Если б эльфы были пчелами... - Виктория Кравцова

Торнваль медленно поднял голову, и его серые глаза сверкнули холодным стальным блеском:

— Совет продолжится. Нам нужна совсем другая стратегия.

Я вышел из палатки уже поздним вечером, когда луна расположилась довольно высоко, а звезды мирно перемигивались в темном небе. Если смотреть только наверх и выбросить из головы мысли, то может показаться, что вокруг все так же царит покой. Однако расслабиться нам все равно не дадут. Заигравшиеся люди могут прекратить все вокруг в бесплодную пустыню, если их не остановить. Но скольких еще мы можем потерять на этой войне за Мир?..

От мрачных размышлений меня отвлекло присутствие Ардаля. Он стоял в углу, куда не доставал свет факелов, и по недавно появившейся привычке перекатывал в пальцах гладкий камешек. Я сначала почувствовал запах полевых цветов и свежевспаханной земли, а уже потом увидел фигуру в тени. Ноктиону я рад в любой ситуации, потому без колебаний подошел к нему.

— Я слышал и видел информацию с допроса, — отстраненно проговорил он, следя взглядом за гладкой галькой. — Светлен транслировал на весь Совет, а я все это время был здесь.

Я лишь молча кивнул. Было понятно, что аристократ разделяет и мои, и общие чувства по отношению к тому, что мы узнали. А он, тем временем, так же ровно продолжил:

— Торнваль предложил мне присоединиться к твоей команде на постоянной основе. Сказал, моя магия земли может помочь на поле боя против людей с их мерзкими творениями.

В душе заискрилась легкая радость. Что может быть лучше, чем сражаться бок о бок с виртуозным магом земли? Конечно же, когда он еще и твой близкий друг. Но я все же на всякий случай осторожно спросил:

— И ты согласился? Сам видел, это слишком опасно.

— А ты думал, я могу отказаться? — Ардаль усмехнулся, посмотрев на меня. — Ты мой друг. И это война, которую нельзя проиграть. Цена поражения слишком высока.

Я зеркально усмехнулся в ответ. Как всегда, он прав во всем. Так что вместе мы пошли к палаткам разведотряда, от которых уже тянуло чем-то мясным и очень вкусным. Как обычно, ужинали всей компанией, отдавая должное кулинарным способностям Хельги. Присоединение Ардаля восприняли тепло, ведь мы не раз уже все вместе проходили тренировки и бои.

— Значит, нас теперь пятеро, — проговорила медведица, осторожно держа в ладонях свою тарелку с дымящейся похлебкой.

— Шестеро! — Боромир не преминул с ней поспорить. — Ты, сестрица, забыла про Шухера!

Грок, предпочитающий жареное на костре мясо, фыркнул с полным ртом:

— Воркотун не боец, мохнатый.

— Шухер — боевой дух гор. Он боец еще побольше нас с тобой.

К здоровяку, продолжающему защищать воркотуна, подкатился черный шарик и умильно заурчал, выпрашивая что-нибудь сладенькое и вызывая дружный негромкий смех. Шухер был в своем репертуаре: раз его хвалят, то обязательно покормят. А покушать этот меховой прохвост любил даже больше посиделок на руках у Хельги.

И на самом деле, наш маленький друг не был бесполезен. Шухер не подходил к человеческим машинам близко, в открытом бою он становился почти беспомощен: земля под ногами союзников была слишком рыхлой, а чужой металл не слушал его приказов. Зато всякий раз, когда люди трогали корни, тоннели или древние камни, маленький дух первым поднимал голову и предупреждал об опасности.

Звезды продолжали хитро перемигиваться между собой и с костром, который сейчас мягко согревал нас. Внутри меня тихо гудел Рой, все еще неполный — три с половиной тысячи маленьких золотых искр. Так много и так мало… Но я готов отдать их все, если это спасет Мир и тех, кто мне дорог.

Мне вспомнился Совет рас, где все пришли к общему согласию и перемирию во имя общей цели. Гномы и карлики, который трудятся день и ночь, чтобы перековать неорин в защиту для нас всех. Орки, которые, несмотря на распри, первые пришли с предупреждением, и приложили все свои силы для подготовки армии. Зверолюды своей магией открыли тайные тропы, а еще окутали лагерь каким-то домашним уютом, в котором даже обычный сон становится целебным. Тролли принесли к нам мудрость и непоколебимость гор, укрепили нас силой своего духа. И, конечно, маленькие проныры — гоблины, умудряются быть везде, тащат все подряд, сплетничают и дразнятся и все же — трудятся во имя общего блага.

Я окинул взглядом ребят — свою команду, которая стала больше, чем просто отрядом, и тепло улыбнулся. Мы все живые существа, у которых есть надежды и страхи, выбор, честь и любовь. Мы не какие-то игровые персонажи, как считают пришедшие сюда люди со страшным оружием. И если проиграем, то здесь не остается ничего, кроме холодной мертвой пустоты. Поэтому мы обязаны победить — не для славы, а чтобы остаться реальными.

Глава 24. Как правильно сажать деревья зимой

Осень вступала в свои права, и по ночам холода ощущались все сильнее. Это утро навалилось на лагерь зябким, сырым туманом, пришедшим с вершин. Тонкая изморозь плотным слоем покрыла ткань палаток и пожухлую траву. Лагерь превратился в царство хрупкого белого стекла, лениво подтаивающего под первыми лучами солнца. С окраины предгорий, где временно обустроились гномьи мастера, всю ночь доносился непрерывный гул наковален и резкий перестук молотов. Карлики и гномы работали без сна, торопливо остужая в бочках с ледяной водой новые артефакты.

Из соседней палатки, глухо ругаясь, неловко выбрался Рагнар. Серый волк кривился, держался обеими руками за поясницу и отчаянно кряхтел — холодная горная ночь явно прошлась по его костям без всякого уважения. Впрочем, Хельга уже вовсю хлопотала под навесом полевой кухни, шумно помешивая в огромном котле дымящийся травяной отвар, пахнущий лесной вербеной и диким медом. Густой, сладковатый, он обещал быстро вернуть озябшим воинам бодрость и тепло.

Я зябко поправил воротник легкой походной куртки, безуспешно пытаясь спрятать нос от ледяного сквозняка, и покосился на Ардаля. Ноктион, вопреки всеобщему утреннему унынию, умудрялся выглядеть безупречно: аккуратно зачесанная темная челка, чистые сапоги,