Семиградье. Летопись 2. Травы на Пепле - Егор Александрович Данилов

– Какие новости, учитель? – спросил мечник, желая поддержать разговор.

– Разведчики сообщили, что враг близко. Но плохо не это. Похоже, цтеки захватили Фаль. Сведения противоречивые, и мы не можем понять, как им это удалось. Все же город неплохо укреплен, и любой армии понадобилось бы время, чтобы взять его штурмом.

– Может быть, культисты сами его сдали? – предположил Цзиньлун.

– Зачем бы им это?

– Затем же, зачем Кастор отдал Кайану Кадуций. Ищут союзников.

– Это возможно. Хотя и маловероятно. Отношения с цтеками всегда были слабым местом политики доминусов.

– Отец в это не верит, – вставил слово Луций. – «Слабое место» – это очень мягко сказано. Легион Бронзового Ворона уже несколько столетий отбивает нападения цтекских вождей.

– Что же тогда? – спросил Цзиньлун.

– Это нам еще предстоит узнать, – ответил Веньян. – Так или иначе, но дальше идут сплошные леса, и Кастор решил встречать цтеков здесь. Он хочет использовать мощь кайанской кавалерии в открытом поле. Разумное решение.

– Если вообще разумно устраивать битву… – проговорил Дэмин, отвлекшись от ужина.

– Что ты имеешь в виду? – обратился к нему мечник.

– Если Фаль захвачен, что нам даст победа? – вопросом на вопрос ответил тот. – А если мы проиграем? Я слышал, цтеки обожают биться в лесах…

– Кастор не хочет терять время, – сказал Веньян. – Раз уж мы здесь, он считает возможным рискнуть. Его легаты с ним согласны. Как и большинство трибунов.

– Ох уж эти вояки, – Дэмин покачал головой. – Им только дай повод устроить сражение.

– Кастор куда больше политик, чем генерал, – не согласился Веньян. – Он думает масштабами всей кампании. Пока генерал Ли здесь, у триумвира есть шанс. И он хочет его использовать. Как говорят мудрецы, благоприятная возможность, раз упущенная, исчезает навсегда.

– И они же говорят: в погоне за быстрой выгодой забываешь о большой справедливости, – парировал Дэмин, но, похоже, смутившись, продолжил: – Впрочем, кто я такой, чтобы обсуждать решения сильных мира сего. Разве может травинка судить о дереве, достигающем Завесы?

Веньян усмехнулся и покачал головой. Цзиньлун подумал, что Дэмин и учитель похожи. Оба могли вспомнить цитаты на любой случай жизни. И как уже не раз убеждался мечник, хотя каждая из них и содержала крупицу мудрости, многие прямо противоречили друг другу. А значит, спор при желании обеих сторон мог бы продолжаться вечно.

– Что слышно с других краев Семиградья? – решил сменить тему Цзиньлун.

– Не так уж и много, – ответил учитель. – Все замерло, словно готовится к непогоде. Император удерживает Кадуций и хочет атаковать Патеру. Гуддары разбиты и отступили к Серым горам. Альмауты закрепились в Факсе, и вряд ли мы сможем с ними договориться.

– Почему вы в этом так уверены, дагэ?

– Всем известно: многие альмаутские семьи тесно связаны родством с главами Культов.

– Но разве наша аристократия столетиями не отправляла своих сыновей учиться в аль-Джами? – вмешался Луций.

– Вы правы, маленький господин, но одно дело учиться, а другое – заводить семью. Либерская аристократия в этом отношении очень консервативна. Ни один отец не пожелает своему сыну жениться на женщине из Пустыни.

– Чем же они так плохи? – не унимался Луций.

– У альмаутов своеобразные представления о браке, чуждые и либерам, и кайанцам. Их понимание семьи так же эфемерно, как вечерний туман над рекой.

– Почему же тогда на это идут культисты?

– Все они – выходцы из народа, а народ, как известно, не так требователен в своем выборе. Даже позолоченная, чесночная шелуха покажет свою суть.

Сяомин взглянула на Веньяна с неодобрением, видимо приняв его замечание на свой счет. Учитель кашлянул и добавил:

– Должен признать, мое сравнение было неуместным. Так говорят те, кто плохо знаком с народом. Нефрит без огранки не станет драгоценностью, это, пожалуй, верно. Но верно и то, что не только происхождение определяет качества человека. Ведь и лотос появляется из обычной воды.

Веньян уважительно склонил голову, а Сяомин зарделась. В свете костра она была очень красива. Безупречно гладкая кожа цвета слоновой кости, лишь едва скрывала румянец, темные прямые волосы падали на плечи, изящные брови, похожие на молодые побеги бамбука, оттеняли миндалевидные глаза. В каждом ее жесте чувствовалась та естественная грация, которую не даст никакое воспитание – только внутренняя гармония и чистота души.

Сидевшая у ног мечника лиса подскочила и громко залаяла. Вслед за этим лаем со всех сторон начали доноситься тревожные возгласы.

– Началось… – тихо проговорил Веньян, поднимаясь со своего места.

***

Как? Как подобрались так близко? Почему ничего не заметила? Не смогла предупредить? Ошибка может стоить жизни. Война не прощает неосторожности.

Испуганные духи огня взметнулись над костром. С громким лаем понеслась к ближайшим деревьям. Быстрее. Быстрее. Встретить врага лицом к лицу. Оглянулась. Возлюбленный задержался. Созывает десятников, отдает приказы. Бессильно зарычала, чувствуя приближение опасности.

Громкий рык раздался над лесом. Пригляделась. Из темноты смотрели холодные, злые глаза.

***

Цзиньлун отдавал команды не думая. Собраться вместе. Построиться. Поднять оружие. Прикрыться щитами. Создать оборону, а потом уже решать, что делать дальше.

Никогда прежде он не руководил в бою. Им вело какое-то внутреннее чутье. Внезапное осознание, что сейчас нужно так, а не иначе. Испуганные новобранцы спотыкались и делали все неуклюже, словно в первый раз взялись за копья. Со всех сторон доносились крики. Вдалеке послышался звон оружия.

Зверь выскочил из леса прямо напротив костра. Где-то за спиной вскрикнула Сяомин. Цзиньлун выхватил меч и выпрыгнул из строя навстречу огромному пятнистому тигру, словно явившемуся из древних легенд и превосходившему размерами любого коня. Из-под лап зверя вынырнула Лули и, поджав хвост, юркнула в кусты. Чудовищный зверь замешкался, но его следующий прыжок тут же показал мечнику, что бой не будет простым. Вздутые мышцы придали телу ускорение, из-под огромных когтей полетели клочья земли. Клинок в руках Цзиньлуна завибрировал, напоминая о Джаохуа. Отпрыгивая в сторону, мечник рубанул куда-то за шею, но лишь едва задел шкуру. Зверь пронесся дальше и врезался в новобранцев, раскидывая во все стороны части человеческих тел. Строй сломался, и за ним Цзиньлун увидел испуганные лица Сяомин и Луция. Перед ними, прикрывая их большим животом, стоял Дэмин, выглядевший карликом на фоне гигантского тигра.

В бок зверю ударили копья, и он завертелся на месте, кроша все вокруг. Мечник рванулся вперед,