Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута

Боевые пловцы, которые этих коров седлали, тоже неплохие ребята. И что Мишка Найденов устроился верхом на Менельторе, почти нормально.

– Я дорогу показывать буду, – сказал он, придерживая гранатомет, и на спину быку пару сумок, которые как-то подозрительно позвякивали, закинул.

Наверное, с вешками. Чтобы остальные не потерялись.

Коровы взирали на Менельтора с восторгом. Яшка обиженно крутился, норовя оказаться рядом, и головою тряс, точно не понимал, что же произошло. А пловцы не суетились.

Отнюдь.

– Харитон, тут остаешься, с Петровичем. И Никольский тоже. Приглядите, а то мало ли, все же женщины.

Бородатый коротышка, осенив себя крестным знамением, со вздохом взобрался на спину коровы, какой-то особенно нарядной, с лазурно-серебряными узорами, и серебра определенно было больше. Можно сказать, зомби представительского класса. Как и бык, который дядюшку вроде как признал. Или не дядюшку, а Василису, что появилась в старенькой военной форме и при автомате…

В общем, это все понятное. Обычное.

Туман и непривычно серьезный Сашка, в золотых доспехах на сказочного витязя похожий. Аленка, тихо что-то ему говорившая.

Тропа эта. Лес.

Осунувшийся и какой-то будто почерневший Ведагор, который раньше казался Ивану незыблемым, что скала. А он, оказывается, совсем даже не скала, но живой и устал. И еще, кажется, болен или заражен – Иван не знает, как правильно, когда человека коснулась тьма.

Та, в коробке. В простой картонной коробке, перетянутой желтым скотчем. У нее еще краешек примялся и размок слегка.

Этого уже хватит, чтобы охренеть?

Или еще курган нужен, чтобы поднимался по-над головами. Земля, расступившаяся в стороны, подобно водам морским. И ступени. Черные, гладкие. И все спускаются по ним спокойненько, будто так и надо.

Ну и Иван спускался. Дверь трогал, делился кровью…

Странное чувство. Одновременно и пугало это подземелье, и тянуло, будто он, Иван, обязательно, во что бы то ни стало должен был заглянуть.

Заглянул. И сперва ослеп от темноты, а потом уже от света. А когда глаза к этому свету, такому тяжелому, ненастоящему, привыкли, то увидел их.

Эльфийскую деву, тонкую, что ивовый прут. Она застыла, шагая, сжимая в одной руке лук, а в другой – три стрелы. И выражение лица ее было строгим, решительным.

А напротив нее, улыбаясь мечтательно собственным каким-то мыслям, замер парень, опершись на копье, и Иван точно знал, что он отдыхает. Что это всего мгновенье отдыха…

Еще одна девушка – в отличие от первой, в традиционных одеяниях, только хрустальные рукава завивались, спускаясь к земле змеями. И змеи же поднимали головы, вставая между нею и чем-то…

Хранители… Хранители чего?

И почему они как те статуи, Вельяминовых, застыли здесь, а не там?

– Это же… – он обернулся к Калегорму, – это же не статуи? Не те, что делают из камня… Это вроде них? Марусь, они как твои предки?

– Да, – Маруся взяла за руку, – выглядят так же, но… Я не знала, что тут так.

– Никто не знал. – Калегорм переходил от одного изваяния к другому, вглядываясь в лица, а потом застыл напротив того, на кого походил как капля воды.

Иван подумал что эльфы вовсе не на одно лицо. Разве вот эти двое. И тихий вздох Калегорма исполнен печали. Даже смотреть неловко, но Иван смотрел.

А посол поклонился низко.

И спрашивать… никто не осмеливался прервать тишину пещеры. Здесь дышать-то боязно.

Иван не удержался и коснулся руки совсем юной девчонки, волосы которой были заплетены во множество косичек. И вздрогнул, потому что рука эта показалась теплой. Потом длинные хрустальные ресницы дрогнули, и Иван охренел окончательно. Разве статуи способны ожить?

А следом раздался низкий протяжный гул, и земля содрогнулась, да так, что Иван едва успел подхватить Марусю. Дальняя же стена пещеры разошлась.

– Идите, – велел Калегорм и выставил руку, принимая раскрытой ладонью удар копьем, и хрустальный наконечник его зазвенел, будто столкнулся с хрусталем же. – Спешите, пока есть еще время.

Есть ли?

– Беги. – Иван подтолкнул Марусю к расщелине. – Бер, бери девчонок…

– А ты?

– Мы попытаемся договориться! Как эльфы с эльфами! Эй, мы… – Он хотел сказать, что они свои, что…

И едва успел увернуться от ледяной стрелы, сдержавшись, чтобы не ударить в ответ.

– Мы пришли с миром, – произнес Калегорм на высоком. – Прошу вас, выслушайте… Мы пришли…

Он поднял руки и замер.

– Стой, – хрустальный юноша перехватил руку девушки, уже готовой ударить, – подожди…

Если они ожили, то почему не становятся живыми полностью? Почему остаются хрустально-прозрачными?

– Ива-эн…

– Да понял я. – Иван поднял обе руки. – Мы действительно пришли с миром. И нам помощь нужна. Древнее зло просыпается. Или уже проснулось. Или вот-вот. В общем, если хотите, потом отношения выясним и все такое…

Глава 38,

где совершается подвиг или почти

«Редкостная скотина ищет изощренную стерву для совместных дискуссий».

Из раздела «Познакомимся» на одном маленьком местечковом форуме

Софья Никитична растворилась в тумане.

Леший теперь шкурой чувствовал, что туман этот непростой, что он просачивается сквозь одежду и, касаясь кожи, оставляет на ней след, который живо ощущался чем-то жирным и неприятным. Едким, раздражающим.

И пришло понимание, что обычный человек в этом тумане может раствориться весьма буквально.

– Что? – Стена вынырнула вдруг, как и черный провал хода. – Чего возитесь? Где все? – Человек, который вышел навстречу, нес над головой зеленый фонарь, свет которого заставил туман чуть отступить. – Это все? Ладно. Вы идите… Встречайте, должны вот-вот прибыть остальные, а мы пока начнем… продолжим. Ты новенький, да?

Человек был без оружия.

Высокий такой, без оружия, но в белом халате, изрядно мятом, застегнутом криво. Волосы встрепаны, лицо красное. Или просто свет такой, что кажется красным? А глаза словно кровью налиты.

– Спешим, спешим. Быстрее… – Он суетился и махал руками.

Что ж, можно и поспешить. Вот Чесменов оглянулся, точно надеясь разглядеть кого-то. Софью Никитичну? За нее он волновался. Может, и некромант, но все же дама. И возраст почтенный.

Хотя Леший подозревал, что об этом как раз лучше бы помалкивать.

– Давайте, давайте, шевелитесь же… – Весняна вдруг оказалась рядом, и длинный выскочил и помахал ладонью перед глазами. – Привезли, замечательно. Действует подавление… Были опасения… все же структура нестандартная, и, если принять во внимание общий… – Он говорил это не для Лешего, просто по привычке озвучивал мысли. – Хорошо. Несомненно, хорошо. Надо будет… Да, да… Должны были доставить остальных… Такой источник великолепный… трансформация в процессе…

Он