Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута

– Значит так, господа восставшие… – Софья запнулась.

Хотелось сказать что-то вдохновляющее, но в голову, как назло, приходила всякая ерунда. Вроде того, что враг не пройдет, – но какой и куда? И надо ли вообще говорить умертвиям вдохновляющие речи?

Но они так смотрели…

– Сейчас мы соберемся и пойдем посмотрим, что здесь происходит. Прошу держать себя в руках и живых без особого распоряжения не трогать. – Можно было и мысленно сформулировать приказ, но Софья Никитична была все же не таким опытным некромантом. Да и окрестная тишина немного нервировала. – Главное – помним, что мы выступаем за мир, добро и справедливость…

На ладонь лег светящийся лепесток.

А в следующее мгновенье земля содрогнулась, и по поляне поползли трещины. Незримый ветер сорвал с цветов оставшиеся лепестки и понес, потащил их ввысь.

Софья ощутила пронизывающий холод, будто из бездны сквозило.

Это было нехорошо.

Порыв ударил по ногам, желая сбить, потом ветер поднялся выше. Она видела, как расправляются призрачные крылья его, как вбирают крохи оставшейся пыльцы, как тянут из земли силы.

– Нет уж! – Софья вытянула руку, и сама собой в нее легла призрачная коса. Длинное лезвие ее с легкостью перерубило нити. – Это мои зомби, урод! Своих создавай…

Тварь завопила…

И земля содрогнулась вновь.

– Господа восставшие, – Софья закинула темную косу на плечо – потом подумает, как удалось ее сделать и куда ее девать, – нужно поспешать, темные силы начали проявлять нездоровую активность…

И все-таки она не успела.

Она бежала, хотя давно уже забыла, каково это, бегать… и не успела. Она увидела, как рушится высокий забор, как одна за другой падают в туман вышки, будто детские башенки, и как медленно, с натугой выволакивая закованное в черную чешую тело, выползает тварь.

Дракон.

Эти идиоты не нашли ничего лучше, как создать костяного дракона. Зато понятно, отчего мертвецов не так много. Имен тьма хранила куда больше, а тут…

Тварь сделала вдох, втягивая в себя белесые нити тумана, впитывая не столько его, сколько собранную в нем силу, а потом, раскрыв пасть, выдохнула, и клубы тьмы устремились к Софье. Она только и успела, что косу поднять, а уж щит сам собой получился. Со страху, не иначе.

Главное, что темное дыхание коснулось его и… рассыпалось. Дракон завопил от возмущения, глаза его, полыхавшие алым, на миг задержались на Софье и… Она поняла, что сил у твари не хватит. Просто не хватит.

Зато понятно, для чего их копили, – чтобы поднять этакую тварь, нужно постараться. Но… зачем в современном мире мертвый дракон?

Додумать не получилось. Тварь тяжело оттолкнулась кривыми лапищами из сплетенных костей, за спиной ее распахнулись драные крылья, которые с трудом загребали воздух. Но дракон поднялся. И выше, еще выше. Паря над землей, он выдохнул, и по окрестному лесу прокатилась волна черного пламени, выжигающего все живое.

– Вот скотина! – выругалась Софья Никитична вслед дракону. – Война войной, но экологию-то зачем портить?

Тварь поднималась к небу, и только теперь Софья заметила искорку жизни на спине ее. Ну как жизни… Искорка едва теплилась, а значит тому, кто оседлал дракона, этой самой жизни оставалось не так уж много. Только вряд ли стоило надеяться, что после смерти поводыря мертвый дракон просто развеется. Нет…

Хуже того, по земле прошла еще одна волна дрожи, а следом снова потянуло холодом, особым, с той стороны. И серые вихри, что вились поземкой из разломов, втянули в себя остатки тумана, а после закрутились, закружились и поднялись следом за тварью.

Вот же ж…

Зато ясно, для чего дракон. Драконы, они ведь не для красоты нужны. Оседлавший его идиот и вправду собрался армию тьмы поднять. А без дракона с мертвецами не управиться.

Ладно. В конце концов, в эту игру можно сыграть и вдвоем. Только…

– Яшенька! – Сердце кольнула игла страха. – Лешенька! Господи… Мальчики… Максимка, веди! Нам нужно срочно найти мальчиков…

Глава 36,

в которой говорится о любви и еще немного о правильности поступков

«Как снизить нагрузку на себя? Ну, если заправить брюки в носки, люди изначально не будут требовать от вас слишком многого».

Совет опытного человека

– Стоять! – резкий окрик заставил Семена замереть.

Осторожно обернувшись, он увидел Юлиану. В старых Аленкиных штанах и клетчатой рубашке она выглядела такой… такой… Хорошей, в общем, выглядела.

Только щурилась почему-то.

– А куда это ты собрался? – поинтересовалась она.

– Так… мир спасать! – Семен указал на задний двор, на котором стремительно меняли свой облик коровы. Очищенные от остатков плоти, выкупанные, они не внушали больше ужаса, скорее уж некоторую печаль, будто Семен виноват в том, что с ними случилось. – С гвардией пойду… поддержать.

Коров расписывали.

Рядом с Бером стояли два ведра – одно с голубою краской, которую Петрович отжалел, пусть и ворчал, что не дело тратиться на всякую ерунду, а другое – с серебрянкой. Ее принес Семен, которому Мишка пожаловался, что серебра не хватает, что, мол, цвета боевых пловцов – это серебро и лазурь. А когда без серебра, это не цвета пловцов, которые ныне гвардия, а чистая гжель.

Теперь выходило неплохо. Сдобренная серебрянкою, краска ложилась на кости сложными узорами. Красиво.

– А я? – вопросила Юлиана и прищурилась еще больше.

– А ты тут останешься. – Семен начал понимать. – Вон, с Анькой. Там, может, война еще будет.

– И история.

– Историю я тебе и тут создам! Легко. Хоть десять. Я с малых лет вляпываюсь, считай, каждый день.

– Ты не понял, – рука Юлианы вцепилась в пуговицу, – я поеду с вами.

– Нет!

– Там будет не война, а сенсация! Такая… да такая один раз в жизни случается! Чтоб древнее зло… Ты мне сам обещал древнее зло! И где оно?

– Просыпается… Оно ж спало. Сама знаешь, каково это, когда спишь, спишь… потом замаешься просыпаться. А как проснется, так и восстанет. И я тебя к нему сразу отведу! Совсем сразу! Честное слово!

– Сейчас.

– Зачем?

– Ну… – Юлиана потупилась, – меня уволили. Приказ пришел.

Это она когда успела? Когда на сосну вдвоем с Анькой лазили и там сидели, что-то загружая и выгружая? И потом не раз лазили, вроде уже с роликами, что надо потихоньку выпускать, чтобы паники не было.

Семен затряс головой.

– Юль, это опасно!

– Да я понимаю и не собираюсь в пекло лезть! Я тихонько… общие планы возьму. Для истории. Сам посуди, когда еще такое выпадет?

Кто-то из гвардейцев, набросив на спину корове расшитое покрывало, прогарцевал мимо. И Семен согласился, что такое вряд ли еще когда-нибудь будет.