ухо. — Не хватало нам тут лишних драк.

Грока аналогичным образом утащила Зарка. То ли они тоже родственники, то ли девушка старше и главнее этого задиры. Неподалеку я услышал обрывок разговора между магистром Аллори и командиром Торнвалем:

— …только несколько минут, а союзники уже собираются расквасить друг другу носы.

— Что поделать, друг мой, такова древняя дипломатия.

Кажется, эти двое спелись, что может грозить мне какими-нибудь неприятностями во благо. Так что, озадаченно почесав в затылке, я отправился за нашей делегацией, помогать разбивать лагерь. Завтра я должен победить ради доверия орков к союзу и ко мне лично.

* * *

Чернильно-черную густую ночь разгоняли десятки костров, вокруг которых собрались те, кто решил поглазеть на поединок с утра. Кажется, только тролли ушли в горы, равнодушные к подобным спорам и зрелищам. Орки, по всей видимости, нарочно разместились подальше от нас, так что мы с Гроком не могли случайно пересечься. Оно и к лучшему.

Нам с медведями удалось разместить свой костер с самого краю: с одной стороны частые огни перемигивались с крупными звездами на темном небе, а с другой раскинулась бескрайняя степь, где начинались владения орков. При этом чуть левее еще виднелись родные нам леса, а за ними — холмы зверолюдов. Да, еще тысячелетия назад место сбора Совета рас расположилось так, чтобы любой мог до него добраться.

Здесь было достаточно места для тренировки. Хельга предложила мне помощь с отработкой уклонений и быстрой смены формы, так что теперь в меня летели камушки, ноги подсекали корни, а Шухер, азартно попискивая, даже пару раз раскрывал подо мной щели в земле. Мелкий паршивец! Боромир, все еще хмурый, периодически ныл:

— Элранд, может все-таки того, я сам этого клыкастого прихлопну? А то чего он нарывается…

Но на уговоры я не поддавался. Это был вопрос моей чести и сохранения договоренностей. А поздней ночью вернулся Ардаль, донельзя изможденный. Он еще до конца совета отправился вместе с кем-то из гномов и зверолюдов, чтобы еще раз исследовать вибрации и укрепить те древние тоннели. Все, что я рассказывал, подтвердилось: ритм оказался не природным, и этот сигнал из глубины нес на себе следы чужой магии. Как почувствовали зверолюды, духи природы избегали этого места и упорно не хотели о нем говорить, что настораживало. А теперь друг, перемазанный каменной пылью, громко возмущался:

— Я оставил тебя одного всего на несколько часов, а ты уже вызвал войну с орками! Вы там улей не поделили, что ли?

— Да никого я не вызывал, они сами меня вызвали!

Ардаль обреченно вздохнул, взъерошил свои волосы и сделал вывод:

— Это даже хуже. Значит, ты стал важной фигурой в этих политических игрищах.

В итоге он присоединился к тренировке и предложил использовать силу порывистого Грока против него самого.

— Смотри, я подниму земляные валы по краю круга, вроде как защитные границы. А тебе ни в коем случае нельзя уходить по прямой! Он будет широко замахиваться топором и не особо следить за ногами. Уворачивайся, уходи вбок, пусть этот верзила спотыкается.

Когда мы, уставшие, но довольные друг другом, доползли до палатки и рухнули на лежаки, Ардаль шепотом мне напомнил:

— В поединках ты всегда замечал лишнее движение противника и обращал в свою пользу. Так используй это завтра! Ты победишь, я в тебе уверен, Пчелка.

* * *

Роса еще не успела сойти с холодных камней, а небо только осветилось первыми лучами восходящего светила, когда амфитеатр наполнился шумом собравшейся толпы. И куда делся вчерашний пафос величайшего на многие века события? Сейчас все эти важные шишки собрались, чтобы поглазеть на то, как я буду бить орка. Или он меня.

Эльфы-капюшонники старались отодвинуться подальше от шумных орков, гномы степенно разглаживали бороды, беседуя с карликами, зверолюды шумели не меньше орков, о чем-то споря. Вездесущие гоблины то и дело мелькали под ногами, продавая горячие лепешки всем желающим, а один прятал от моих глаз дощечку со столбиком цифр. Кажется, вновь на меня делали ставки. Я даже привык.

Я поймал ободряющий взгляд командира Торнваля, который расположился на самом удачном месте вместе с Каргошем, Брунхильдом, Брумгаром и львицей, имени которой я до сих пор не мог вспомнить. Ардаль стоял чуть в стороне от всех, перекатывая в руках мелкий речной камешек. Его лицо, еще серое после ночных работ в тоннелях, было очень сосредоточенным.

— Главное, не суйся на пролом, Элранд, — проговорил он, глядя в сторону. — Степной орк — это тебе не деревянный манекен на тренировках у Граммса. Уклоняйся. Постоянно размахивая своей оглоблей, эта махина выдохнется быстрее.

Грок вышел на середину круга, легко поигрывая огромным обоюдоострым топором, размером едва ли не с меня. Из доспехов на нем красовался лишь потертый кожаный нагрудник, густо украшенный костяными амулетами, да виднелся подол тканевой туники желтого цвета с красным шитьем — в цвет знамени, что орк держал вчера с гордым видом. Широкая клыкастая физиономия знаменосца расплылась в предвкушающей ухмылке.

— Эльф-пчела! — Грок закинул оружие на плечо. — Сегодня я